Я увидела, как на столе, за которым я сидела, что-то загремело. Будто кто-то уронил на пол парадную сбрую коня, всю усыпанную колокольчиками. Ни сбруи, ни колокольчиков не было видно. От неожиданного грохота, я почувствовала легкое смятение, однако, прислушавшись к чувствам той, в теле которой я сейчас была, я ощутила лишь замирание сердца и предчувствие чего-то хорошего.
Рука потянулась к чему-то на столе, взяла что-то, напоминающее деревянный, искусно вырезанный брусок, выкрашенный в голубой цвет, и поднесла к голове. Тут в очередной раз мне пришлось удивляться. Как только брусок был поднесен к голове, я совершенно отчетливо услышала голос, который не мог принадлежать никому кроме моего возлюбленного из мечты. Я силилась получить контроль над тем телом, в котором сейчас пребывала, хотела оглядеться, чтобы понять — не сошла ли я с ума. Однако мне это не удалось. Голос о чем-то говорил, и я чувствовала, как по телу, в котором я гостила, разливается сладкая истома, как учащается дыхание, как от предвкушения неземного удовольствия тело моего будущего воплощения сладко потягивается.
Очевидно, та, в чьем теле я гостила, решила прогуляться. Она прошла сквозь череду комнат, остановилась у зеркала, пристально вглядываясь в него: «Красивая, — подумала я. — Такая, какой я была в свои лучшие годы». Мы оказались на улице. Сияло солнце, вокруг вертелся водоворот из людей, из отполированных, сверкающих, сильно сплющенных металлических слонов или бочек… Сложно сравнить это с чем-нибудь, что я когда-либо видела в жизни. Иногда они останавливались, их стенки открывались и оттуда выходили люди. К одной из таких — особенно длинной и блестящей — мы приближались. Ее стенка открылась. Я поняла, что именно в ней я уже однажды путешествовала по этому миру.
Я заметила, как взгляд, которым я видела мир, но которым не управляла, скользнул по огромному полотну, которое трепал ветер высоко надо всем. На нем была изображена я, с той удивительной ясностью, которой отличаются картины в том мире. Там были и те баночки, с которых началось мое видение. Я снова ощутила удовольствие, похожее на то, когда удается какое-то важное дело.
Снова было движение, когда сидишь на мягком диване и слышишь легкое урчание. Потом меня встретил он. Сердце билось в груди, эмоции переполняли меня. Я чувствовала все не так остро и ярко, как могла бы чувствовать, окажись я полновластной хозяйкой этого тела. Но и то, что было, захватывало меня.
Он взял меня под руку. Мы прошли через огромные ворота в невероятной красоты залу. Там суетились люди, там были столы, застеленные скатертями. Там же были разложены столовые приборы. Некоторые из них были мне знакомы. Нож, ложка… А некоторые — нет. Впервые за все видение я искренне порадовалась тому, что нахожусь здесь в качестве наблюдателя. Пожалуй, я могла бы ничего не говорить, или отделываться жестами, которые все понимают, но уж есть-то мне пришлось бы. Не хватало еще опозориться перед людьми.
Принесли блюда с кушаньями. Я почувствовала, как у меня текут слюнки, если можно так назвать состояние души, гостящей в теле, которая ощущает вместе с этим телом голод и желание вкусить дивные яства. За свою жизнь я перепробовала, должно быть, все блюда, которые были созданы в мире. На моей кухне постоянно кипели котлы и жарилось вкусное мясо. Но то, что мне довелось отведать сейчас я, пожалуй, не могу сравнить ни с чем в мире. Таких вкусов мне еще не доводилось пробовать.
Когда мы насладились кушаньями, мой возлюбленный отвел меня в очередное удивительное место. Оно напоминало мне ущелье, все стены которого были затянуты в бархат, облеплены мягкими диванами, на которых, как стая ласточек в гнездах, сидело несчитанное множество народу. Там, в центре этого бархатного царства, был устроен помост, на котором какие-то люди, похоже, настраивали музыкальные инструменты. Я люблю музыку, не пропускаю ни одного бродячего музыканта, которые обычно за ночлег, сытную еду и пару мелких монет согласны были гостить у меня месяцами. То, что я услышала там, едва меня не убило, накатившей волной удовольствия. Я чувствовала, что самое интересное у меня еще впереди. Чувствовала по тому, как пожимали друг другу руки те двое, с которыми незримо находилась я. Чувствовала по тому, как в воображении будущей меня пробегают быстрые картины, от которых веет счастьем.
Когда музыканты стихли, мы отправились в новое место. Ночь спустилась на землю, я помню это путешествие как сумятицу огней, как приглушенный, уже знакомый мне шум. Там, на мягком диване, мой любимый поцеловал меня. От этого поцелуя я едва не выскочила из тела, которое будет принадлежать мне, если пророчество сбудется. Этот поцелуй, который длился целую вечность, смешал все в моем сознании и то, что происходило дальше, я помню лишь обрывками.
Мы вошли в темную громаду дома. Там остановились на мгновение у огромного портрета, где изображена была я сама и мой любимый в праздничных нарядах. На мне было пышное белое платье, унизанное жемчугами. Слишком открытое для того, чтобы я могла надеть его в моем прошлом, но, очевидно, вполне подходящее для будущего. На нем был наряд из черной ткани. Я поняла, что это наш свадебный портрет. Я поняла, что наша любовь с ним скреплена браком.
Мы дошли до комнаты, в центре которой возвышалась огромная кровать. На этой кровати случилось то, ради чего я готова продать душу Дьяволу. Я никогда не испытывала ничего подобного, ничего, даже напоминающего то, что случилось там.
Мои любовники, числа которых я не помню, мой милый Ференц… Все ночи, проведенные с ними, не стоят того единственного бесконечного мига счастья, который мне довелось пережить там. Мне казалось, будто я в этот миг вместила в себя весь мир, будто внутри меня взошли одновременно Солнце и Луна, будто Земля остановилась, а потом взорвалась, как пороховая бочка. Звездочет Галилео как-то сболтнул, что Земля-то вертится. Я не поверила ему, но его странная фраза засела в голове как заноза. Теперь я поняла, что может остановить Землю.
Пораженная до глубины души всем увиденным и переполненная счастьем той, которой я могла бы стать, я забыла о том, что сейчас я здесь — всего лишь гостья. Когда я почувствовала, что та, в чьем теле я по прихоти неведомых сил оказалась, начала засыпать, я ощутила, как что-то тянет меня сквозь века и пространства назад. В мой замок. В мое сегодняшнее тело. Это было похоже на невидимый водоворот.
Когда я очнулась, мне хотелось, снова оказаться там. Проснуться ясным утром с любимым мужем. Увидеть новые чудеса. Мне хотелось бы каждый день испытывать, как замирает и взрывается от неземного удовольствия Земля… Но не меньшая сила заставляла меня быть там, где я сейчас нахожусь. Этой силой были мои милые дети.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
