— Это правда? — спросил царь, не отводя взгляда от оккультной диаграммы, разложенной на столе. — Эликсир больше не поддерживает тебя так, как раньше?
Бессмертный тщательно обдумал свой ответ. Он знал, что в ту же секунду, как он перестанет быть полезным Ламашиззару, царь прикажет его убить.
— Не буду отрицать, что мне стало труднее стряхивать с себя воздействие лотоса, — произнес Архан. — Возможно, что сведущий В’соран прав. Безусловно, в книгах Нагаша содержится еще очень много знаний. Ты едва прикоснулся к поверхности, под которой скрыта глубина могущества Вечного Царя.
С того мгновения, как он очнулся в подвалах царского дворца, Архан знал, что его единственная надежда выжить заключается в том, чтобы выдавать секреты Нагаша неохотно, выделяя Ламашиззару ровно столько знаний, чтобы лишь раззадорить его аппетит, и искать возможности совершить побег. Царь отнюдь не был дураком, он следил за тем, чтобы Архан не имел доступа к книгам Нагаша, и поддерживал его существование той же самой жидкой болтушкой, которую пил сам вместе со своими приспешниками. У Архана едва хватало сил, чтобы шевелиться, уж не говоря о том, чтобы вырваться из железного ошейника, надетого на него царем. Даже черный лотос почти не приносил облегчения; он так ослаб, что зелье не даровало грез, а всего лишь холодное забытье.
В’соран тотчас подхватил слова Архана.
— Прислушайся к нему, о великий! — воскликнул он. — Мы должны вернуться к первоисточнику и начать все сначала. — Он шагнул вперед и положил руку на одну из книг Нагаша. — Выполнять указания Узурпатора в точности, до последней буквы! Мы знаем, что ритуалы действуют, — Архан живое тому доказательство.
— Однако они привели к падению Узурпатора! — рявкнул Ламашиззар. — Все знают, какие ужасы творились в Кхемри перед войной. Как, по-твоему, долго мы еще сможем ловить дворцовых слуг и преступников, прежде чем люди начнут замечать?
— Ты можешь купить рабов с Востока! — возбужденно предложил В’соран. — Никому не будет дела до того, что ты с ними сделаешь! Или согнать сюда сотни попрошаек, которые толкутся на улицах бедных районов! Ты же царь, или ты забыл?
Слова едва успели сорваться с губ В’сорана, как послышался лязг металла, и внезапно рядом с ним оказался Абхораш, уже вытащивший меч из ножен. На широком, крупном лице военачальника не отражались чувства: он выглядел так, словно собрался убить заползшую к нему в дом змею.
Ламашиззар ничего не сказал ни тому ни другому. Он просто уставился в глаза старику и смотрел до тех пор, пока В’соран не отвел взгляд.
— Приношу свои извинения, о великий, — буркнул В’соран. — Мои слова были несдержанными и опрометчивыми. Я не хотел проявить неуважение.
— Разумеется, — ответил царь, но его натянутая улыбка резко противоречила милостивому ответу. Он искоса взглянул на Абхораша, и воин послушно, хотя и с явной неохотой, убрал меч в ножны. Только тут Архан почувствовал, как сильно он напрягся. Руки сжались в кулаки, обломанные зубы едва не оскалились. В точности как тогда, при дворе Нагаша, подумал он. Мы так же кружили вокруг друг друга, как голодные шакалы, готовые вонзить зубы в слабейшего сразу же, как он подставит нам спину.
Архан заметил, что военачальник слегка расслабился. Ламашиззар снова занялся бумагами на столе. Когда казалось, что инцидент уже исчерпан, лорд Ушоран отхлебнул вина из чаши и небрежно произнес:
— Вообще-то, наш гость из Махрака прав, кузен.
Царь обернулся, Абхораш тоже, оба с негодующими лицами. В’соран сузил глаза, пытаясь понять истинную цель слов Ушорана. Лорд Ушоран давно прославился своими интригами как при дворе, так и вне его. Царь терпел это в основном потому, что Ушоран был отпрыском одной из древнейших семей в Ламии, и ему хватало мозгов не втягивать в свои козни никого из царской семьи.
Несмотря на свое дальнее родство с царской семьей, Ушоран не получил от Асаф благословенных красоты и обаяния. Такое лицо, как у него, легко сливалось с толпой — коротко подстриженные темные волосы и невыразительные карие глаза. Архан предполагал, что Ушорану за последние десятилетия пришлось приложить немало усилий, чтобы скрыть от чужих глаз свое участие в тайной группе.
— А теперь ты подвергаешь сомнению мое право на трон? — недобро усмехнувшись, спросил царь.
Ушоран фыркнул.
— Ну разумеется нет, кузен. Просто хочу подчеркнуть, что за последние пятьдесят лет мы почти никуда не продвинулись. Мы продолжаем стареть, хотя и очень, очень медленно, и не обладаем ничем даже близко похожим на то могущество, которое его племя… — Он ткнул в сторону Архана своей чашей с вином, — продемонстрировало нам во время войны. — Ушоран поерзал на диване. — Сомневаться не приходится, ты следуешь заклинаниям Нагаша не так, как полагается.
— Кровь есть кровь! — рявкнул Ламашиззар, поддавшись гневу. — В ней заключена жизнь, козья она или человеческая! И никто не поднимет шума, если мы решим раз в месяц приносить в жертву животное, скорее, наоборот — нас будут превозносить за благочестие! Так мы вызовем меньше подозрений, и вы все это знаете!
Лорд Анхат, сидевший рядом с Ушораном, выпрямился и опустил ноги с дивана. Он был неменьшим дилетантом, как и Ушоран, хотя принадлежал к роду столь же древнему и уважаемому. Невысокого роста, он тем не менее был в очень хорошей форме, с пронзительным взглядом и острым умом, проявить который в должной мере ему мешала нетерпеливость.
— Я знаю, что эту силу необходимо использовать, иначе она бессмысленна, — заявил Анхат, вперив в царя решительный взгляд. — Обладай мы полным могуществом Узурпатора, мы бы не боялись других городов.
— Не сомневаюсь, что Нагаш думал точно так же, — огрызнулся Ламашиззар, кинув взгляд на Архана, словно ждал от него подтверждения, но бессмертный молчал.
— Сейчас все изменилось, — настойчиво сказал Анхат. — От остальных великих городов осталась лишь тень былой славы, а власть жрецов навеки сломлена. Они не решатся бросить нам вызов.
— Поодиночке возможно, а если все вместе? — Ламашиззар покачал головой. — Союз великих городов уничтожит нас так же, как уничтожил Нагаша.
Анхат презрительно фыркнул:
— И кто возглавит такой союз? Все великие цари мертвы. За исключением тебя, конечно.
Царь проигнорировал неуклюжую лесть Анхата.
— Нам нужно только время, — сказал он. — С каждым годом города Неехары все больше зависят от нашей торговли с Востоком. Наше влияние распространяется вплоть до Зандри и далеко на юг, до самого Ка-Сабара. Еще сто лет, может быть, двести, и никто не решится выступить против нас. Не потребуются ни кровавые авантюры, ни разрушительные войны. Мы просто должны подождать, и все само упадет нам в руки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
