я. — Это не запрещено. А полезешь ещë раз к Вайолет, сильно пожалеешь.
— Давай обсудим это позже. — Томный голос Камиллы меняется на ледяной, как только я упомянул Вай. — Меня ждëт Шибар.
Взметнув лёгким движением руки тёмные тяжёлые локоны, лежащие на плечах, Камилла вошла в кабинет.
Когда дверь за ней закрылась, я понял, что это надолго.
Но всë же стоял так долго, как только мог. К сожалению, время шло, никто из кабинета ректора не выходил. Но когда началось следующее занятие, пришлось идти, хоть я и ожидал до последнего.
На самой паре особо не вникал. Голову полностью занимали мысли про Вайолет и нашу с ней истинность.
А ещё меня порядком расстроила новость про визит отца. Он же был недавно в академии, зачем он снова сюда решил заявиться?
В конце занятия преподаватель объявил ту же новость, что и раньше рассказала Камилла — пребывает король Норд, для встречи со студентами. Потом ещё он дополнительно будет общаться с самыми достойными.
Радость-то какая.
Очень надеюсь, что я к ним никакого отношения иметь не буду. Мне куда важнее пообщаться с Вай, чем в очередной раз выслушивать от отца, насколько большая у меня будет ответственность, когда я взойду на престол и что я к ней сейчас абсолютно не готов.
Наконец, когда занятия закончились, мне удалось подкараулить Вайолет, которая выходила из кабинета с каким-то рыжим парнем, с лицом, полностью покрытым веснушками.
— Свали, — рычу я на него.
Тот испуганно вздрагивает и едва ли не бегом уходит по коридору.
— Что это за недоразумение? — Опускаю я подбородок.
— Мой горячо любимый парень, от которого я без ума. Что скажешь, Норд? — Вай вскидывает подбородок, невольно открывая нежное беззащитное горло. Линию плеч и чёткий контур молодой аккуратной девичьей груди, спрятанной под формой академии.
Драконово пламя! Вот опять, она ещë ничего не сделала, а я еë хочу так, что в глазах темнеет.
Вжать в стену, запустить ладонь под платье, сдирая трусики, раздвинуть стройные ножки и войти. Резко, горячо, жёстко.
Делая своей навсегда.
Хочу каждым своим движением выбивать у неё стон и умоляющий шёпот моего имени.
Как тогда. В аудитории.
Нет, Вайолет не сбежать от меня. Она будет моей. А после нашей свадьбы мы не будем выходить из спальни сутками.
И для этого надо начать прояснять ситуацию уже сейчас.
Поэтому отвечаю вслух:
— Скажу, что вкус у тебя отвратный, клубничка.
— По твоему, надо было выбрать тебя? — Дерзко усмехается она.
Я просто киваю.
— Именно. Ладно, Вай, я хочу поговорить с тобой. Очень серьëзно, — беру еë за руку и отвожу за небольшой столик, рядом с аудиторией.
Вайолет на удивление не спорит, а просто садится на небольшой диванчик, повернувшись ко мне:
— Ладно. И о чём же?
— О твоей метке.
Спокойно говорю я, но она тут же пугается и прячет обе руки под стол.
— Вай, — я успокаивающе обнимаю еë за плечо и прижимаю к себе. — Малышка моя, ты же прекрасно понимаешь, что не утаишь её от меня. Уже не утаила. А ещë, прекрасно осознаёшь, как и я, что она указывает на то, что ты — истинная, которая предназначена мне.
Вайолет вздрагивает и зарывается лицом мне в грудь. Так трогательно.
Она будто ищет защиту у меня, от меня же самого.
— И что теперь? — Тихо и испуганно спрашивает она.
— Я просто хочу сделать тебя счастливой, Вай. Позволь мне это, — целую еë в висок. — Сегодня приезжает отец, и я хочу официально представить тебя как свою истинную и будущую жену.
Глава 34 — Только моя проблема
Альвар
Вайолет вскидывает на меня удивлëнный и даже испуганный взгляд.
— Но как же? Ты просто собираешься вот так взять и представить меня королю? Как свою невесту?
— Именно, — спокойно киваю я. — А что тебя смущает, клубничка?
— Ну…, — она ведëт плечом. — Это же король. Да вообще. А может, я не хочу замуж. Ты же меня даже не спросил.
Я закатываю глаза.
— Вай, ну не начинай.
— А что не начинать? — Эмоционально взмахивает руками Вайолет. — Что в том замужестве интересного? Будешь командовать — не ходи туда, не надевай-то, не ешь это.
— Не ешь это? — Изгибаю я бровь. — В твоей голове мужья настолько тираны, что держат своих жëн впроголодь? Хотя если ты, конечно, вознамеришься слопать мухомор, то да. Я буду против. Вот такой я ужасный мужчина.
— Да я вообще не о том, — раздражённо фыркает и по-детски забавно надувает и без того пухлые и чувственные губки. — Ты меня, между прочим, даже не спросил — хочу ли я выходить за тебя замуж?
— А, — улыбаюсь и киваю. — Вот в чём дело. Никакой романтики, да? Ну, это да. Тут я провинился.
Ссаживаю её рядышком на диван. А после опускаюсь перед ней на одно колено.
— Мисс Вайолет Хоуп…
— Вот ты даëшь, драконище. — Вай хихикает и закрывает лицо руками.
Это хороший знак.
Я делаю голос ещё более торжественным:
— Окажите ли Вы мне честь стать моей супругой и сделать меня самым счастливым драконом на свете?
— Но ведь это невозможно! — Выдаëт Вайолет.
— Что невозможно? — Хмурюсь я.
— Если я стану твоей женой, то счастливым тебе точно не быть. Или скорее спокойным. Сам говорил какая я невыносимая.
— Ничего, я готов отдать в жертву нашей любви и своë спокойствие, и даже жизнь, если потребуется.
— Эй-эй, — поднимает палец Вайолет. — Давай без непрошенного героизма, ладно? Кого я буду донимать в жутких попытках причинить добро и подарить как можно больше счастья? Нет, так легко уже не отделаешься.
Я склоняю голову к плечу:
— Это значит — "да"?
Вайолет прикрывает ресницы, а щёчки покрываются нежным очаровательным румянцем:
— Это значит — "да".
Чтоб его! А ничего даже близко похожего на свадебный браслет у меня нет.
Не подготовился, Альвар. К самому важному своему дню не подготовился. Может, прав был отец? Хреновый из меня правитель получится.
Похлопал себя по карманам брюк, рубашке, в какой-то идиотской надежде найти хоть что-то стоящее.
Но, конечно, браслета там не было и быть не могло, по той простой причине, что я ничего похожего не покупал.
Но внезапно ладонь нащупывает цепочку с небольшой подвеской в виде пламени.
То, что нужно!
Я резко стаскиваю с себя и цепочку, и подвеску. После чего торжественно обматываю этим украшением изящное тоненькое запястье Вайолет.
Прямо под тем местом, где расположена еë метка истинной.
И не удержавшись, касаюсь еë губами.
Мгновенно чувствую томительный жар во всëм теле. А ещë аромат
