С Владом за эти дни старалась не встречаться. Если пересекались, то сдержанно кивала и тут же убегала. Не могу с ним рядом. Тогда все доводы рассудка, мои решения, все трещит по швам. А я должна держаться, быть сильной. Ради нас всех.
Перед отъездом, когда Марк уже сидел на заднем сиденье автомобиля, а Влад с водителем загружали вещи в багажник, около них крутился Дениска и няня рядом, она тоже едет с нами, меня окликнула Светлана.
— Илон, можно тебя на минутку, — улыбается открыто, дружелюбный голос.
— Да, конечно… — подхожу к ней, — Что случилось?
— Притронешься к моему мужу, я тебя раскатаю. Не играй со мной, детка, — шипит мне на ухо, продолжая улыбаться на публику.
— Вы… о чем… — от неожиданности перехватывает дыхание.
— Я прекрасно знаю, про вашу интрижку в прошлом. Не хочешь проблем — займись своим мужем. А к моему не суйся. Иначе узнаешь, что такое боль по-настоящему, — обнимает меня за плечо и уже громко весело так щебечет, — Счастливой вам дороги! Чтобы все гладко прошло!
На ватных ногах сажусь в автомобиль. Она все знала… У меня шок, мысли ураганом проносятся в голове, но ни за одну не могу зацепиться. Не знаю, как мы доехали до аэропорта. Не помню. Я даже не реагировала на разговоры, словно провалилась в какое-то другое измерение.
— Илона, очнись! Приехали, — тыкает меня в бок муж.
— А… да… — бросаю растерянно. На автомате помогаю ему выбраться. А мысли все там, в голове звучат ее фразы.
Мы проходим в аэропорт. Я иду с Марком, Влад с другой стороны от меня, впереди весело шагает Дениска с няней, крепко держит женщину за руку. У Влада пиликает мобильный. Он достает телефон, машинально глянула на экран. Успела прочитать: «А это уже не фотошоп. Мертвые тоже умеют говорить»… дальше он замер, отвернул от меня экран, впился взглядом в телефон.
— Что-то случилось? — спросила. Голос дрогнул.
— Идите… я сейчас… — бормочет.
Хочу остаться расспросить, меня колотит, бьет холодной дрожью. Это что-то касается моего дела. Точно!
— Пошли, жена, догонит, — Марк тянет меня в аэропорт.
Сейчас что-то решается. Важное. Мне надо знать, надо с ним поговорить! Но вместо этого плетусь за своим мужем. Как еще не сломалась, понятия не имею. Внутри все разрывается, от странного предчувствия.
Влад пришел к нам довольно быстро. В газах решительность, губы дрожат.
— Планы изменились. Илона, вот деньги, — вкладывает мне в руку карту. — Там на все хватит. Я должен остаться. Как только все улажу, прилечу к вам. В клинике обо всем я договорился. Сейчас подъедет мой человек, оформит все документы, Дениску с вами отпустят.
— Влад, стой! — хватаю его за руку. — Нам надо поговорить! — хочу рассказать про Светлану. Расспросить про новости. Там ведь, скорее всего, то, что касается Леши. Мне он нужен сейчас. Настолько, что кажется, если Влад уйдет случиться непоправимое, какая-то катастрофа.
— Потом. Все потом. Я на связи, — и пулей вылет из аэропорта. — Я доверяю тебе самое ценное — сына. Береги его…
Его слова прощальным колоколом отдают в висках.
Действительно с документами проблем ни у кого не возникло. Человек Влада уладил все формальности. А мне так хотелось все бросить, побежать за ним. Без логики, без плана, просо по зову сердца. А вместо этого я смотрю на пробегающие пушистые облака, через иллюминатор, и ощущаю, как тихая убийственная паника расползается по венам.
А когда наш самолет приземлился, на мой телефон пришло сообщение от Влада:
«Не возвращайся в страну. Не маячь у нашей семьи перед глазами. С Марком или без него просто исчезни. Я ставлю точку в недоразумении под словом «мы». Прощай».
Глава 55
— Кому ты там звонишь? — голос Марка заставляет вздрогнуть.
— Отцу твоему… — оборачиваюсь, смотрю на него невидящим, потерянным взглядом.
Боль в груди настолько сильная, что сложно дышать, не хватает кислорода. Пока внятных мыслей нет, я только оправляюсь после нокдауна, пробую собраться. Машинально перезвонила.
— Ой, он знает, что снами все нормуль, — беспечно махнул рукой. — Нас вроде встретить должны. Батя мне номер чела скинул. Давай, Илон, пошли. Не зависай…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Телефон выключен… — протягиваю рассеянно.
Муж лишь пожал плечами. Дениска взял меня за руку, и потянул вслед за братом. Малыш смотрит на меня, широко раскрыв глаза, доверчиво, ласково. Он будто исцеляет, дает силы, и мир уже не кажется таким черным. Поднимаю его на руки, прижимаю к себе, словно срастаюсь, не могу отпустить, оторвать от себя.
С документами проблем не возникло. Нас действительно встретили. Отвезли в квартиру, что находится всего в десяти минутах от клиники. Большая просторная, четыре комнаты, огромная кухня, балкон, бассейн внизу. Отмечаю все на автомате. Ничего не радует. Перед глазами послание Влада. Даже не сразу вникаю в суть разговора с Михаилом. Именно его к нам приставили. Человек лет сорока пяти, военной выправки, никаких эмоций на лице, больше на робота похож.
— Простите… а Владислав вам звонил? — спрашиваю и краснею.
Смотрит на меня, будто насквозь видит. Так что готова тут же сквозь землю провалиться. Или я себя накручиваю? Знаю, что рыльце в пушку, и кажется, все вокруг догадываются.
— Нет. Все обговорено. Отдыхайте, завтра вас ждут в клинике.
Озвучил еще несколько организационных вопросов и ушел. А я бегаю как угорелая по квартире из угла в угол, места себе найти не могу. Няне Влад тоже не звонил. Ладно… я… с женой помирился… но сыновья? Он переживал за Дениску. Меня просил присмотреть… Или так увлекся… закусываю губу, пытаюсь не разрыдаться… что телефон выключил, чтобы никто им «мириться» не мешал.
А потом мысль в висках пульсирует… Тогда мне тоже пришло сообщение от Влада. В итоге Лешу убили, а я угодила за решетку. Очень совпадает, почерк похожий. И Влад, он точно собирался ехать, а потом это сообщение: «Мертвые тоже умеют говорить». Кто-то что-то нашел и скинул ему. Влад поехал разбираться. Они нашли того, кто мутит воду!
Марк пытается завязать разговор. Что-то спрашивает. Не могу. Не до него, совсем… Выбегаю на улицу. Иду по незнакомой местности, не разбирая дороги. В груди все словно кислотой облили, какие-то предчувствия.
Влад мне сыновей доверил… Даже если бы хотел поставить точку, что по идее мы с ним еще в тюрьме сделали, он бы не сделал это так. Не в этот момент. Потом… позвонил бы, поговорил. Не похоже это на него, не верю! Вот четко осознаю! Знаю! Уверена, не он писал!
Тогда вопрос кто? И как у того человека оказался телефон Влада? Что делать?! Паника… аэропорт… надо возвращаться… Стоп… на мне Дениска, Марк, я не могу их тут оставить. Завтра уже обследование. И малыша с няней не оставить. Можно их с собой забрать… И бросить тут Марка одного? В такой момент? Меня разрывает на части. Бессилие…
Беспрерывно набираю его номер. Бездушный робот женским голосом твердит, что абонент недоступен. Влад! Владиииик! Возьми трубку! Падаю на асфальт! Вою как раненый зверь! Немногочисленные прохожие оборачиваются. Какой-то мужчина подходит и предлагает помощь.
Поднимаюсь. Отрицательно мотаю головой. Надо взять себя в руки. Отчаяние не лучший помощник. Светлана… надо позвонить ей. У меня нет ее номера… Да и… все внутри противится этому звонку.
Что делать? В сотый раз задаю себе вопрос и не знаю ответа. Не с кем поделиться. Не у кого помощи попросить.
Домой вернулась, когда уже стемнело. Марк звонил. Сказала, что гуляю. По дороге зашла в магазин, купила каких-то продуктов. Стараюсь внешне сохранять спокойствие, хоть муж сразу замечает мою бледность. Я так и не решила, что делать. Ночь провела на балконе, глядя на небо, и в очертаниях звезд мне мерещится образ Влада. Это не страдания по несостоявшейся любви, что-то другое. Меня выламывает. Разрывает на куски, это боль… словно его… и я пропускаю ее через себя…
Наутро муж решил, что я переживаю за него. Не стала его разубеждать. Все верно… я снова поступаю как дрянь, по отношению к нему. У него сложный период, а я… все мысли там с Владом…
