Читаем без скачивания Агония страха - Михаил Март

– Безусловно, Москаленко знал немало, – продолжил Медведев. – После его побега на место командира части назначили начальника особого отдела подполковника Зотова, того самого, что обнаружил алмазы. Назначение не оправданное. Особистов не выдвигают на командирские должности, для этого существуют кадровики. Но, как мы знаем, новый командир также не угодил Прибыткову. И опять та же история. Полковник Зотов был вызван к генералу. Очевидно, они не нашли общего языка, и Зотов погибает в автокатастрофе на обратном пути в часть. Ничего нового. Самосвал с фальшивыми номерами и исчезновение водителя грузовика с места происшествия. К этому стоит добавить, что за последние полтора года при загадочных обстоятельствах погибли еще три командира частей, расквартированных в ближнем Подмосковье и принадлежащих к Московскому округу ПВО.

Тут выяснили интересный факт. Может быть, этот случай и не стоит особого внимания, но для нас все мелочи важны. На похороны полковника Зотова приехал его сын. Парень служит в военной разведке. Тридцать два года, представлен к званию подполковника, три боевых награды. Участвовал в первой и второй чеченских компаниях. Сорви голова, одним словом. Очень образован, хитер и неоправданно жесток. Но этот недостаток на войне ему приписывали, как достоинство. Майора Сергея Зотова отпустили на похороны отца, и он прилетел из Чечни попрощаться с ним.

Во время похорон происходит следующая сцена. Могилу закопали. Ружейный залп. Зотов-младший принимает соболезнования, но, когда к нему подходит генерал Прибытков, майор не подает ему руки и плюет генералу в лицо.

На следующий день приезжают санитары и забирают майора в институт судебно-психиатрической экспертизы имени Сербского. Парню ставят диагноз, с которым на свободу он не скоро выберется. Война никому еще на пользу не шла. Нарушена психика, и он стал опасен для общества, как потенциальный убийца. Синдром агрессивности, потеря самоконтроля, отсутствие дисциплины и субординации. Короче говоря, на адаптацию и реабилитацию необходимо время, не один год.

– Что мог знать сын, воюющий в Чечне, о службе отца в Подмосковье?

– Боюсь, этого мы не узнаем. В институте Сербского мне дали справку, что Сергей Зотов бежал из стен больницы, искалечив нескольких охранников и санитаров. Там до сих пор не могут прийти в себя после такого дерзкого и кровавого побега.

– Кто этим занимается? – спросил генерал.

– Главная военная прокуратура.

– Пусть ищут.

Виноградов понял, что эта тема не заинтересовала Турина, и вмешался в разговор.

– Позвольте мне сделать шаг назад и вернуться к гражданским лицам. Мы подняли все сводки МВД за последние три месяца и продолжаем их отслеживать ежедневно. Нас заинтересовало происшествие трехдневной давности, можно сказать, свежее. Думаю, оно имеет к нашему делу непосредственное отношение. В сберкассе города убит адвокат. В перестрелке с охраной убийцы адвоката также распрощались с жизнью. Теперь глянем на расклад. Адвокат работал юрисконсультом в фирме «Копирайт», которой руководит небезызвестный Ухов, тот самый доцент из Плешки и близкий друг Шатырина и Ромова. Уместно вспомнить, что четверо сокурсников, работавших в фирме Ухова, погибли под самосвалами. Где сейчас находится сам Ухов, никто не знает. Убийцами юрисконсульта были люди из таганской преступной группировки, руководимой Рамзесом, который работает на клан Басова – Грачева. Война продолжается. Ухов, как мы знаем, принадлежит к команде питерцев Шатырина и Ромова. Впрочем, Шатырина пора уже исключить из игры, так же, как Казакова из Якутии. Оба самые крайние, и оба в игре не участвуют. Один добывает, другой реализует. Главные силы – это Прибытков, Ромов и Басов с Грачевым. И теперь о главном. Все руководители находятся под нашим наблюдением, мы знаем, что происходит в последние дни. Генерал Прибытков оставляет вместо себя генерала Ступку и уезжает в отпуск. Он посещает Якутск, а оттуда покупает билет на Симферополь в Крым. Ромов из Петербурга отправляется в Симферополь на следующий день. Вчера вечером банкир Басов купил билет до Симферополя и вылетел сегодняшним утренним рейсом.

– Любопытно. – Турин встал и прошелся по кабинету. – У них есть только одна причина для такой встречи – заключение перемирия. Вероятно, разум начинает побеждать. Они слишком зависимы друг от друга, а ставка предельно высока. Разрыв цепи ведет к банкротству. Единственный человек, которого такой исход устраивает, – генерал Прибытков. Он потеряет алмазы, зарытые в зоне, но сохранит две трети их доли с новых поступлений, переориентировавшись на Восток. Боюсь, если он так видит свою задачу, то совещание провалится и Басов с Ромовым вновь объединятся против клана военных. А это лишь усилит конфронтацию, и война приобретет гибельный характер. Наша задача заключается в следующем. Мы должны воспользоваться отсутствием верхушки, вычислить ключников и завладеть каталогами в кратчайшие сроки.

Полковник и майор не поняли, о чем идет речь, и переглянулись.

– Не беспокойтесь, господа офицеры, я вам расшифрую поставленную задачу, но чуть позже. А сейчас я хотел бы, чтобы вы, Олег Петрович, начали собирать чемоданы. Полетите в Симферополь. Мы не можем оставить такое событие без контроля. А вы, Владимир Сергеевич, свяжетесь с нашими людьми в украинском ОСБ. Я не хочу, чтобы майору ставили палки в колеса. Он должен чувствовать себя в Крыму, как рыба в воде, а я уверен, что ему очень понадобится серьезное содействие.

– Будет сделано, товарищ генерал, – ответил Медведев. – С Крымом мы найдем общий язык, но напрашивается некоторое предположение. Люди, стоящие по правую руку от Прибыткова, Ромова и Басова, прекрасно понимают ситуацию и вряд ли сами верят в успех переговоров. В отсутствие хозяев они попытаются сами взять ключи в руки и устроить переворот.

– Не исключено, вот поэтому мы должны бросить все силы на внутреннюю операцию. Ну а если майору Виноградову удастся задержать главарей в Крыму на максимально возможное время, то из Крыма он вернется подполковником. К сожалению, мы еще не вылупились из яйца и очень плохо видим структуру организации, за которую беремся. Мы вычислили ядро, а теперь нам нужны ветви и веточки. Именно среди них затерялись те плоды, которые мы ищем.

Генерал сел за стол и включил селектор.

– Руководителей групп ко мне. Срочно. Пестова, Смолякова и Жирова. Созвонитесь с МВД. Мне нужна встреча с первым замом министра сегодня или, в крайнем случае, завтра в «Президент-отеле» в нашем номере для координации действий.

Турин отпустил кнопку и откинулся в кресле. Кажется, он был доволен сложившейся обстановкой.

Глава III

В Ялте слишком жарко

1

Маша его не выгнала утром, а подала ему кофе в постель. Давно ему никто не подавал кофе в постель.

– Ты выспался? – спросила она, присаживаясь рядом.

– Великолепно, даже голова не болит.

– Удивительно. Я тебя едва довела до дома. Не бросать же тебя на улице. Такие мужики на улице не валяются.

– Нет, иногда случается. Правда, их быстро подбирают. Надеюсь, я вел себя по-джентльменски?

– Относительно, но через каждую фразу повторял: «Только ты меня ни о чем не спрашивай. Я личность скрытная, засекреченная и ничего тебе не скажу. Язык мой – враг мой».

– Согласен, чем длиннее язык, тем короче жизнь.

– Мне много говорить не надо. Я сама все вижу. Ты приехал из Москвы и, скорее всего, работаешь в органах.

Журавлев едва не поперхнулся кофе.

– Значит угадала?

– Но как?

– Мой родной брат работает в милиции, в Ялтинском управлении. Так что в людях, которые работают в органах, я разбираюсь.

У Вадима тут же пропал аппетит.

– И он живет с тобой вместе?

– Нет, конечно. Мы редко видимся. В основном разговариваем по телефону. Он очень занятой человек. А я живу одна. Вдова. Так что не осуждай меня.

У нее был очень приятный грудной голос.

– Мне не за что тебя осуждать. Я влюбился в тебя с первого взгляда и счастлив, что мы вместе.

– Приятно слышать. Ты еще долго будешь находиться в Ялте?

– Все зависит от тебя. Мой отпуск только начался.

– От меня ничего не зависит. Я не хочу навязываться. Мне скоро уходить на работу, а ты можешь остаться. Захочешь уйти, захлопни за собой дверь. Если захочешь вернуться, то ключи лежат на холодильнике, возьми их с собой. Захочешь похмелиться, открой бар, там найдешь все, что тебе понадобится.

– Кем ты работаешь?

– Врачом в санатории.

– Благородная профессия. Моя мать тоже была врачом. Она умерла, когда я пошел в школу, и меня воспитывал отец.

– Ты же засекречен, а я ничего не спрашивала.

– Не могу держать язык за зубами. Не получается.

– Видимо, кто-то пользовался твоей откровенностью, но я не из тех. Ты меня будешь устраивать до тех пор, пока я тебя устраиваю. Но больших надежд на курортника с яркой внешностью, да еще моложе себя, я не возлагаю. У меня достаточно ума и опыта, чтобы смотреть правде в глаза. Пусть все будет, как будет.