Положение йоркистов оставалось весьма опасным — победа дала им лишь временную отсрочку. Свежая армия королевы стояла совсем неподалеку в Эклсхолле — всего в 8 километрах к юго-востоку, а король с остальными войсками — в 16 километрах от Блор-Хита. Граф Солсберийский не мог расположиться на ночлег возле поля боя, поскольку утром его потрепанная армия была бы неминуемо уничтожена превосходящими силами противника. Отправиться прямо в Ладлоу он также не мог, поскольку ланкастриане начали бы преследование и йоркисты оказались бы в еще более невыгодной ситуации.
Солсбери решил отступить на север. Чтобы скрыть свой маневр, он оставил в лагере монаха-августинца, который периодически стрелял из пушки. Враги были уверены, что граф по-прежнему находится на месте. Утром 24 сентября войска ланкастриан вышли к Блор-Хиту и обнаружили, что лагерь пуст. Они схватили монаха и потребовали от него объяснений. Монах не без юмора заявил, что оставался в лагере, поскольку боялся разгуливать ночью в одиночку по незнакомой местности.
Битва при Ладфорд-Бридже
Между тем граф Солсберийский со своей армией совершил обходной марш и благополучно добрался до Ладлоу. Вскоре туда же прибыл его сын граф Уорикский, оставивший вместо себя в Кале своего дядю Уильяма Невилла лорда Фоконберга. Уорик привел с 200 копейщиков и 400 лучников. Он высадился на побережье графства Кент, прошел через Лондон и весь Мидлендс мимо Ковентри на Колсхилл. В это время в Ковентри находился герцог Сомерсетский с воинским отрядом, но враги по случайному стечению обстоятельств не встретились. Уорик продолжил свой путь к Ладлоу, где присоединился к отцу и герцогу Йоркскому.
Ладфорд-БриджКороль Геири VI, располагавший сильным войском, не хотел продолжения гражданской войны. Он послал Ричарда Бошама епископа Солсберийского с традиционным предложением прощения и мира йоркистам. Но те уже убедились в бесполезности таких «помилований», ведь результаты мирных договоренностей затем сводились к нулю советниками короля. Лидеры йоркистов заявили, что не верят в добрые намерения ланкастриан. Они напомнили королю о том, что их последовательно отстраняют от участия в Совете, и о том, как граф Уорикский, прибывший на ассамблею в Вестминстере, чудом спас свою жизнь. В заключение они также традиционно подтвердили свое уважение к особе короля.
Столкнувшись с такой реакцией на свое чистосердечное предложение, Гепри VI не скрывал недовольства. Он немедленно выступил на врага. Когда королевская армия приблизилась к Ладлоу, то с герольдмейстером ордена Подвязки прибыло еще одно послание от йоркистов. Они вновь заявляли о своей преданности суверену и писали о нежелании подвергать его опасностям сражения. Выражая надежду на то, что дело еще можно кончить миром, йоркисты однозначно давали понять, что не считают себя в безопасности и не могут распустить армию до тех пор, пока король оказывает доверие их личным врагам — герцогу Сомерсетскому, графу Уилтширскому и герцогу Эксетерскому. Конечно, Гепри VI отверг ультиматум мятежных лордов, хотя и облеченный в верноподданническую форму.
Герцог Йоркский возвел укрепленный лагерь в местечке Ладфорд, на берегу реки Тим у города Ладлоу. Он приказал вырыть ров, который наполнялся водой из реки, и укрепить его рядом повозок и кольями. Позади укреплений расположилась артиллерия, готовая отразить атаку королевских войск. 12 октября 1459 года две армии выстроились друг напротив друга, ланкастриане снова намного превосходили йоркистов численностью. Но сражение в тот день не состоялось: король решил воздействовать на чувства простых солдат, раз у него ничего не вышло с лордами. Гепри VI объявил, что дарует помилование всем, кто придет к нему с мольбой о прощении.
Новость быстро распространилась по лагерю йоркистов. Ночью Эндрю Троллоп — один из командиров, пришедших с Уориком из Кале, — перебежал к ланкастрианам с большей частью своего отряда. После этого герцог Йоркский понял, что у него не осталось никаких шансов на победу. По недостоверной информации современников, в королевской армии было как минимум 30 000 солдат, а у Йорка после дезертирства Троллопа вряд ли оставалось больше 4000–5000. Под покровом темноты йоркисты покинули лагерь. Утром ланкастриане узнали, что враг бежал. Они разграбили город Ладлоу, после чего ушли в Вустер. Король решил собрать в Ковентри Парламент для обсуждения мер, которые следовало принять в связи с последним мятежом.
Тем временем лидеры йоркистов покинули страну. Герцог Йоркский с небольшим отрядом и со своим вторым сыном Эдмундом графом Ратлендским отступил через Уэльс, разрушив за собой все мосты. Он направился в Ирландию, где его хорошо помнили с тех времен, когда он был там королевским наместником. В Пейле герцога встретили с благоговением и любовью. Графы Уорик и Солсбери, а также старший сын Йорка Эдуард граф Марчский и сэр Джон Уэнлок отправились на юг в Девоншир, в надежде перебраться в Кале. В Девоне йоркист Джон Динан лорд Динан помог им приобрести небольшое судно и нанять нескольких матросов. Однако выяснилось, что моряки ходили только в каботажные рейсы. Видя растерянность своих товарищей, Уорик заявил, что с помощью святого Георгия сам приведет судно в безопасный порт. Встав за румпель, он отдал приказ поднять парус. Дул попутный ветер, и беглецы благополучно добрались до острова Гернси. Там они дождались, когда ветер сменит направление, и через восемь дней высадились в Кале, где их встретил лорд Фоконберг.
Парламент, получивший название «Парламент Дьяволов», собрался в Ковентри. Многие йоркисты не участвовали в вооруженном выступлении и поэтому присутствовали на сессии. Среди них, в частности, были Джон Моубрей 3-й герцог Норфолкский, Уильям Бонвилл 1-й лорд Бонвилл и Джон Стортон 1-й барон Стортон, но они составляли меньшинство. В Палате общин подавляющее число депутатов-рыцарей от графств было просто назначено ланкастрианами. Парламент находился под полным контролем королевской партии.
Герцог Йоркский, граф Солсберийский со своими детьми Ричардом графом Уорикским, Джоном и Томасом, двое сыновей лорда Буршье, Джон Клинтон 5-й лорд Клинтон, Ричард Грей 1-й лорд Грей Поуисский, несколько рыцарей-йоркистов и Элис Монтакьют графиня Солсберийская были признаны изменниками, их имущество конфисковано. По оглашении вердикта король, ссылаясь на свое право помилования, отказался утвердить смертные приговоры. Сесили Невилл герцогиня Йоркская, отдавшая себя на милость короля, была помещена под надзор Хамфри Стаффорда 1-го герцога Бакингемского, чья жена приходилась ей родной сестрой.
Эта кампания не сопровождалась хладнокровными расправами, характерными для последующих сражений. Главные преступники оказались вне досягаемости королевской власти, а второстепенные явились к королю с повинной и сохранили свои жизни. Перед тем как распустить Парламент, король принял от собравшихся духовных и светских лордов присягу на верность и клятву защищать права на престол его сына и наследника принца Эдуарда Вестминстерского.
Йоркисты в изгнании
Чуть более восьми месяцев лидеры йоркистов находились в изгнании. Впрочем, в некотором смысле они оставались дома, то есть в английских владениях. От самой Англии их отделяли лишь неширокие проливы. Они управляли своими провинциями и получали все выгоды от правления. Стратегически позиция беглецов была превосходной. Ричард герцог Йоркский держал Английский пейл — территории, принадлежавшие англичанам вокруг Дублина; Ричард граф Уорикский полновластно распоряжался в Кале и на большей части английских земель вокруг города. Флот йоркистов господствовал в море и контролировал торговые пути.
Герцог Йоркский имел глубокие личные связи с Ирландией, которая лишь формально подчинялась английской короне. Его мать Энн, наследница дома Мортимеров, приходилась правнучкой Элизабет де Бург графине Ольстерской. Ричард Йоркский, таким образом, был не только великим английским, но и великим ирландским лордом. Он прибыл в Дублин в середине октября 1459 года и был принят всеми англичанами Пейл а как законный господин и губернатор, невзирая на королевскую аттинктуру.
На сторону герцога встали те, кто находился в состоянии вражды с ланкастрианскими лордами. Одним из могущественных приверженцев королевской партии был Джеймс Батлер 5-й граф Ормондский в Ирландии и 1-й граф Уилтширский в Англии, в 1458 году назначенный на пост лорда-казначея Англии. Его присутствие в рядах ланкастриан обеспечило Йорку поддержку влиятельного иберно-нормандского рода ФитцДжералдов графов Десмондских, которые вели древнюю феодальную распрю с Батлерами. Восьмимесячное пребывание в Ирландии весьма укрепило позиции Ричарда на острове. Ведь король не придумал ничего лучшего, как обратиться к вождям ирландских кланов, не признававших власти англичан, и призвать их пойти войной на Пейл! До крайности глупая политика натравливания смертельных врагов на собственных англо-ирландских подданных, само собой, не принесла ланкастрианам любви местного населения. За одно герцог Йоркский получил шанс доказать, что он вполне может защитить Пейл от воинственных соседей.
