— Мы благодарим тебя, э’валле, за честь и заботу, что проявляешь ты к нам, — за них обоих ответил тем временем Шегерр. — И если мне представится возможность, я постараюсь отблагодарить тебя должным образом за все, что ты для нас делаешь. Я ведь понимаю, что твои братья чувствуют по отношению к нам, и потому тем более тебе благодарен.
— Не стоит, маг, — отмахнулась Мелианнэ. — Просто возвращайтесь скорее к своим, чтобы мои братья могли вас просто забыть. И если тебе это действительно под силу, останови войну, иной благодарности мне не нужно. Эльфы уже не помышляют о завоеваниях, так пусть нам оставят то, чем владеем мы ныне. — С этими словами она развернулась и двинулась прочь, сопровождаемая своими телохранителями.
Ратхар несколько мгновений смотрел вслед ей, а затем, не чувствуя в себе больше сил сдерживаться кинулся следом, кажется, заставив напрячься охранников принцессы.
— Скажи, Мелианнэ, мы сможем встретиться вновь, — спросил наемник, поравнявшись с эльфийкой. — Это возможно?
— Нет, скорее всего, — покачала головой принцесса, не глядя на человека. — Нам незачем встречаться, Ратхар. Если тебе что-то показалось, то лучше забудь обо всем, и обо мне тоже. Мы с тобой слишком разные, в наших жилах течет иная кровь. Я — эльф, а ты — человек, и этим все сказано, я полагаю.
— Жаль, — вздохнул наемник. — Я все же надеялся еще раз увидеть тебя. И я не смогу забыть о тебе, э’валле, как бы ты того ни хотела.
— Никому не дано знать наверняка, что ждет нас, — ответила эльфийка, и голос ее, неведомо, от чего, дрогнул в этот миг. — Возможно, твои надежды сбудутся, а возможно, мы не встретимся более никогда. Пока же ступай на юг, найди себе дело, достойное такого воина, как ты, и не думай ни о чем. — прежде, чем произнести следующие слова, Мелианнэ чуть помедлила, словно сомневаясь, стоит ли это говорить, но все же молвила: — И знай, человек, я тоже буду вспоминать о тебе.
И Мелианнэ, принцесса эльфийского королевства, пошла прочь, а Ратхар все стоял и смотрел ей вслед, а затем тоже развернулся и не спеша двинулся к терпеливо ожидавшему товарища Шегерру. Люди покидали И’Лиар.
Конец третьей книги
Кода
Сознание возвращалось медленно, и чуть брезживший свет вновь и вновь сменялся мраком. Наконец тягучая пелена беспамятства спала, и он открыл глаза, впрочем, тотчас крепко зажмурившись от показавшегося нестерпимо ярким света.
Сперва он не понял, где находится, ибо единственное, что он мог видеть, было какое-то колышущееся серое полотнище, вздымающееся, а затем вновь опадающее. Понадобилось несколько долгих мгновений, чтобы понять, что это всего лишь шатер, содрогающийся под порывами ветра. С этого мига в сознании словно прорвало некую плотину, и воспоминания хлынули, одно за другим.
Он помнил свое имя, Ирван, и то, что прежде он величал себя королем Фолгерка. Затем он вспомнил поход, войну с эльфами, девственные леса, обманчиво безжизненные и смертельно опасные для всякого чужака. Перед глазами, как наяву, вставали поля сражений, вытоптанные копытами рыцарской конницы, усеянные телами стройных златовласых воинов в посеребренных латах. Город, диковинное скопление всевозможных башен, соединенных между собой ажурными мостиками и арками. Эльфийская столица. И тысячи воинов, раз за разом накатывающие на непокорный город, словно морские волны ударяются в гранитный утес. И вновь кажущиеся бескрайними леса, но на этот раз армия, по-прежнему сильная, пусть и уменьшившаяся в числе, в явной спешке двигалась на юг, так и не сумев занять столицу И’Лиара, сломив яростное сопротивление горстки защищавших ее воинов.
И последнее, что он помнил, равнина, заполненная выстроившимися в боевые порядки солдатами тысячами закованных в броню бойцов под зелеными знаменами, на которых летел в неизвестность могучий орел, гордо раскинув широкие крылья. И три жуткие твари, летящие над землей, и изрыгающие струи пламени, в котором заживо сгорали сразу сотни его воинов. Три дракона, словно явившиеся из древних легенд, и истребившие кажущееся непобедимым войско с ужасающей легкостью. А затем его разум провалился в бушующее море пламени, из которого прогладывали порой морды жутких тварей, истинных демонов, скаливших жуткие клыки и яростно сверкавших глазами, роняя горячую слюну из распахнутых пастей, но так и не сумевших добраться до него.
— Государь, — на лицо набежала тень, и над лежавшим на спине Ирваном навис какой-то человек, прежде не знакомый. — Государь, вы очнулись? Вы слышите меня? Скажите хоть слово. — В голосе незнакомца слышалось неподдельное беспокойство, даже страх.
Правитель Фолгерка внимательно рассмотрел того, кто обращался к нему, однако не сумел вспомнить, кем мог быть этот человек, смуглокожий, с чуть раскосыми глазами, плотный, невысокий, но явно сильный и весьма подвижный. Волосы его, цвета воронова крыла, поредели на макушке, выдавая немалый возраст.
— Что это было, — с трудом разлепив губы, не своим голосом прохрипел король. Первые слова дались Ирвану нелегко. В глотке пересохло, язык еле ворочался, став словно чугунным. К тому же жутко болела голова, а перед глазами вспыхивали яркие пятна. — Кто ты?
— Сейчас, сейчас, государь, — так и не ответив, незнакомец куда-то исчез, но спустя пару мгновений вновь явился, теперь уже с глиняной кружкой в руке. — Прошу, господин, выпейте это, — он с почтительным поклоном протянул кружку, от которой исходил запах трав, довольно приятный, хотя и необычный. — Вам станет лучше, господин.
— Кто ты? — повторил Ирван, одним махом проглотив содержимое кружки, терпкий напиток, от которого по всему телу прокатилась волна приятного тепла.
— Я лекарь, господин, — ответил незнакомец, забрав опустевший сосуд и вновь поклонившись. — Витус, целитель и знахарь из вольного отряда капитана Н’Карра, имевшего честь биться с эльфами под вашими знаменами.
Ирван кое-что вспомнил после этих слов. Наемники действительно сражались вместе с его воинами, показав себя не только опытными, но и отважными бойцами. И почти все они погибли в одном из приграничных сражений, отчаянно атаковав эльфов в тот миг, когда вся армия отступила, не выдержав обстрела. Достойная смерть, о которой мечтали многие рыцари, но которая досталась безродным псам войны.
— Так что же произошло? — вновь настойчиво спросил король, почувствовавший прилив сил. — Я помню битву, и драконов, прилетевших с севера, и после этого только кошмары.
— Вы были ранены, государь, — почтительно ответил лекарь. — Мы проиграли ту битву, пали тысячи наших воинов, будучи не в силах противостоят драконьему пламени, а сами вы едва не сгорели заживо. Со дня той битвы на Финнорской равнине минул уже восьмой день, и вы, государь, все это время находились без сознания, так что я уже был близок к отчаянию. Это чудо, что вы пришли в себя.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
