Не пойму отчего, но с какого-то момента оборона в нашем хоккее стала явно отставать от нападения – и по числу новых ярких игроков, и по прогрессу в тактике, и по морально-волевым характеристикам. Словом, по всем показателям. У меня такое впечатление, что иные тренеры потеряли вкус к специальным занятиям с игроками задней линии, к воспитанию защитников высокого класса, к их правильной игровой ориентации. Нет, о кризисе речь, конечно, не идет, но из своих ворот я отчетливо вижу (думаю, что и вы с трибуны тоже), как много ошибок допускают в обороне даже наши именитые игроки, как небрежны они порой, как часто, увлекшись атакой, не успевают вернуться назад, чтобы достойно выполнить свои прямые обязанности.
Я не обижаюсь на партнеров, когда они позволяют соперникам выйти один на один со мной. В игре всякое бывает. Но, право, трудно оставаться невозмутимым, если победа в дуэли за мной, а защитники все еще «не проснулись», и шайбу после повторных бросков добивают-таки в сетку.
Из игроков задней линии лично мне, вратарю, больше всего в последние годы нравился Василий Первухин – именно потому, что его отличала строгая, почти безошибочная игра. Отняв шайбу, он не изображал из себя Бобби Орра, а тут же переадресовывал ее форвардам. Этот парень отчетливо сознавал свои задачи, он был почти незаметен на поле, а пользу приносил огромную.
«Кто опаснее для вратаря – наш Сергей Макаров или канадец Уэйн Гретцки?»
– Конечно, Макаров.
«В чем разница между Филом Эспозито и Уэйном Гретцки?»
– В первую очередь – в габаритах. Эспозито выше меня чуть ли не на голову, весит около 120 килограммов. А Гретцки – это худенький мальчик, едва 76 весит. В характере у них тоже много различий. Эспозито так и не смог перебороть до конца высокомерия по отношению к советскому хоккею, а Гретцки, напротив, везде подчеркивает, что он стал великим благодаря «школе Тарасова».
«Был ли у Вас идеал, пример для подражания?»
– Если вы имеете в виду хоккей, то да, был. Виктор Коноваленко – вот кому я всегда хотел подражать.
«Сколько времени Вам требуется, чтобы облачиться в хоккейную амуницию?»
– Если не спеша, то 10 – 12 минут.
«Как Вы относитесь к парашютному спорту?»
– Я не ошибся? Именно к парашютному? Вот уж никогда об этом не думал… Но если он полезен, если делает человека лучше, то почему бы его не уважать?…
«Правда ли, что Вам было сделано предложение играть в одной из канадских профессиональных команд?»
– Такие предложения делались не раз, причем канадцы предлагали миллионные гонорары. Но они сами прекрасно понимают, что все это из области фантастики. Я – советский спортсмен и всегда буду защищать честь своей Родины.
«Какая команда, по Вашему мнению, является самой популярной в стране?»
– Больше всего болельщиков конечно же у «Спартака»… Не успеваю я закончить фразу, как зал взрывается бешеными аплодисментами. Спартаковские болельщики ликуют. Надо бы их немного остудить.
– …но было бы хорошо, если бы «Спартак» пореже огорчал своих поклонников.
Смех, аплодисменты.
«Сколько писем Вы получали до свадьбы?» – читаю вслух следующую записку.
– Ох, много… Гораздо больше, чем сейчас. «Можно ли Вас вывести из равновесия?»
– Наверное, можно, только что для этого надо сделать – я не знаю.
«Почему Вы играете в проволочной маске, а не в фибергласовой?»
– Она значительно безопаснее. В такой маске легче дышать. Словом, ее преимущества очевидны. Сейчас все вратари наших ведущих команд играют в проволочных масках.
«Устаете ли Вы сейчас от хоккея сильнее, чем прежде?»
– Раньше, когда я был помоложе, матчи не так изматывали меня. Теперь в некоторые моменты трудных и длительных турниров я, бывает, чувствую себя так, будто вот-вот потеряю сознание. Тут уж доктора выручают: нашатырь, валидол под язык – и снова на лед.
«Следите ли Вы во время матча за действиями вратаря соперников?»
– Да. Подмечаю и его ошибки, и его удачную игру.
…Наша встреча продолжается уже больше двух часов, а вопросам, кажется, не будет конца. Меня просят рассказать о личной жизни, интересуются планами на будущее, спрашивают, почему плохо играет «Спартак», чем занимается Константин Локтев, как я отношусь к Александру Якушеву и в чем причины неудач футбольной команды ЦСКА. Приятно, что люди так горячо интересуются спортом, так близко воспринимают удачи и промахи любимых команд.
Хотя, должен признаться, с годами выступать перед болельщиками мне стало труднее. Особенно когда покинул лед. Люди ждут от меня не поверхностной информации, не только пересказа событий из собственной биографии, но и серьезных оценок состояния современного хоккея, размышлений о жизни. Хочу заметить, что информированность любителей спорта в последние годы резко выросла и выступать перед такой аудиторией непросто. Поделюсь свежими впечатлениями о недавней поездке в Череповец, к молодежи металлургического комбината. Она состоялась в конце 1985 года. Там меня особенно пристрастно расспрашивали о причинах неудачи нашей сборной на чемпионате мира-85 в Праге.
Спорт есть спорт, объяснял я, от спадов и осечек никто не застрахован. Я был в Праге в те невеселые для наших любителей хоккея дни. Прилетел в столицу Чехословакии, когда на мировом первенстве был сыгран предварительный турнир, который, как известно, наши хоккеисты прошли без единого сбоя.
– Поздравляем, Владислав, – сказали встречавшие в аэропорту чехословацкие друзья. – Поздравляем с победой ваших. Равных им здесь нет.
И действительно, каждому было ясно, что сборная Советского Союза по всем показателям превосходит соперников. Для того чтобы в этом убедиться, даже не требовалось разбираться в тонкостях игры. Мышкин в предварительном турнире меньше всех пропустил, Макаров больше всех забил. Сборная СССР единственная из всех команд не потеряла ни одного очка. Она выглядела грозно.
Правда, меня насторожило то, что команда ЧССР заняла четвертое место, а это автоматически делало ее нашим соперником в первом же финальном матче. Два раза подряд чехословацкие хоккеисты почти никогда не проигрывают. Я мигом вспомнил мировое первенство 1983 года в ФРГ, когда в предварительном турнире они нам уступили, а в финале матч завершился вничью – 1:1. Я опять недобрым словом помянул систему проведения турнира, которая не выявляет сильнейшую сборную, а выгодна тем, кто играет нестабильно, со срывами.
Но, впрочем, эта мимолетная озабоченность быстро уступила место оптимизму, когда я увидел ребят – жизнерадостных, полных сил и веры в успех. Только Тихонов пожаловался на плохое судейство. Других проблем не было.
Что касается плохого судейства, то я и сам еще в Москве, наблюдая за матчами по телевидению, обратил на это внимание. Уровень работы арбитров был не просто низким – безобразно низким. Такого я еще не видел. Тон задали американский и канадский арбитры, разрешившие захваты соперника руками. Этим грязным приемом тут же воспользовались те хоккеисты, у кого не хватало мастерства. Пострадала же от такого «либерализма» прежде всего наша сборная.
– Тяжело, Владик, – сказал Виктор Васильевич, – но когда нам было легко? Ты же знаешь, что против нас все играют с утроенной энергией.
На следующий день произошло то, чего, кажется, никто не ожидал. Проиграв команде ЧССР со счетом 1:2, советские хоккеисты сразу оказались в очень сложном положении.
Драматически складывался этот матч. Уже на 7-й минуте Мышкин далеко, очень далеко выкатывается из ворот на Ружичку, потом начинает пятиться назад, вдруг почему-то падает и… Ружичке не остается ничего другого, как забросить шайбу в пустые ворота. Досадно, конечно, но бывает. «Вперед! Всем – вперед, на штурм соперника!» – такую команду, вероятно, отдали наши тренеры. Однако спустя пять минут – еще один удар. Из-за оплошности защитников шайба вновь влетает в сетку ворот нашей команды. Фора в два гола в такой встрече? Непростительно…
Чехословацкие тренеры мгновенно перегруппировали силы, построив все дальнейшие действия своих спортсменов по системе 1 – 4, то есть хоккеисты ушли в глубокую и надежную защиту. Они поняли, что теперь требуется только одно: во что бы то ни стало удержать счет. Любой ценой.
Наши же стали спешить. Время таяло. А когда спешишь, то невольно делаешь ошибки. Отыграли второй период – ничего не получилось. Пошел третий, и тут наконец Хомутов забивает ответную шайбу. Чехословацкие хоккеисты к этому времени уже не играли в хоккей, а только разрушали атакующие построения наших, не давали им играть. Что ж, их можно было понять. Еще вчера не имея, по существу, шансов на победу, они сейчас почувствовали себя совсем рядом с золотыми медалями.
Так со счетом 1:2 и закончился этот матч в Праге.
