Нате вам! Выходит, мне придется тусоваться на половичке до его прихода. Ну, вы сейчас скажете, что мне надо было развернуться и, взяв такси, поехать домой, а как же Серега. Я не была уверена что он не стоит где-нибудь за углом, в надежде разоблачить мой блеф. В общем, в очередной раз решив идти до конца, я удобно устроилась на сумке и открыла, припасенную на всякий пожарный баночку с пивом.
Пятая опустошенная баночка уютно устроилась рядом с подружками, когда я услышала звук открывающегося лифта и знакомый баритон.
— Конечно, конечно. Это гениальная вещь, и вообще он настолько неординарен в своей живописи. Выставка была чудесной. Хотя мне все же примитивизм чужд.
— А как была хорош тот эскиз! Какое мастерство. Какая палитра! Какое умение подбирать и смешивать тона, — писклявый, шепелявый и противный голосок мне не понравился. Во первых он явно принадлежал женщине, во вторых явно женщине хорошенькой, или думающей, что она такая, а в третьих для меня это было неожиданностью. Я как то не предусмотрела такой вариант. Я попыталась подняться на ноги, но баночки-сестрички привели мой вестибулярный аппарат в нерабочее состояние. Пока я предпринимала вторую попытку встать, держась за косяк они возникли в конце коридора и приблизились на расстояние вытянутой руки. В глазах двоилось, но я сумела разобрать, что мой шотландский сеттер разодетый в пух и прах, вышагивал под ручку с натурально-блондинистой фифой, как будто только сошедшей с подиума. Внутри у меня закипело и забурлило. Значит, я томлюсь на коврике возле закрытой двери уже около часа, а эта шотландско-сеттеровая свинья разгуливает где-то с размалеванными красотками и еще и домой их приволакивает, абсолютно понятно зачем. Даже если я и не предупредила заранее о переезде, это не оправдывает его развратного поведения. Во мне проснулся разъяренный собственник и напрасно полупьяная но все еще живая логика пыталась осадить мое взбешенное я.
— Значит опять за свое взялся, кобелище. — Уперев руки в боки и расставив ноги для устойчивости я прочно вошла в образ обманутой супруги. — Стоит мне уехать на неделю, как ты начинаешь водить всяких разных. И ведь небось врет, что не женат, — я так зыркнула глазами на фифу, что та взвизгнула. Хоть бы что приличное подобрал. Где ты их находишь, таких ободранных. По дешевке что ли на Курском вокзале? — Андрей не мог рта раскрыть, а девица потихонечку начала пятиться обратно. — Радует, что на сей раз ты придерживаешься нормальной ориентации, а то в прошлом месяце этот лохматый восточный тип никак не хотел вылезать из кровати. — Андрей по скорости изменения окраски мог соперничать с хамелеоном — от нежно-зеленого он перешел к красному а затем багровому.
— Нет я подам все таки на развод, вот только рожу и сразу в суд. — Я выпятила вперед живот, пиво создавало прочную иллюзию последних месяцев беременности. — Андрей остолбенел, а фифа, допятившись до угла и взвизгнув в последний раз, испарилась, оставив после себя лишь флер дорогих духов.
— Хлебни разочек, — добрая я сунула в лицо Андрею баночку с Туборгом, — и нечего стоять и пожирать меня глазами, можешь, если тебе будет легче, меня пнуть в любое место, хотя это не по-джентельменски. На, пинай.
— О Боже ты мой, сохрани меня от греха. Андрей запустил руки в волосы и, застонав, мешком осел на половичек. Я пристроилась рядом.
— Ну что ты здесь делаешь, горе мое? Чего тебе еще надо? — он взял Туборг из моих рук и сделал большой глоток.
— Я переехала. Насовсем, — мне стало жаль Андрея, уж так беззащитно он выглядел и я погладила его по взъерошенной шевелюре. — Но ты не бойся, это «насовсем» не насовсем, а только на две неделечки, даже чуть меньше. А что, эта эльфообразная мадам твоя нынешняя большая любовь? — я достала еще одно пиво. Хочешь я ей сейчас позвоню, и признаюсь во всем.
— Боюсь, это не спасет ни меня ни тебя. Слушай, подруга, ты что намерена свести меня в могилу? Может это у тебя задание такое от конкурирующей фирмы? — он почти плакал.
— Ох малыш, неужели все так печально? Не переживай, от долгого воздержания еще никто не помирал, а потом есть куча способов самоудовлетворения, могу дать письменные инструкции. Даже, если позволишь, прослежу за процессом и укажу на ошибки.
— Она еще и издевается. Нет я этого больше не вынесу. На этом я прекращаю всякие наши отношения и отказываюсь от твоего наитупейшего пари. — Андрей говорил на полном серьезе и я в момент протрезвела, шуточки шуточками, а бабки пропадали немалые.
— Ты что!? Не выдумывай. Все уже почти закончилось. Клянусь больше ничегошеньки не вытворять и вести себя как пай-девочка. Я даже посуду буду мыть и завтраки тебе готовить, ну честное пионерское. Я застыла в пионерском салюте, но Андрей, не взирая на мои уверения, отрицательно покачал головой.
— Все, Лариса. Извини, но я — пас. Ищи себе другую жертву. А сейчас можешь идти куда тебе угодно.
— Не пойду я никуда, и не сумеешь ты так просто от меня отделаться, не мечтай. — Я немного поколебавшись, опрокинула себе на голову банку с пивом, липкая жидкость потекла по лицу вместе с тушью. — Буду спать здесь, и если меня не сожрут тараканы, то увидят соседи и прощай твоя репутация. Уж я придумаю, чего им порассказать.
— Чудовище! Ну что мне делать? — он в бессилии развел руками.
— Открыть дверь, втащить мои вещи вовнутрь и дать мне возможность принять душ, — скомандовала я.
— Можно подумать ты оставила мне другой выбор, — он поступил в точном соответствии с моими инструкциями и когда я, завернутая в его банный халат, выползла из ванной, то обнаружила Андрея в середине приятельской беседы с Джонни Уолкером Черным.
— Позволите к Вам присоединиться? — он молча кивнул на уже приготовленный бокал.
— Андрей, я кажется тебя чем-то огорчила? — он не отвечал.
— Ну прекрати дуться. Согласна, опять перебрала. Но я же зверски взревновала, а женщина в такие моменты не думает. Измена в канун свадьбы — вещь тяжелая. Радуйся, что я не налетела на нее с кулаками, кстати, где это ты ее подцепил?
— Марина — художник, и жена моего хорошего друга.
— Вот это номер! Подложить такую свинью другу. А выглядишь как порядочный человек.
— Он ставил машину на сигнализацию, должен был подняться следом. Представляю, что они обо мне сейчас думают.
Я присмотрелась к Андрею, он не врал. Похоже, я опять попала впросак и к тому же здорово подвела Андрея.
— Ну откуда же я могла знать? Представь себя на моем месте. Сидишь, ждешь любимого, выпиваешь потихонечку и тут он возникает с манекенообразной мымрой. Естественно я завелась. Ну не сердись, ты же знаешь, что у меня не все дома. Прими случившееся как факт. У тебя заодно поужинать ничего не найдется? Ну там сосисок или супа какого-нибудь.
— Я и не сержусь. — он взял свой бокал, наполнил его до краев. — Просто думаю, чтобы такого предпринять в качестве реванша. Раз уж у меня нет шансов от тебя отвязаться, то хотя бы разок отомстить.
— Месть — недостойное сильных людей чувство, — заявила я, — а ты личность невероятно мощная.
— Ты уверена?
Он медленно поднял бокал над моей головой и повернул его дном кверху. Второй раз за сегодняшний день я оказалась под алкогольным дождем. Приятно порой быть слабеньким таким человечком.
Мне было мокро, холодно и мерзко, но я и вида не подала.
— Если думаешь, что сделал мне плохо, то ошибаешься. Я всю жизнь мечтала принять такой душик. Можешь добавить. — Я зажмурилась в ожидании продолжения. — Давай, давай, лей до конца. Доставляй мне удовольствие.
Но вместо холодного вонючего Джонни, я вдруг почувствовала, как его теплые губы коснулись моих, а руки проскользнули под неплотно запахнутый халат. Я попробовала было вырваться, но он вытащив меня из кресла, поставил на ноги и притянул к себе, так что ни возможности, ни желания сопротивляться не осталость.
Халат имел наглость развязаться и я прекрасно догадывалась, какую картину из себя представляю.
— Ты чего делаешь? — смогла выдохнуть я, подставляя шею для поцелуя.
— Не даю пропасть виски, — он слизнул капельку с моей щеки. А что, какие то возражения?
— Возражений бездна, — я запнулась, его ладонь скользила по моей груди, и направление скольжения давало повод к размышлениям о духовном и не только.
«Похоже я предаю собственные принципы, подумала я, — ну и пошли они эти принципы, если они такие принципиальные». Я уже собралась скидывать халат, как он отстранился и оставил меня в чудовищно-растрепанно-возбужденном состоянии.
— Что уже все? Продолжения не будет? — поинтересовалась я дрожащим голосом, не спеша прикрываться.
— Хватит! Мое чувство мести удовлетворено. Можешь пойти и помыть голову, а заодно прийти в себя.
Ах, вонючка, так значит это он мне так отомстил, и не более! Я на секунду рассвирепела, но затем взглянула на Андрея, и успокоилась.
