себя гордой обладательницей водительского удостоверения.
Несколько раз я слышала, как коллеги Хосе, собираясь у нас дома, говорили: «Сдать на права здесь труднее, чем попасть на небеса». То они рассказывали о жене некого человека, которая четырнадцать раз сдавала письменный экзамен, да так и не сдала, то о каком-то местном жителе, который уже два года пытается сдать экзамен на вождение.
Слушая эти страшилки, я опускала голову и умолкала, боясь выдать себя. Однако это не мешало мне по-прежнему садиться за руль.
Что же до небес… мне совсем не улыбалось взбираться на них по лесенке, ведущей из транспортной инспекции.
Однажды отец прислал мне письмо. «Пока у тебя в пустыне есть время, сдай на водительские права. Хватит уже откладывать», – писал он.
Увидев меня за чтением письма из дома, Хосе всегда спрашивает:
– Что пишут мама с папой?
В тот день он застал меня врасплох, и я выпалила в ответ:
– Папа пишет, что хватит уже тянуть с получением прав.
Хосе торжествующе рассмеялся.
– Наконец-то! Заметь, это не я тебя принуждаю, это папин приказ! Попробуй теперь отвертеться!
Что ж, подумала я, самообман – мой выбор, никому не причиняющий вреда. Но обманывать отца, садясь за руль без прав, мне совершенно не хотелось. Раньше он никогда не заводил со мной разговора на эту тему, так что, получается, я его и не обманывала.
В Испании, чтобы получить права, необходимо записаться в автошколу. Только таким путем можно сдать экзамен. Выходит, даже если ты умеешь водить, тебе все равно придется платить за обучение. И, хотя мы и живем в далекой от Испании Африке, это все же испанские владения, где действует испанское законодательство.
На следующий день после того, как я согласилась поступить в автошколу, Хосе притащил домой целую кипу одолженных у коллег учебников разных автошкол с экзаменационными вопросами, чтобы я начала учить правила дорожного движения.
Я была очень этим недовольна.
– Ненавижу сидеть над книжками, – сказала я ему.
– Кто же тогда у нас целыми днями глотает книжки с прожорливостью горной козы? И этот человек ненавидит ученье? – удивился Хосе.
Он простер руку к моему книжному шкафу.
– Что тут у нас?.. астрономия, география, оборотни и бесы, шпионские истории, зоология, философия, садоводство, филология, кулинария, комиксы, искусство кино, искусство шитья, китайская медицина, иллюзионизм, гипноз, окрашивание одежды… Все в одну кучу! И после этого ты говоришь, что не осилишь правил дорожного движения?
Я вздохнула и взяла у него несколько тоненьких брошюр.
Все же это совсем другое. Я не люблю учиться из-под палки.
Спустя несколько дней я взяла деньги, села в машину и поехала записываться в автошколу.
Владелец сахарской автошколы был чрезвычайно высокого мнения о своей внешности. Больше дюжины увеличенных цветных фотографий, на которых он позировал в разнообразных костюмах, были развешаны по стенам его кабинета. Ни дать ни взять – кинозвезда.
У регистрационной стойки собралась шумная толпа мужчин-сахрави; бизнес явно процветал. Учиться вождению – модное занятие в пустыне: сколько раз я видела, как рядышком с изношенным до дыр шатром припаркован здоровенный вездеход. Сколько отцов продают своих прекрасных дочерей в обмен на автомобиль! Для сахрави вождение автомобиля – единственный способ доказать миру, что ты приобщен к цивилизации. А что от тебя, допустим, воняет – это дело десятое.
Я с трудом протиснулась к стойке через занавеси их одежд. Не успела я сказать, что желаю записаться, как рядом со стоявшим справа от меня сахрави возникли двое испанских полицейских. Испугавшись, я дала задний ход и снова оказалась перед звездными фотопортретами здешнего директора. В отражении застекленной рамки я увидела, как один из полицейских быстрым шагом направляется в мою сторону. Сохраняя невозмутимое выражение лица, я принялась сосредоточенно подсчитывать количество пуговиц на директорской рубашке. Сеньор полицейский подошел ко мне, внимательно меня оглядел и наконец произнес:
– Сеньорита, мы с вами, кажется, встречались!
Пришлось мне повернуться к нему и ответить:
– Простите, но я вижу вас впервые.
– Я услышал, что вы записываетесь на уроки вождения. Надо же! Я много раз видел, как вы разъезжаете по поселку на автомобиле. У вас что же, нет прав?
Чувствуя, что дело принимает неблагоприятный оборот, я перешла на английский.
– Извините, я не понимаю по-испански. Что вы сказали?
Полицейский опешил.
– Права! Водительские права! – громко повторил он по-испански.
– Я вас не понимаю! – сказала я и изобразила смущение и беспомощность. Полицейский побежал за своим напарником. Указывая на меня, он сказал:
– Еще утром я собственными глазами видел, как эта особа приехала на машине на почту. Это точно она, ошибки быть не может. А теперь она собралась учиться вождению. На сколько мы ее оштрафуем?
– Но ведь она сейчас не за рулем, – возразил напарник. – Что ж ты утром ее не задержал?
– Я с утра до вечера только и вижу ее за рулем! Я был уверен, что у нее есть права, мне и в голову не пришло их проверять.
Увлеченные беседой, они забыли про меня. Я же потихоньку нырнула в толпу сахрави и скрылась за их одеждами.
Быстро заполнив все бумаги, я заплатила за обучение. Девушка за регистрационной стойкой выдала мне документ с датой экзамена. Сдавать предстояло через две недели.
Уладив все формальности, я взяла выданные мне брошюры с правилами дорожного движения и со спокойной душой вышла на улицу.
Я открыла машину, села в нее, завела мотор и уже собралась было ехать, как вдруг углядела в зеркале заднего вида двоих полицейских – они прятались за углом в надежде застигнуть меня врасплох.
Испугавшись, я проворно выскочила из машины и ушла пешком. Когда Хосе вернулся с работы, я попросила его вызволить из плена моего белого коня.
Занятия по вождению мне назначили на половину первого. Площадка автошколы находилась за городом на пустыре. Дорожки для вождения были проложены посреди песчаных дюн. Мы с инструктором сидели в душной кабине и кружили по площадке, как дрессированные хомяки.
В полдень воздух в пустыне нагревался до пятидесяти с лишним градусов. Я совершенно взмокла. Пот заливал глаза, песок царапал лицо, щеки горели так, словно кто-то надавал мне оплеух. Спустя четверть часа таких занятий я изнемогала от жары и жажды, терзавших меня, как бешеные псы.
Ошалевший от жары инструктор, не спросив разрешения, снял рубашку и сидел рядом со мной полуголый.
Проучившись три дня, я поняла, что не в силах выносить это адское пекло, и попросила инструктора поменять время.
– Да тебе, черт побери, еще повезло. Тут другой дамочке назначили на одиннадцать вечера. Но во тьме
