Читаем без скачивания Американский ниндзя 3-4-5 - Майк Холланд

Холгер, шатаясь, поднялся на ноги и, вытащив из-под пиджака автоматический пистолет, бросился следом. Он понимал, что потеря этих ампул равносильна потере всего, что у него было, а может быть — и самой жизни, потому что такого Кобра никогда ему не простит. Поэтому упустить этого человека он не мог. Сакстон достанет его, Холгера, даже из-под земли.

Выставив перед собой оружие, Холгер до боли в глазах всматривался в окружавший его полумрак, и вдруг ему показалось, что он увидел промелькнувший на арене силуэт. Не раздумывая, он открыл огонь. Пули свистели, ударялись о металл сидений и раскалывали пластик спинок, а силуэт мелькнул уже чуть дальше. Холгер вновь нажал на курок, и пистолет вновь прогрохотал несколько раз подряд, но силуэт все маячил перед его глазами. Когда взбешенный Холгер в очередной раз нажал на курок, оружие не отозвалось привычным звуком и рука не дернулась, амортизируя отдачу. Пистолет молчал.

Передвинув затвор, Холгер снова нажал на спусковой крючок, однако выстрелов не последовало. Чертыхаясь, он выщелкнул — пустую обойму и запустил руку в карман пиджака, где хранилась новая. Вдруг на его плечо легла уже знакомая тяжелая ладонь. Развернувшись, он вновь увидел перед собой белки глаз и белоснежный оскал.

— Я здесь, — произнес Кертис все тем же замогильным голосом и сильнейшим ударом в челюсть отбросил Холгера на перила лестницы. — Не ждал?

Взмахнув руками и теряя оружие, ассистент вцепился руками в поручни, стараясь не сорваться вниз. Джексон подбежал к нему и с диким звериным ревом развернул лицом к арене. Держа Холгера за волосы на макушке, Кертис правой ударил кулаком в шею, проваливая седьмой шейный позвонок. В довершение расправы он ухватил ассистента руками за уши и повернул его голову так, что лицо, изуродованное предсмертной судорогой, оказалось на месте затылка.

— Свинья, — брезгливо сплюнул Кертис, отступая от мертвого тела, — а ведь я его уже почти отпустил!

Подняв с одного из сидений спрятанный там футляр с ампулами, он пошел вниз по ступенькам.

Спускаясь по ступеням лестницы, Шон постепенно приходил в себя. На сей раз приступ оказался более тяжелым и более продолжительным, чем это было раньше. Он облокотился о стену, переводя дыхание.

— Все в порядке, — Шон с трудом выдавил улыбку, видя волнение на лице Декстера. — Мне уже лучше. Сейчас отдышусь и дальше пойду сам.

Они вышли в пустой коридор и, пройдя несколько шагов, осмотрелись. Длинный ряд дверей уходил вдаль.

— Куда теперь? — Джек дернул за ручку одну из дверей, но она оказалась закрытой.

— Найдем, — улыбнулся в ответ Шон и тут же услышал за своей спиной странные звуки.

Обернувшись, он увидел стоявших возле выхода на лестницу двух ниндзя, вооруженных ханкю — короткими луками, приспособленными для стрельбы во внутренних помещениях. Они достали из колчанов, привязанных к бедрам, по стреле и, одновременно заложив их в луки, отпустили натянутую тетиву.

Стрелы с воем понеслись к цели. Резко присев, Шон успел перехватить их в полете и, перекувыркнувшись через голову, послал обратно. Брошенные Шоном стрелы пронзили горло обоих ниндзя.

Но один из них все же успел выпустить из своего лука еще одну стрелу. Она просвистела над головой Шона — и впилась в грудь Джека…

Быстро вскочив на ноги, Дэвидсон развернулся к напарнику, но поздно. Стрела попала точно в сердце, и Декстер умер мгновенно, даже не успев закрыть глаза. Горький удушливый комок подступил к горлу Шона.

— Ну хорошо, Кобра, — в его глазах пылала ярость, — теперь пришло время умирать тебе!

Подойдя к распростертому на полу ниндзя, Шон переоделся в синее кимоно одного из них. Накинув капюшон и закрыв лицо, он, мягко ступая кожаными сапогами, двинулся вдоль коридора. Где именно находилась лаборатория, в которую должна была пробраться Ким Ли, он не знал. Ни ее, ни Джексона он пока что в этом здании не встретил, хотя точно знал, что они где-то здесь. Поэтому, пройдя еще ярдов десять, он остановился возле одной из дверей, за которой ему послышался звук человеческого голоса. Повернув ручку, он убедился, что она не заперта, и заглянул внутрь.

Маленькая комната, ярко освещенная люминесцентными лампами, напоминала школьный класс. За широким столом сидели двое мужчин в белых халатах и, несмотря на столь поздний час и только что объявленную тревогу, работали, склонившись к экранам компьютеров.

Шон широко распахнул дверь и громко произнес:

— Вы что это тут делаете, парни?

Они подняли головы и с удивлением посмотрели на вошедшего ниндзя.

— Работаем, — спокойно произнес один из них, нс понимая, в чем дело.

— Вы что, сирены не слышите? Приказано всем покинуть здание.

Исследователи поднялись со своих мест и принялись быстро снимать халаты.

— Да, действительно сирена. А что происходит? — ошарашенно поинтересовался второй.

— Нападение на комплекс. Я еле нашел вас в этих закоулках, — ответил Дэвидсон. — Быстрее собирайтесь и выходите.

Служащие сосредоточенно принялись нажимать кнопки и щелкать выключателями, стараясь быстро, но без потерь информации выключить систему. Поэтому они не обратили внимания на идиотский для охранника вопрос Шона:

Где центральная лаборатория?

— Первый этаж. Там, по коридору — вторая ниша, — последовал автоматический ответ.

— Не задерживайтесь тут, — на прощание сказал Шоп и скрылся за дверью.

Возле ниши, которую он искал, лежал труп ниндзя, указывая, что избранный путь верен. Значит, здесь уже побывал кто-то до него. Или Ким Ли, или Кертис.

Подкравшись к двери, Шон тихонько заглянул внутрь. В помещении никого не было. Только фигуры людей-манекенов зловещими изваяниями возвышались в бархатном полумраке. Дэвидсон обошел их, всматриваясь в каменное выражение лиц, и внезапно заметил лежащую на полу Ким Ли. Лужа крови и неестественно разбросанные руки и ноги говорили о разыгравшейся трагедии. Глаза женщины были полузакрыты.

— Господи! — прошептал Шон, останавливаясь возле тела.

Он сорвал с головы башлык и опустился на колени. Потеря еще одного друга по вине одного и того же человека породила волну ненависти, охватившей все его существо. Он поклялся во что бы то ни стало найти Кобру и…

Приступ гнева внезапно сменился другим, не менее сильным приступом. Странная болезнь, порожденная адской вакциной Кобры, вновь дала о себе знать. С новой силой обрушила она на него лавину страшной боли. Загудела голова, и сквозь нарастающий звон в ушах Шон услышал голос:

— Еще одна иллюзия, в которую ты поверил. Здесь нет лекарства от твоей болезни.

Превозмогая боль, Дэвидсон поднялся на ноги и с трудом подошел к кафедре лаборатории, за которой стоял ухмыляющийся Сакстон. Увидев перекошенное гневом лицо Шона, Уиллис, не ожидавший, что у его «подопечного» хватит сил подняться на ноги, смертельно испугался, но не подал виду.

— Дай мне противоядие, — потребовал ниндзя.

— И все-таки лекарство действует… — улыбнувшись, кивнул Кобра. — Мальчик мой, того, что ты ищешь, не существует. Тебе давно стоило поговорить со мной. Я ученый, а не отравитель.

— Тебе это просто так с рук не сойдет, — прохрипел Шон и попытался подняться на невысокую ступень кафедры.

Новый приступ боли судорогой сковал его тело. Непослушные руки безвольно опустились, ноги, не выдерживая тяжести тела, подкосились, и Шон рухнул на пол, не в силах даже пошевелиться.

— Правда? — Сакстон хмыкнул и разочарованно развел руками. — Ну вот видишь, сходит же.

Не обращая больше внимания на скорчившегося на полу Шона, Уиллис отвернулся от него и, раскрыв сейф, стоящий возле приборного столика, достал толстую пачку бумаг. Быстро перелистывая хрустящие страницы, он принялся торопливо отбирать некоторые из них и прятать в уже раскрытый заранее кейс.

Шон понял, что еще несколько минут — и силы окончательно покинут его. Сознание, затуманенное разрушительным действием вакцины и тонущее в океане боли, вот-вот погаснет. А когда это произойдет — он превратится в нечто, что лишь внешне будет напоминать Шона Дэвидсона. И тут в его ушах вдруг ясно зазвучал голос Изумо:

— Помни, Шон, твой разум, твоя душа отражаются в твоем теле, как луна отражается в озере…

Стащив непослушными скрюченными руками кимоно и оставшись по пояс голым, Шон, превозмогая нечеловеческую боль, сел в сейдзен.

— Все, чего ты захочешь, — не умолкал голос Учителя, — все, чего захочет твой разум, сможет осуществить твое тело. Надо только очень точно знать, чего же ты хочешь и хочешь ли ты этого на самом деле.

Сложив перед собой руки в мудру Единения со Всем Миром, Шон закрыл глаза.

— Тело — подставка светлого зеркала. Светлое зеркало изначально чисто… — шептал Изумо.

Нестерпимый жар на мгновение охватил все тело Шона и затем бесследно исчез вместе с нестерпимой болью. Дэвидсон открыл глаза. Теперь он чувствовал себя совершенно здоровым и бодрым. Прыжком поднявшись на ноги, Дэвидсон расцепил руки и сказал: