нам на службу. – Богатов сделал предложение лишь для того чтобы польстить собеседнице, прекрасно понимая, что будет отказ.
– О нет, меня и в редакции неплохо кормят, – парировала Татьяна. – Как понимаю, я больше не нужна? – девушка вопросительно взглянула на генерала. – Тогда я побежала.
– Ловлю на слове пока. Думаю, помощь потребуется, и не раз. Не откажите старику?
– Вам… ни при каких обстоятельствах. Звоните или заезжайте к нам с Алексеем.
Глава 30
Первая встреча
Богатов не любил отправляться на встречу неподготовленным. Он редко переступал через это негласно заведенное правило, лишь в тех случаях, когда иного выхода попросту не было. Информация по Яценко была основательно проработана к первому визиту в «Синюю птицу», но все же генерал решил не спешить. Уже третий день по вечерам Сан Саныч перечитывал его работы. Первое и второе прочтение, как правило, давало возможность ухватить структуру рассуждений, основу логических построений автора, тогда как каждое последующее открывало ранее не воспринимаемые грани, позволяя увидеть описываемое явление под другим углом, а порой переосмыслить чуть ли не полностью. Богатов знал об этом еще с курсантских времен и непременно пользовался. Сегодня он отложил компьютерную распечатку книги раньше обычного (читать с листа было привычнее), надо было упорядочить сложившиеся в голове выводы. У генерала возник неподдельный интерес к материалу, показалось, что, исходя из прочитанного, вырисовывалось понимание хода общественной эволюции, но Сан Саныч не был специалистом в этой области, отчего появилась острая необходимость побеседовать с Григорием Ивановичем.
«Пора», – явственно осознал он, назначив для себя визит на следующий вечер.
Днем, завершив текущие дела быстрее, генерал отправился на встречу. Разговор предстоял непростой и по массе накопившихся вопросов предполагал быть долгим. Богатов абсолютно не удивился тому, что Лана встретила его у входа в клуб.
– Ох, как вы напряглись, – обронила девушка, поздоровавшись.
– Странно, но испытываю дискомфорт… – Саныч немного подумал и добавил, – как перед экзаменом.
– Поправим. – Хлопнув генерала по плечу, словно старого приятеля, барышня погрузила его в уже испытанное однажды блаженное состояние острого осознания и, увлекая за собой, повела вглубь зала.
Познакомив мужчин, Красногорова бесцеремонно опустилась на стул.
– Не прогоните? – лукаво заглядывая в глаза, спросила девушка.
– Как можно, – парировал Яценко.
– Тем более что нет смысла, – добавил Богатов.
И все трое дружно рассмеялись.
– Весь во внимании, – сказал Яценко. – Интересно, чем моя скромная персона заинтересовала ФСБ?
– Григорий Иванович, вы знакомы с Кельвином Барлоу? Что думаете и что знаете о нем?
– Это допрос?
– Ни в коей мере, извините за нетактичное поведение, издержки профессии.
– Очень интересный мужчина. Познакомились по его инициативе за этим столом. Интересуется экономической проблематикой, обладает глубинными познаниями в этой области. Откровенно говоря, впервые встретил настолько подготовленного человека. Аналитические способности феноменальны, очень приятен в общении, легко располагает к себе, тактичен, по-моему, сотрудник американского посольства, в совершенстве владеет русским. Если вкратце, то, пожалуй, всё.
Богатов, улыбнувшись, покачал головой.
– Такое впечатление, что читали досье.
– Досье?
– Кельвин Барлоу – ведущий аналитик ЦРУ. Работа в посольстве прикрытие, направлен к нам для чего-то важного.
– Не знал.
По реакции собеседника Богатов понял две вещи. Лана детально не говорила с Яценко о Барлоу, хотя располагала всей полнотой информации. Известие абсолютно не насторожило собеседника.
– Смотрю, вас не тронула эта информация?
– Откровенно?
– Хотелось бы.
– Полагаю, в большинстве своем наши чиновники наносят стране больший вред, чем деятельность разведывательных структур чужих государств. Социальные лифты выносят наверх беспринципных и некомпетентных. Как работает социальный организм, им неведомо, эти паразиты высасывают все что можно, абсолютно не беспокоясь о его состоянии, причем в ущерб себе.
– Это как же?
– С крепкого организма можно получить больше, чем с доведенного до ручки. А самое главное, при таком подходе есть шанс потерять источник дохода.
– Имеете в виду страну?
– Да. Так что вашей службе следует более заниматься внутренними угрозами, естественно не забывая и о внешних.
– Полагаете, ситуация критическая?
– Печальная. Спасает то, что противоположная сторона не имеет серьезных теоретических наработок в сфере социально-экономических воздействий.
– Уверены?
– Абсолютно. Сейчас противостояние ядерных держав перетекает в экономическую сферу. Если бы у США что-то было, наблюдали бы выверенный удар в одной из областей производства, вызывающий принцип домино, а не вереницу малоэффективных санкций. Здесь как в случае с бойцом, знакомым с анатомией, который незначительным тычком пальца способен обездвижить или вовсе убить соперника.
– А ваша система воззрений может быть использована для нанесения экономического удара?
– При соответствующей доработке.
– Что требуется?
– Выстроить на ее основе модель социального организма и, закладывая параметры тех или иных воздействий, в том числе и внешних, отыскать простейшие пути его уничтожения. Кстати, с другой стороны, с ее помощью можно оптимизировать работу народного хозяйства. И нужны-то толковые программисты и суперкомпьютер. Сами понимаете, какой объем информации придется лопатить. Замахнуться на это без государственной поддержки нереально.
– Насколько мне известно, такого рода изыскания пока не ведутся.
– Естественно, у властей предержащих заинтересованности в них нет.
– Почему?
– Вскроют бесполезность огромного числа управленческих структур. По сути, это революция в системе управления. Кто же сознательно сам себя пустит под нож?
– Классическое противоречие интересов: то, что остро необходимо стране, неприемлемо для элит.
– Увы. – Яценко демонстративно развел руками.
– И какой выход?
– Понятия не имею. Но тот, кто первый решит эту задачу, получит колоссальное преимущество.
– Григорий Иванович, так может, интерес к вам связан с желанием добыть теоретические наработки?
– Не думаю. Для этого не стоило подсылать агента столь высокого уровня. Что необходимо – уже несколько лет висит в интернете, а что не вылилось на бумагу, вполне можно вытянуть в чатах через обсуждения самой работы. Наконец, просто писать разговоры здесь в «Синей птице».
– Что они с успехом и делают, – улыбнулся Богатов.
– В самом деле? – Лицо Яценко изображало искреннее недоумение.
– Более того, в вашем окружении ищут программиста экстракласса, которому в одиночку по силам решить задачу.
– Такой человек действительно существует, или это шутка? Что-то слабо верится.
– Какие шутки. – Богатов машинально потер лоб ладонью, словно снимая наваждение.
– Так это не просто гений, – подытожил Яценко, и в разговоре на время воцарилась пауза.
Нарушил ее Богатов.
– Григорий Иванович, в вашей работе есть намек на иной подход в понимании причин цикличности экономики. Хотелось бы конкретики.
– Вы кто по базовому образованию?
– Радиоинженер.
– Да вы что! Значит, коллеги; тогда поймете. Помните, как, используя преобразования Фурье, приходилось раскладывать импульсные сигналы на простейшие гармоники, так сказать – в спектр?
– Постойте, постойте. Вы рассматриваете человеческие жизни как периодические процессы производства и потребления, стало быть, в сумме они дают аналогичные процессы
