— Вообще-то, я опаздываю на самолет! — уверенно заявляет Алисия. — Меня не пустят, если я не приду вовремя!
— Расслабься, крошка, тебе нет смысла спешить, — с хитрой улыбкой говорит Гильберт.
— Я опаздываю!
— Ничего страшного. — Гильберт щиплет Алисию за щеку, а та резко отворачивает лицо в сторону. — Самолет улетит без тебя. Потому что нам с тобой есть что обсудить.
— Прошу, Гильберт, скажи этому человеку, чтобы он отпустил меня, — с жалостью во взгляде умоляет Алисия. — Я должна улететь!
— Я сказал, что ты никуда не поедешь.
— Ты – никто, чтобы командовать мной! Не любовник, не муж, не отец! И я уже давно не ребенок!
— Нет, Шерил, ты глубоко ошибаешься. Ты все еще являешься моей собственностью. И всегда ею будешь. До самой своей смерти.
— Я не твоя собственность! — грубо возражает Алисия. — Ты не имеешь никакого права пользоваться мной как тебе вздумается!
— Имею, Шерил, имею.
— Я не Шерил! Я – Алисия! Шерил уже давно не существует! Она умерла! Больше одиннадцати лет назад!
— Неужели ты забыла о своих обязательствах передо мной? — хитро улыбается Гильберт. — Забыла, откуда я тебя вытащил? Забыла, как я однажды заставил всех никак не заикаться о твоих похождениях?
— Гильберт…
— Если бы не я, то ты бы, сучка, была для всех грязной шлюхой, которую перетрахала половина Лондона. Однако я спас твою задницу.
— Прости, но я опаздываю на самолет. Он улетает через несколько минут.
Алисия снова хочет развернуться и уйти, но теперь уже двое сопровождающих Гильберта после очередного его взгляда в их сторону берут ее под руки и разворачивают лицом к мужчине.
— Мне кажется, я совершенно четко сказал, что ты никуда не едешь, — холодно, уверенно говорит Гильберт, подойдя поближе к Алисии.
— Нам не о чем разговаривать! — сухо бросает Алисия.
— Ты, безмозглая курица, не думай, что можешь сбежать от меня. Потому что я найду тебя где угодно. У меня очень много связей.
— Я не собиралась от тебя сбегать.
— Сбежала бы – я бы все равно нашел! Даже если бы мне пришлось потратить на это еще лет десять-двадцать. Я был бы готов подождать. Ради того, чтобы найти одну грязную мерзкую сучку, которая решила, что она может сопротивляться самому Гильберту Вудхаму.
— Оставь меня в покое, Гильберт. Я не хочу с тобой разговаривать.
— Зато я – ХОЧУ!
Гильберт резко забирает у Алисии чемодан, который она держит в руках, и отдает его одному из своих охранников.
— Мои вещи! — широко распахивает глаза Алисия. — Отдай мне чемодан!
— Спокойно, детка. Тебе это больше не понадобится.
— Гильберт!
— Значит так, моя дорогая Алисия-Шерил, ты сейчас затыкаешь свой рот и идешь со мной и моими телохранителями, — грубо, уверенно говорит Гильберт. — Мы поедем ко мне домой, где я хорошенько разберусь с тобой и объясню тебе некоторые вещи.
— Я никуда с тобой не поеду!
— Так и быть, здесь я не буду устраивать никаких скандалов и орать, ибо мне не нужно лишнее внимание. Но переступив порог моего дома, тебе, сука, не жить.
— Если думаешь, что я снова буду исполнять для тебя приватный танец, то ты глубоко ошибаешься, — спокойно говорит Алисия. — Я уже давно с этим завязала и не работаю стриптизершей.
— Ты никогда с этим не завяжешь. Никогда не заставишь людей забыть о твоем бурном прошлом.
— Если никто не будет о нем напоминать, то никто ничего не узнает.
— Нет, дорогуша, шлюхи, которых оттрахала уже целая куча людей, могут столько угодно строить из себя святых. Но им никогда не удастся отмыться от той грязи, в которой они оказались по уши.
— Думай все, что хочешь. Меня не волнует твое мнение.
— Хватит болтать, мерзкая ты сучка. Хочешь ты этого или нет, но тебе придется поехать со мной домой и объяснить мне свое безобразное поведение.
— Я еще раз говорю, ты мне никто, чтобы командовать мной.
— Не советую грубить мне, девочка, — сдержанно произносит Гильберт. — А иначе я превращу твою жизнь в настоящий ад.
— Гильберт…
— Одно мое слово – и все будет по-моему. Так что если не хочешь сделать себе хуже, то будь добра слушаться и подчиняться.
— Так моя жизнь и так была адом в то время, когда ты возомнил себя моим любовником и решил, что у тебя есть право командовать мной. И я безмерно счастлива, что сумела сбежать от тебя и начать жить нормальной жизнью. — Алисия гордо приподнимает голову. — Эти одиннадцать лет были просто прекрасными. Потому что я провела их рядом с семьей. С которой я не могла общаться по твоей прихоти. За это время я успела и погулять на свадьбе сестры, и стать тетей маленькой девочки.
— Вот и видала ты свою племянницу в последний раз, — грубо бросает Гильберт.
— Быть окруженным близкими и любимыми людьми – невероятное чувство. Рядом с ними я ни разу не вспомнила о том ужасном времени, которое я провела с тобой. Когда ты хотел, чтобы я целыми днями ублажала тебя и танцевала для тебя стриптиз. Когда ты думал, что купишь мою любовь за деньги и дорогие побрякушки.
— Если ты будешь и дальше строить из себя хер знает кого, то тебе никогда не видать спокойной жизни.
— Нас больше ничто не связывает.
— Ошибаешься, детка. Ты всегда будешь моей. И даже если я подохну, ты все равно будешь страдать. Потому что все вокруг будут называть тебя мерзкой шлюхой.
— Желать кому-то умереть – плохо, но иногда я мечтала о том, чтобы ты сдох.
— К тому же, не забывай, что рано или поздно мамочка с папочкой тоже узнают о твоих похождениях.
— Они никогда ничего не узнают!
— Если я пойду к ним домой, то могу запросто рассказать всю правду о том, кто ты такая на самом деле.
— Ты не посмеешь это сделать, — сквозь зубы цедит Алисия.
— Я все могу, Шерил.
— Я – Алисия!
— Запомни, только лишь в моих силах заставить всех либо уважать тебя, либо презирать. А что мне делать – решай сама. Хочешь остаться для всех чистой и невинной – делай все, что я тебе говорю. А хочешь до конца своих дней оставаться той самой стриптизершей Шерил – продолжай и дальше строить из себя черт знает кого.
— Хватит, Гильберт! — резко отрезает Алисия. — Я не хочу вспоминать то, что между нами. И до сих пор жалею, что вообще связалась с тобой. Потому что ты как кость в горле. Как горб на спине!
— Нет, детка, ты пожалеешь о другом. О том, что решила бросить меня. Сбежать, как нашкодничавшая псина, и несколько лет прятаться от меня, думая, что я забуду про тебя.
Гильберт качает головой.
— Нет уж, Алисия, — с хитрой улыбкой произносит Гильберт. — Не для того я потратил столько лет на поиски и поднял на уши всех своих знакомых. К тому же, результат все-таки стоил того. Вот я наконец-то нашел тебя и заставлю ответить за все свои делишки.
— Подумал бы о своей дочери, — советует Алисия. — Пока ты тратишь время на то, чтобы заставить меня развлекаться с тобой, она практически не видит тебя и наверняка хотела бы проводить с тобой как можно больше времени.
— Не тебе беспокоиться о моей дочери. Лучше переживай за свою жизнь, которую я превращу в настоящий ад.
— Пожалуйста, Гильберт…
— Так все, мне надоело болтать с тобой в этом месте! — резко отрезает Гильберт и переводит взгляд на своих охранников. — Так, ребята, тащите эту девчонку к машине и не дайте ей уйти.
— Что? — возмущается Алисия и пытается вырваться из крепкой хватки мужчин, которые беспрекословно подчиняются Гильберту и берут ее под руки. — Эй! Отпустите меня! Сейчас же! Никуда я с вами не поеду! Отпустите!
