фигурировали новые члены экипажа и, быть может, это был кто-то из них. Повесив полотенце на шею, ещё несколько секунд посмотрел на экран, взвешивая все «за» и «против» и в итоге сдался, принимая вызов.
— Слушаю. — ответил я.
— Наконец-то, Тайлер. Здравствуй. — послышался женский голос на том конце трубки. От его звука я моментально напрягся, ощущая, как внутри поднимается адское пламя, желающее достать звонившую и испепелить её нахер. — Прошу, не вешай трубку! Это очень важно! Тебе необходимо встретиться с отцом.
— Пошла нахер. И он пусть идёт туда же, так ему и передай. — оторвав телефон от уха, я почти нажал на кнопку сброса, но она продолжала что-то кричать. И остановило меня лишь упоминание моей матери. — Что ты сказала?
— Я сказала, что тебе пора вырасти, Тайлер, и взять ответственность за дело жизни твоей матери! — не сбавляя громкости, продолжала вещать женщина.
— Не смей даже упоминать её. Ты поняла? — закипая, ответил я.
— Успокойся, Тай. И послушай. Совсем скоро годовщина и мы с твоим отцом хотим устроить вечер. Пригласить её знакомых, коллег, спонсоров. — начала она.
— Что, блять, вы собрались устроить?! — переспросил я, сжимая кулаки. — Ты? Он? — вдох-выдох, блять. Спокойствие. — Вы? Насколько же лицемерными тварями нужно быть? Насколько же вы гнилые твари. — мечась по квартире, как дикий зверь в клетке, начал понимать, что готов слететь с катушек и уничтожить всё вокруг.
— Думай, что хочешь. Но не смей так разговаривать со мной. — процедила она. — Как ни крути, но ты часть этой семьи, как и я.
— Пошла нахрен.
— Тайлер, в твоих же интересах поговорить с отцом. И как можно скорее. Хотя бы ради матери.
— Заткнись и не смей даже упоминать её! Просто заткни свой лживый рот, нахрен! — взревел я.
— Ты лишь доказываешь сейчас своим поведением, что унаследовал её гены. — заорала она и я замер на месте. — Вы оба даже слушать ничего не хотите! Ты думаешь, закончила бы так она, если хотя бы немного её волновало что-то ещё, кроме себя самой?! Твой отец — святой человек, раз продолжает терпеть от тебя такое дерьмо! Мне плевать, насколько сильно ты ненавидишь меня, считая, что это я разрушила вашу идеальную семью! Но вот что я тебе скажу, сейчас рушишь её только ты! Хотя бы будь благодарен, что ты продолжаешь жить в своё удовольствие. Ты никто и ничто без твоего отца!
— Иди нахер, Стефани. Идите вы все нахер. Оставьте меня уже в покое. — даже не удосужившись нажать «отбой», швырнул телефон в стену, оставляя на ней небольшую выбоину. Стараясь дышать, уставился на отлетевший в сторону корпус смартфона. — Суки. — Схватив стул, кинул его через всю комнату, прямо в стеклянную перегородку, которая, медленно покрываясь толстыми трещинами, не выдержала и с дребезгом рассыпалась по паркету. Но мне было плевать. — Долбанные суки. — Пиная и швыряя всё, что находилось в непосредственной близости от эпицентра взрыва, коим являлся я, двинулся в тёмную спальню и сел на кровать.
Тело, покрывшееся холодной испариной, сотрясала мелкая дрожь, пока я, хватаясь за всклокоченные волосы, пытался поймать ускользающее вместе с дыханием спокойствие.
Я всей душой ненавидел Стефани, мачеху, ненавидел отца, посмевшего связаться с ней и изменить моей матери. Ненавидел их обоих за то, что её нет больше с нами. Но самое мерзкое в этой ситуации, что даже её смерть, истинная причина которой всё ещё известна только узкому кругу людей, стала неплохим пиар-ходом для компании отца. Даже спустя двадцать лет они никак не успокоятся и ищут способы наживы на том, что однажды перечеркнуло мою жизнь.
Я не прощу их за это. Как не прощу и брата, который, танцуя под их дудочку, ведомый лишь жаждой денег, лебезит перед ними. Не прощу сестру, которая предпочла закрыть глаза и забыть о том, что случилось со всеми нами. Я рад, что у неё был такой шанс. Но свой я упустил, найдя тело матери, когда вернулся в свои четырнадцать лет домой пораньше.
Я не могу до конца простить и матери ту слабость, которую она позволила себе, посвятив своё сердце отцу, которому было похрен и на её, и на её любовь, и на троих детей. Ему тогда была важна лишь секретарша-Стефани, оказавшаяся хитрой змеёй, которую он в итоге и пригрел в нашем доме, считая, что эта тварь действительно станет лучшей матерью, чем у нас была до этого.
Будь он хоть миллион раз прав, этой ошибки я ему никогда не забуду. Чего бы мне это ни стоило. Мне было не впервой менять телефоны, каждый раз пополняя «чёрный список» новыми номерами, оплачивать замену некоторых предметов интерьера или уборку. Это лишь малая цена, которую нужно платить, чтобы избегать эту семью.
— Ублюдок… — выдохнул я. — Какой же ублюдок. — с силой потерев лицо ладонями, посмотрел на разгромленную соседнюю комнату и тяжело выдохнул. Времени оставалось не так много, так что пора было брать себя в руки и хотя бы попытаться выкинуть из головы все ненужные мысли на время рейса.
Теперь я с ещё большим нетерпением ожидал новых вестей от малышки из «NU-Air» или хотя бы от какой-нибудь другой компании, лишь бы наконец-то свалить отсюда. Хоть куда-нибудь. Стюардесса заверяла, что прекрасно помнит обо мне, но даже для человека, находящегося львиную долю своей жизни в разъездах, это слишком долго.
Через полчаса я уже был готов выходить, полностью облачённый в командирскую форму и практически успокоившийся. Бросив последний взгляд на последствия своих эмоций, тихо закрыл за собой дверь и спустился на первый этаж.
— Доброго дня, мистер Рид! Надеюсь, небо сегодня будет к вам благосклонно! — Поприветствовал меня коронной фразой Стенли.
Не торопясь покидать здание, я подошёл к старичку и положил ключ от квартиры и карту ему на стойку. Он без слов всё понял и грустно улыбнулся в ответ.
— Стен, в квартире случился казус. Разберись с этим.
— Снова? — Он забрал связку, кредитку и достал блокнот. — Что нужно заменить на этот раз? — Поправив очки, он принялся записывать перечень необходимых товаров, с каждым словом всё больше хмуря свои седые кустистые брови. — Такое неудачное утро? — оторвав взгляд от листа, он взглянул на меня.
— Спасибо, что не задаёшь лишних вопросов, Стен. — незамедлительно оборвал его и старик покачал головой.
— Я бросал вам в почтовый ящик брошюры. Прошу, скажите, что хотя бы ознакомились с ними. — участливо проговорил он, в очередной раз проявляя незаслуженную заботу.
— Я думал, это реклама. — устало выдавив улыбку, развернулся в сторону выхода. — До вечера, Стен.
— До вечера, мистер Рид. — отозвался он
