Волчий Гвардеец не придал значения дерзости Серого Охотника. Он уже тронулся с места, плавно выскользнув из теней под деревьями.
Они пересекли низину в считаные мгновения, не замеченные артрасчетами, занятыми своим делом. Стенмарк прикинул расстояние глазом хищника, кивнул Свену и опустился на одно колено. Серый Охотник без колебаний вскинул мелтаган к плечу и выстрелил.
Три тяжелых снаряда сдетонировали единым, сотрясшим землю взрывом, от которого покачнулись преклонившие колени Волки, а Свен опрокинулся на спину. На мгновение склон холма окрасился в огненно-оранжевый цвет. Затем на батарею мятежников обрушился ливень земли и дымящихся кусков плоти.
Стенмарк оказался на ногах прежде, чем потухла вспышка, и бросился на ошеломленных раненых артиллеристов. Алый Коготь сверкал и гудел, кромсая тела и отсекая руки. Несколько артиллеристов, пошатываясь, поднялись на ноги и побежали, изрыгая проклятия. Рявкнули хеллганы, и дымящиеся тела мятежников повалились на землю. Бойня завершилась в считаные секунды.
Волчий Гвардеец изучал орудия. Один из минометов опрокинулся набок, но остальные казались невредимыми.
— Свен, ты со своими братьями выправьте тот миномет, — велел он. — Бьорн, Нилс и Карл, принесите еще снаряды. — Он указал на вершину холма. — Хаакон, ты засеки цели.
Волки сразу принялись за дело, поняв план Стенмарка. Хаакон быстро поднялся по склону, тогда как трое остальных терминаторов разбивали ящики и вытаскивали из них минометные снаряды, похожие на боезапас для болтера, только больших размеров. За секунды их заправили в казенники шести осадных минометов.
— Цели?! — крикнул Стенмарк.
Хаакон выглянул на склон.
— Моторизованный батальон между нами и космопортом, — сообщил он, поднимая в руке прицельное устройство. — Расстояние от шестисот пятидесяти до семисот метров.
Свен и его братья носились между минометами, вводя дистанцию с помощью круговых шкал. Когда они закончили, он поднял руку. Волчий Гвардеец холодно улыбнулся:
— Огонь!
Минометы выстрелили один за другим, выплюнув высоко в воздух полутонные снаряды. Они визжали, как души проклятых, и Стенмарк, откинув назад голову, взвыл вместе с ними. К тому времени как первые снаряды разорвались среди ничего не подозревающих мятежников, Микал взлетел по склону и понесся на врага.
Хаакон верно направил снаряды в цель. Подразделение мятежников сосредотачивалось позади другой цепочки низких холмов, их грузовики и бронемашины собрались в беспорядочную кучу позади самой высокой линии хребта. Теперь автомобили разнесло на куски или разбросало, как детские игрушки, и горящее топливо разливалось по почерневшей земле. Повсюду валялись трупы и фрагменты тел, и раненые пытались отползти от места побоища.
Волки носились среди них, беспощадно нанося удары. Стенмарк расчищал себе путь среди визжащих предателей, оскалив зубы от запаха свежей крови. Сквозь задымленный воздух потрескивали лазерные разряды. Один из пехотинцев, пошатываясь, встал и в отчаянии попытался поднять мелтаган обугленными руками, но Нильс разнес его на куски последним зарядом штурмового болтера.
Стенмарк обнаружил командира батальона, который выбирался из-под груды тел, и, небрежно взмахнув мечом, снес ему голову. Ответный огонь противника нарастал: уцелевшие начали оправляться от первоначального шока. Он заметил целый взвод солдат, который, отступая на юг, открыл бешеный огонь по воинам Фенриса.
Рыча, Волчий Гвардеец уже собрался преследовать убегающих предателей, но Свен, размахивая цепным мечом на вершине следующего холма, выкрикнул:
— Путь свободен, мой лорд! Мы в полутора километрах от космопорта.
Стенмарк остановился. Сначала он не мог сообразить, о чем говорит Свен. Телохранители быстро окружили его, разя неприятеля меткими выстрелами. Микал чувствовал на своих губах кровь врагов и с жадностью смотрел на убегающих мятежников.
Он ощутил, как где-то далеко содрогнулась земля, будто упал тяжелый снаряд или раздался первый удар надвигающейся бури. Это заставляло его жилы дрожать, словно провода под напряжением, у него перехватывало дыхание.
Микал повернулся в поисках источника грома. Хаакон схватил его за руку.
— Что прикажешь, мой лорд? — спросил он хриплым голосом.
Стенмарк старался сосредоточиться на лице Хаакона. Он чувствовал, что мятежные войска отступают, удаляясь с каждым мигом, и жаждал настигнуть их.
— Мы… — начал он, изо всех сил стараясь вытянуть слова из красного прилива, накатившего на его разум: «Преследуй их! Свали их на землю и разорви им глотки!»
Обеспокоенный Хаакон нахмурился. Он, казалось, тоже чувствовал в воздухе что-то странное.
— Люди ждут, мой лорд, — сказал он.
— Люди… — повторил Стенмарк. Он глубоко вздохнул и указал в сторону склона. — Верно. Пойдем.
Волки строем двинулись за своим предводителем, который невозмутимо зашагал вверх по склону. Дойдя до вершины, он увидел раскинувшееся перед ним обширное пространство космопорта и усеянную телами зону сплошного поражения. Энергетические заряды и трассирующие очереди носились над заваленным трупами полем: имперские войска и силы мятежников вдоль дороги обменивались залпами.
Свен настороженно разглядывал поле.
— Быстрая и легкая пробежка — в порядке исключения.
Волчий Гвардеец свирепо замотал головой.
— Я уже достаточно набегался сегодня, — проворчал он. — Отсюда мы идем. — И, воздев к небу свой древний клинок, он зашагал вперед.
В течение десяти минут Космические Волки пересекали дымящуюся равнину на глазах у обеих сторон. Алый Коготь поймал свет заходящего солнца и засиял, словно вечерняя звезда, притягивая взгляды всех солдат в пределах видимости. Почти сразу же артиллеристы мятежников открыли огонь по медленно марширующим воинам, но лазерные разряды и снаряды стабберов ложились далеко от целей. Стенмарк продолжал идти размеренно, держа голову прямо. Случайный выстрел попал ему в бок, но, защищенный доспехами, он не сбился с шага.
Добравшись до середины пути, Волки услышали одобрительные возгласы, которые доносились с имперских укреплений. По мятежным войскам открыли ответный огонь, прикрывая героических космодесантников, раздались голоса поддержки Стенмарку и его людям. По группе окровавленных воинов стреляли все сильнее. Мятежники вели огонь гранатами с большой дистанции, осыпая звенящей горячей шрапнелью фланги Волков. С позиций мятежников на юге пронеслась ракета, но до цели не долетела.
Три сотни метров. Двести пятьдесят. Выстрел из тяжелого стаббера угодил Стенмарку в бедро, заряд разбился о броню, и осколки попали ему в ногу. Над головами свистели снаряды минометов и падали в землю впереди Волков, будто горящие кулаки.
— Прекрасный день для прогулки! — прокричал Свен сквозь грохот. Лазерный разряд ударил его в ногу, и Серый Охотник раздраженно провел пальцами по оставленной им отметине. — Хотя жаль, что букашки прыгают!
Они взбирались по длинному склону к первому из имперских окопов. Стенмарк уже различал чумазые ликующие лица солдат, зовущих его со своих огневых позиций. Им оставалось менее ста метров.
Он едва расслышал лязг гусениц где-то к западу, и с позиций мятежников понеслись мощные крики. Затем, слишком поздно, он услышал грохот пушки.
Все вокруг, казалось, замедлилось и поползло. Чувства Стенмарка сверхъестественно обострились. Он ощущал, как гудит перемещаемый воздух, когда тяжелый снаряд летит к ним, описывая дугу. Стенмарк оглянулся навстречу надвигающемуся року, и от его доспехов, зазвенев, словно крошечные колокольчики, отскочили кусочки земли и измельченные камешки.
Снаряд выглядел продолговатым темным пятном, которое лениво вращалось в воздухе. Стенмарк услышал, как рядом Свен резко втянул в себя воздух.
— Да защитит нас Всеотец, — произнес Серый Охотник, и мир взорвался землей и огнем.
Глава семнадцатая
Зал Волчьего Короля
Крики и звериное рычание сотрясали воздух в узком каньоне. Воины, охваченные яростью и болью, били себя в грудь кулаками, стучали по керамитовым нагрудникам клинками. Рагнар выл в беспомощной ярости, его пальцы оставляли глубокие борозды в безжизненной земле. Молодому Космическому Волку казалось, что его тело разрывается на части, одновременно выворачиваясь наизнанку. Его мышцы корчились, словно обезумевшие змеи, они сжимались вокруг его укрепленных костей и с силой сдавливали их. Глаза горели, зубы невыносимо болели, ему казалось, будто рой жалящих насекомых с жадностью ползает у него под кожей. Наклонившись вперед, Рагнар снова и снова колотился лбом о безжизненную землю.
Вульфен нетерпеливо рычал внутри него, глубоко вгрызаясь в его кости. Рагнар неловко пытался разодрать свои доспехи, будто стремясь проникнуть в себя и вырвать зверя из своего тела. Кончики его пальцев невыносимо болели, и, уже ничего не соображая от охватившего его бешенства, он пытался стянуть с себя перчатки зубами.
