В конце марта Мэри Хилтон Саксон, овдовевшая[6] мать Ники, пригласила погостить к себе в Эль-Пасо Элизабет и ее мать Сару. Разумеется, с ними поехал и Ники. Пока женщины обсуждали свадебные планы в номере отеля «Хилтон», а потом ходили по магазинам, Ники играл в гольф на поле «Эль-Пасо Кантри Клаб». Мэри нашла Сару и Элизабет очень приятными. «Они такие милые», – сказала она тогда. Когда Ники и Элизабет сфотографировались, стало ясно, что они будут восхитительной парой. У обоих были вьющиеся волосы, красивые черты и редкое обаяние – Ники со своими ямочками от улыбки, и Элизабет с необычайно выразительными глазами. Если не считать того, что Тейлоры казались Хилтонам довольно сумасбродными чудаками, казалось, этот брак будет счастливым.
Поездка в Эль-Пасо позволила Ники повидаться с братом Эриком. Как и все в городе, Эрик невероятно обрадовался случаю познакомиться со знаменитой киноактрисой. Однако поначалу Элизабет не желала видеться ни с Эриком, ни с его друзьями. Они ее просто не интересовали. Ники просил ее быть с ними любезной, но она не могла себя пересилить. «Если Элизабет находила человека приятным и интересным, она с удовольствием с ним общалась, – говорил близкий друг Ники Боб Нил[7]. – Но если человек ей не нравился, она вела себя с ним резко и бесцеремонно. Ники ее отношение к Эрику очень расстраивало. «Он мне такой же брат, как и Баррон, – сказал он Элизабет. – Почему ты не можешь быть с ним такой же милой, как с Барроном?» На что та отрезала: «А кто сказал, что я была милой с Барроном?»
«И все-таки Эрику удалось завоевать ее симпатию, – рассказывала его будущая жена Пэт Скипворт Хилтон. – Как-то раз Ники попросил Эрика составить ей компанию, пока он играет в гольф, и тот согласился. Мы часто со смехом вспоминали об этом. «Что за поручение он тебе дал, это же просто ужас!» – шутила я. Эрик рассказывал, что она была очень естественной и непринужденной, что она тонко понимает юмор. Не знаю, какие у них были отношения сначала, но только потом они очень сошлись и оставались друзьями в течение многих лет».
Вернувшись в Лос-Анджелес, Ники и Элизабет оказались под постоянным прицелом фотокамер репортеров. Отец его предупреждал, и все-таки он не был готов к столь назойливому вниманию прессы. «Господи, как ты это терпишь?!» – спросил Ники невесту, когда они зашли в отель «Билтмор», где их снова окружили репортеры. «Ничего, ты скоро привыкнешь», – отвечала Элизабет, с заученной улыбкой позируя фотографам.
– Да, пожалуй, это будет нелегко, – позднее признался Ники Бобу Нилу, сидя с ним за кружкой пива в Поло-Лонж в отеле «Беверли-Хиллз».
Нил напомнил ему, что раз он женится на кинозвезде, то принадлежит не только ей, но и ее публике.
– Черт бы их всех побрал, и публику, и репортеров! – с досадой сказал Ники.
– Ты видел, через что прошел твой отец с Жа-Жа, – напомнил ему Боб. – Только он переносил это с достоинством.
– Но я не отец! – раздраженно сказал Ники, недовольный сравнением с Конрадом. В свое время он пренебрег советами отца и теперь вовсе не хотел, чтобы люди сравнивали его брак с Элизабет и отцовский. – У меня своя манера вести себя с людьми! – И он ткнул Боба пальцем в грудь, чтобы подчеркнуть это.
– Эй, нечего срывать на мне свою злость! – воскликнул Боб Нил. – Полегче на поворотах! У нас же с тобой все в порядке.
Глава 6
Торжественное открытие отеля «Карибы-Хилтон»
Вскоре после возвращения Ники из Техаса Конрад Хилтон устроил у себя роскошный прием по случаю открытия нового отеля «Карибы-Хилтон» в Сан-Хуане, Пуэрто-Рико. Это был первый отель компании «Отели Хилтон интернейшнл» за пределами США. Возросшее значение Конрада Хилтона как ведущего американского отельера доказывалось сделанным ему Госдепартаментом и департаментом торговли предложением организовать сеть американских отелей за границей с целью стимулирования торговли и туризма. По случайному совпадению именно в это время компания «Пуэрто-Рико индастриал» предложила гостиничному сообществу США открыть в Сан-Хуане американский отель. Правительство собиралось построить отель на собственные средства, а затем передать его в управление какому-нибудь американскому бизнесмену, чтобы он применил американский опыт и технологии. Проведя переговоры с Госдепартаментом и департаментом торговли, Хилтон подал заявку на участие в конкурсе. «Отец отозвался на это предложение на испанском языке, – вспоминал позднее его сын Эрик. – Он был единственный, кто это сделал. Видимо, им [ «Индастриал компани»] это пришлось по душе, и они выбрали именно его».
Хилтон посоветовал пуэрториканцам не только построить отель, но и оборудовать его, чтобы он стал настоящим национальным отелем, а не одним из отелей Хилтона. Примерно год ушло на проектирование и строительство, что стоило более 5 миллионов долларов, и 9 декабря 1940-го состоялось открытие роскошного отеля «Карибы-Хилтон» на 300 номеров. В феврале 1950-го журнал «Отель Монтли» разместил на 12 страницах фотографии отеля и поэтажный план. И казалось, все американцы сразу загорелись желанием посетить Пуэрто-Рико.
Теперь, когда отель начал действовать, Конрад решил устроить в своем поместье прием для тех, кто не смог прибыть в Пуэрто-Рико на его торжественное открытие. На просторной территории поместья, освещенной мощными лампами, сотни служащих корпорации Хилтона в смокингах и фраках общались с гостями, угощаясь коктейлями и пуэрто-риканскими закусками, которые разносили официанты. На приеме царила радостная атмосфера не только потому, что пуэрториканский проект обещал успех – фактически, он уже через три года окупил вложенные правительством 9 миллионов долларов, – но и потому, что «Карибы-Хилтон» должен был вдохновить девелоперов всего мира использовать опыт Хилтона и открыть свои отели в других странах.
Когда Конрад, который задержался на деловой встрече в Сан-Франциско, наконец появился на вечере, Жа-Жа Габор язвительно заметила:
– Ну, понятно, он наверняка осматривал приглянувшийся ему отель. Ему все равно, что он заставляет себя ждать, уж поверьте моему горькому опыту!
Она никогда не упускала возможности уколоть Конрада. Но, поскольку она считалась «членом семьи» и обожала приемы, он постоянно включал ее в список гостей.
– Посмотри вокруг, – сказал Ники своей бывшей мачехе, подойдя сзади и слегка обняв ее за тонкую талию. На снимке, сделанном на том приеме, Ники выглядел потрясающе красивым в ослепительно-белой рубашке с шелковым галстуком-бабочкой, в смокинге и сияющих туфлях крокодиловой кожи. – Жа-Жа, мы на вершине мира! Почему бы просто этому не радоваться?
Ее лицо осветилось радостной улыбкой, когда она поняла, что это Ники.
– Ах, Ники, я просто пошутила! Ты же знаешь, Жа-Жа любит пошутить. Пойдем, станцуем ча-ча-ча. – Она обернулась и потянула его на танцевальную площадку. – Пусть здесь все с ума сойдут от зависти к нашей красоте!
Вместе с Жа-Жа на площадку вышли танцовщица Энн Миллер, актер Джимми Стюарт и актриса Натали Вуд. Танцевала и мать Элизабет, но, как все с интересом отметили, не со своим мужем, а с другим партнером. Через некоторое время Конрад заметил, что Жа-Жа и Сара обмениваются впечатлениями. Он вздохнул, покачал головой и обратился к одному из слуг:
– Окажи мне услугу, Дейв, принеси мне порцию «Дюарс Нит», и поскорее, хорошо?
Интересно было видеть, как Конрад общается со своими служащими. Блестящая память позволяла ему запоминать имена людей, даже если он встречался с ними всего пару раз. Хилтон мог спросить у служащего, как решилась проблема, которой тот поделился с ним месяцы или даже годы назад. Все, кто работал на него, отвечали ему уважением и любовью, зная его справедливость и взвешенность суждений. Так что неудивительно, что, когда под конец вечера Ники Хилтон предоставил слово своему отцу, тот был встречен бурными аплодисментами. Поднявшись на помост, сооруженный для певцов и музыкантов, выдающийся бизнесмен взял микрофон и прежде всего поблагодарил своих гостей за то, что они почтили своим присутствием его «скромный дом» по столь торжественному случаю.
– Мир меняется, – сказал далее Конрад, – и мы, живущие в этой стране и в это время, счастливы, что можем быть свидетелями этих перемен… Когда я был мальчиком, поездка на поезде из Техаса в Нью-Йорк занимала несколько дней. А сейчас? Пара часов на самолете, и вы на месте! Да, друзья, мир становится меньше. Бурное развитие авиации способствует расцвету гостиничного бизнеса. Чем больше люди путешествуют, тем больше выгоды бизнесу, не только нашим отелям «Хилтон», но и всей этой области индустрии. Мы существуем не сами по себе, не в изоляции, мы являемся частью мировой системы торговли, и, если эта система приносит прибыль, уверяю вас, мы с вами тоже не будем в убытке.
Затем он рассказал гостям о новом отеле в Пуэрто-Рико и выразил надежду, что он будет способствовать развитию там туризма, станет «надежной гаванью для туристов, приезжающих туда со всех концов света».
