Братья в унисон посмеялись, и Кремон предложил:
– Давай мы ей и из наших мешков половину отсыплем.
– Можно и по две трети! Лишь бы все не забрала в оплату за услуги проводника.
– Ну да, она такая…
– Шантажистка…
– Ребята, кончайте издеваться! – потребовала девушка, со скрипом разминая ноющую спину. – Я серьезно!
Тут же на деловой тон перешел и Кашад:
– Двигаем, братишка! Иначе мы никуда не выберемся и раньше от голода загнемся.
– Ах да! Запаса у нас на пару дней! – согласно закивал Кремон, но все-таки не смог удержаться от очередного розыгрыша. Пригнувшись к уху напарника, зашептал, но так громко, что слышала девушка: – Может, все-таки возьмем ее с собой?
И товарищ подыграл, как следует. Окинул раздевающим взглядом Риону с ног до головы и категорически заявил:
– Нет! Слишком худенькая. Для женитьбы – еще в самый раз. А вот во время дальнего похода, да при острой нехватке продуктов… нет, не годится.
И все равно испуга у девушки не вызвали. Она только презрительно фыркнула:
– Только не надо притворяться колабами!..
– А они тоже не едят разумных, – заметил Кремон. – Ну разве что совсем одичавшие ортодоксы.
– Тем более! Я иду с вами!
И получила синхронно прозвучавшее требование:
– Только с походным вещмешком!
Ничего не оставалось бедняжке, как присесть возле своего багажа и начать его развязывать со стенаниями и чуть ли не поливая горькими слезами:
– Тоже мне, благородные! Каждому мой мешочек нести, как два пальца согнуть!.. Так их зависть взяла, что бедная девушка решила себе на приданое заработать… Вон, даже съесть угрожают… Лишь бы мои трофеи себе прикарманить…
За пять минут такого ворчания она впихнула в свой личный заплечный мешок добрую четверть самых ценных трофеев. Больше не влезло. И то она пару мелких предметов, думая, что никто не видит, спрятала за обшлагами куртки и в карманах. За остальное она тоже собралась было торговаться, но Эль-Митолан Восходящий подстегнул ее резким окриком:
– Мы уходим! Не отставай!
И мужчины взяли такой темп, что вроде как легко груженной проводнице пришлось бежать за ними вприпрыжку. На первых сотнях метров пути она продолжала жутко печалиться, что ей досталось так мало ценного груза. Но уже к концу второго километра думала совсем иное:
«Я и в самом деле жадная! Вон сколько волоку! Еще и моим дочкам на приданое хватит… Если эти дочки еще будут… Ибо сейчас свалюсь и умру от усталости…»
Повезло! Братья Низу отыскали все-таки двухцветные колонны и сделали привал.
И радовались теперь как дети. Потому что некие кривые надписи на непонятном языке, которые имелись на карте, только сейчас расшифровались для спутницы. «Дворец» – обозначало каждое слово. То есть некий особый подземный ход соединял один дворец со вторым. Между ними как бы огромное пространство занимал сад, который обозначался кустиком и рисунком двух деревьев. Ну и там же виднелись дымные ориентиры и силуэты нужных скал.
То есть складывалась убежденность в том, что тут когда-то кто-то проходил уже во время существования Шанны. Раз книги, созданные после вселенской катастрофы и после тотального уничтожения сентегов, содержали описание этого подземного сооружения и давали конкретные ориентиры, то народишко здесь шастал. Пусть и в единичных экземплярах. И догадаться, почему он шастал, – нетрудно: порой смертельные болезни не могли излечить и легендарные врачи Эль-Митоланы… А может, этот секрет принадлежал только одному древнему роду, вот они и хаживали сюда за сокровищами и артефактами.
Правда, и в этом «дворце» ни единого предмета Древних еще до сих пор не отыскалось. И следовало решать немедленно, что делать дальше.
Вот именно об этом и о предстоящем маршруте между братьями и разгорелся основной спор. Причем вели они его на ходу, обследуя все прилегающие к месту привала подвалы. Младший утверждал, что следует пройтись по всем тоннелям, ведущим на север, и отыскать в обязательном порядке тот самый особый проход. Дескать, он все равно будет нужен при возвращении. С той стороны его не удалось обнаружить, так, может, с этой удастся? Тем более что по всем ориентирам он не мог быть слишком далеко.
Тогда как старший в паре братьев напоминал, что продуктов и воды ничтожно мало, следует немедленно двигаться на юг и выбираться там на поверхность, оставляя на своем пути как магические, так и обычные метки. Проблемы выживания – на первом месте. А поиск обратной дороги может и подождать.
Риона мысленно поддерживала Кремона, но ее мнение никто не спрашивал и учитывать не собирался. Она сразу ощутила, что из авторитетной проводницы, или как минимум равноправного товарища по ватаге, она стала приживалкой и обузой. По крайней мере, именно такие пессимистические мысли на нее нахлынули, когда она интенсивно набиралась сил и прислушивалась к обрывкам то тут, то там слышимых дискуссий. Причем в этих разговорах девушка несколько раз уловила такие фразы, которые наводили на подозрения: на самом ли деле Низу родные братья?
Но пока она сидела тихо, ни о чем не спрашивала, зато очень внимательно слушала. Мало ли что…
Мужчины приняли компромиссное решение: сделать всего один рывок на север, пройдя по ближайшему тоннелю, и просто убедиться либо в существовании невидимой смерти, либо в наличии непреодолимых завалов. Если действовать последовательно, то такой шаг напрашивался сам собой. Следовало все-таки знать, что остается за спиной.
Решили двигаться втроем. Тем более что найденная за несколькими поворотами анфилада подвальных помещений вела строго на север. Да и смертельных аномалий, которые Кашад навострился уничтожать и развеивать щелчком пальцев, стало гораздо меньше. Словно они заранее со страхом убирались с дороги сильного колдуна.
Анфилада постепенно перешла в прочный тоннель шириной метра два. Так что идти было легко, даже камней под ногами не попадалось. А шли на последнем и таком удобном участке, экономя осветительные артефакты и трего. Вернее, даже не столь ради экономии, сколь по причине удобства такого передвижения для Восходящего. Он прекрасно видел в темноте, предупреждал о неожиданных препятствиях и устранял опасности. А чтобы идущие следом, метрах в пяти, не бились лбами об стены, прицепил маленькую искорку светляка на своем мешке.
Вот эта искорка, синхронно покачиваясь в такт шагам Кашада, и вела за собой пару ватажников. И вдруг замерла на месте.
– Вот и пришли… – послышался настороженный голос Кашада, и он быстро стал вынимать шарик-артефакт из кармана. Была признана большая эффективность этого диковинного осветительного устройства, вот им и пользовались в первую очередь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
