Я вылупилась во все глаза, наблюдая за пометками детектива. Скритом оказалась волнообразная линия, поставленная над руной Ордио.
— В момент вплетения наших блокирующих рун в иллюзию Шакала, сразу активируем только ее — отдельным заклинанием. Все остальные расставленные нами блоки будут задействованы, когда все четыре основополагающие руны пройдем, чтобы заранее не выдать нашу задумку убийце. Вот эта руна тебе уже знакома. — Ткнул стержнем в руну Тхэ Бенедикт. Я кивнула — такая была на волке. Точнее в его плетении. — И еще несколько стабилизирующих рун, придающих иллюзии естественности и объемную форму. Их разрушать необязательно. Они слетят, как только основополагающие мы дезактивируем. Но! Свое дополнение предлагаю внести. — Детектив изобразил на листке три сложных узора, обозначив их как, — Руна Цхао, Мие и Нэсу.
— Что они означают? — Внимательно глядя за тем, как это делает наставник, зарисовала эти руны у себя, в качестве учебного материала, и приготовилась напротив них ставить пометки.
— Небольшая обманка, замкнем тропы Северного леса на себе, на случай, если Шакал решит ускользнуть из наших рук, когда его Имитация падет. — Хитро сузив глаза, пропел Бенедикт.
— Что? — удивилась я. — Мы сплетем таким образом свою иллюзию?
— И скроем ее надежно от зорких глаз колдуна, — кивнул Бенедикт, закончив выводить символы, — запомни эту комбинацию. Она используется, когда тебе необходимо изменить реальную картину мира, без лишних дополнений. Ну, за исключением того, что куда бы Шакал не двинулся, все дороги приведут его к тому, кто наложил иллюзию. То есть к нам. Наше плетение войдет в силу после разрушения Имитации! — Напомнил мне Бенедикт, сделав на этом акцент, как на важном моменте. — Мы ловим убийцу, а не пугаем его заранее.
Последние слова меня удивили еще больше. Ведь пока нас только колдун пугал, но никак не наоборот. Или я что-то не понимаю?
Закончив с выводом рун, Бенедикт привычно забрал кровушки у Макса, и произнес, растягивая слова:
«дэ-эхашэ-энорэ»
Композиция из кровавых темно-колдовских зарисовок отразилась и вплелась в структуру иллюзии.
«анно-арэ-ордио»
Я приоткрыла мир тонких материй, чтобы пронаблюдать, как вспыхнула руна Ордио, внесенная Шакалом, а на ее место встала та, что Бенедикт зарисовал. Внесенные изменения прокатились еле-заметной искристой волной по Имитации. И все! Дальше я посмотрела вопросительно на Бенедикта. Детектив покрутил головой, осматривая пространство вокруг и широко оскалился:
— Ну, теперь и я все вижу, — и дополнил, только уже хмуро, — дело плохо! Сейчас кое-что произойдет. Не паниковать! Держаться вместе! Магия к смерти не приведет, но нас тряхнет хорошенько.
— Что? — только и успела произнести, озираясь.
То, что чужеродная магия синими всполохами начала соединяться, перетекая от верха к низу и наоборот, я уже заметила. И ощущение это, предчувствия силы, колыхнулось внутри, заставляя тело покрыться мурашками. Дарк притянул меня к себе, закрывая мой взор от происходящего, и сам зажмурился. Просто потому, что картинка расплывалась, а голова от этого пошла кругом. Вовремя последовало предупреждение от Бенедикта, иначе мы в панике могли бы разбежаться. Потоки силы кружили вихрями вокруг нас, грозя сбить с ног и унести за собой. Земля или Имитация, сложно было уже разобрать, дрожала под ногами. Истязательства над нами длилось несколько секунд, а затем все резко стихло. Я открыла глаза, отцепив от Дарквуда побелевшие пальцы. И снова рухнула в его объятья, потому что голова еще больше пошла кругом. Я не узнавала прежнюю Имитацию — она стала другой! Опустила вниз ошалелый взгляд, передвигая ногами. Почва была твердой, но мир повернулся вверх тормашками! Причем в прямом смысле. Мои ботинки утопали в облаках, где-то справа, недалеко, мерцал полумесяц, снег так и падал, только вверх, а не вниз! Я задрала голову, чтобы испуганно вскрикнуть. Наверху торчали страшные деревья, полуразрушенные здания, и бегали волки-иллюзоны, подконтрольные нам.
— Ээээ, ты знал, что так произойдет? — проморгавшись, спросил Вульфгред. Остальные тоже потихоньку начали приходить в себя. Если так можно сказать, учитывая то, что творилось вокруг.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Как только сам смог видеть сквозь иллюзию, — спокойно разъяснялся Бенедикт, — меня волнует другое… — детектив взял компас и громко так, смачно выругнулся. Стрелка компаса словно сошла с ума, бегая по циферблату, аки кипятком ошпаренная. И никакие манипуляции ее не останавливали.
— И что, — оторопело заговорил Макс, зажимая порезанную, но быстро регенерирующую ладонь, — теперь мы не знаем куда идти?
Бенедикт хмуро кивнул. Мы все отчаянно вздохнули. Весел и бодр среди нас остался только Орхиус, он и задал вопрос очень уж мрачному детективу:
— Я один знаю, как выпутаться из этой ситуации?
Призрак вампира внезапно оказался в центре нашего всеобъемлющего внимания. Мы жаждали ответов.
— Говори! — Буркнул Бенедикт, сложив руки на груди.
— Ой, да ладно?! Не уж то я объегорил тебя, Бен? Дайте насладиться моментом…
— Говори!!! — это все остальные уже не выдержали, зло сузив глаза. Хотя, что мы могли сделать призраку?
— Дай-ка мне эту штуковину, — Орхиус забрал компас у Бенедикта и исчез. Просто растворился в воздухе.
Через несколько секунд послышался довольный голос призрака вампира, только сверху. Мы задрали головы.
— Видите меня?! — крикнул Орхиус.
Орхиуса не было видно, совершенно. Даже в тонких материях, на что я несказанно удивилась. Зато его прекрасно было слышно. Выждав нашу реакцию, призрак вампира весело добавил:
— Я так и думааал. Здесь компас работает, идемте! Только смотрите не надорвите головы! — наверху засеребрилась цепочка из следов, быстро шагающая в сторону. При этом, Орхиус так и остался невидимкой.
— Вот, позер! — Комментировал Бенедикт. — Следуем за этим! — детектив указал вверх, на удаляющиеся следы. — Он мог бы стать видимым, но повыпендриваться просто обязан!
— Конечно, — ответил с высоты Орхиус, — нужно пользоваться моментом преимущества! Когда я еще смогу стать невидимкой для магических существ?
Привыкнуть к обновленному виду Имитации просто не представлялось возможным. Голова постоянно кружилась, а к горлу подступал комок. Правда, у меня в отличие от моих коллег по несчастью, была возможность уйти в тонкие материи. Там я могла видеть очертания реальной картины мира, кроме плетений иллюзии. Распознав деревья, растущие, как полагается, то есть корнями вниз, мой организм переставал бунтовать. Лица попутчиков были бледными, почти как снег, валившийся теперь снизу-вверх. Оценивать красоту творящегося вокруг безобразия я не бралась, сконцентрировавшись на картинке иного мира. Единственные, кто в данной обстановке чувствовали себя, как и прежде — Бенедикт и Орхиус. Хотя, если учесть, что физически они оба давно мертвы, то это не удивительно. Детектив периодически посматривал наверх, корректируя направление всей группы и следуя по следу Орхиуса, а мы шли за ним, стараясь не запрокидывать голову лишний раз. То было чревато освобождением желудка от всего того, чем мы успели перекусить перед путешествием по Имитации. Организм к жизни вверх тормашками не был готов.
— Как ты себя чувствуешь? — Дарквуд приобнял меня за талию, обеспокоенно посмотрев в мои глаза.
Беспокоиться ему о себе стоило. Выглядел он как-то болезненно. Обстановка и на него плохо повлияла, но забота мне была приятна. Я улыбнулась.
— Нормально. Кажется, мне начинает нравится, — озорно произнесла я, вытянув руку вперед ладонью вниз. Снег пролетал сквозь нее, на этот раз он настоящим не был и играл роль дезориентирующего феномена.
— Это шутка? — сбился с шага Дарк. — Смотри не привыкай, а то придется тебе, как акробатам — на руках ходить, когда мы в реальный мир попадем. Этот у меня уже поперек горла…
Ткнула в плечо Дарквуда кулачком в знак протеста — придумал тоже:
— Думаешь, нам удастся вернуть Кашеси?
— Я на это очень надеюсь. Не зря же мы сейчас от выкрутасов Шакала страдаем? Если все впустую — я себе не прощу.
