Читаем без скачивания Ущелье ведьм - Джефф Мариотт

— Как продвигается? — поинтересовался Бекетт.

— Потихоньку, — за всеми делами Сэм успел позабыть об их утренней договоренности. — Дин там разбирается, но проблема куда серьезнее, чем кажется. Так что я решил, что могу вам здесь понадобиться.

— Пока все под контролем.

Сэм понизил голос, чтобы не вызвать панику, потому что по меньшей мере три десятка людей держались рядом, а всего собралось несколько сотен:

— Много останется от вашего контроля, если дела повернутся худо?

Бекетт оглядел толпу и признал:

— Будет катастрофа.

— Нет никакой гарантии, что Дин успеет до того, как… сюда заявятся нежданные покупатели, — начал Сэм, уверенный, что шериф поймет его мысль. — Если нет…

— Мои люди вооружены солью, — перебил шериф. — Еще больше соли мы припрятали в лесу за парковкой. Надеюсь, нам удастся их остановить, если заявятся все-таки. Вы правы, стрельба всполошит толпу, и меньше всего в жизни мне хочется любоваться давкой.

— Лучше бы вам вообще не пускать сюда народ.

— Мисс Круг хотела, чтобы покупатели посмотрели витрины перед открытием. А потом уж они смогут приступить непосредственно к покупкам. И я ее поддерживаю, потому что мы хотя бы можем запереться, если припрет.

— Ладно, а как все эти люди попадут домой? — не отставал Сэм. — Дороги уже открыты?

— Насколько я знаю, нет. Мы просто надеемся, что их откроют к тому времени, как люди начнут разъезжаться.

— Сколько позитивного мышления, — не удержался Сэм.

— Ты не знаешь мэра Мильнера, как я, — парировал Бекетт. — Он по части позитивного мышления мастак. Оно возвело его на пост мэра маленького горного городка, так что Мильнер на него молится. Такое ощущение, что он никогда не сталкивался с реальным обломом, а именно с таким он сегодня столкнется, если мы получим пару тысяч людей, застрявших в городе, потому что паранормальные убийцы не хотят их выпускать, — губы шерифа искривила короткая усмешка. — Ну и чушь я несу. Но вы же в это верите, так?

— Я не просто верю, — возразил Сэм. — Я уверен. И даже причину знаю. Вот поэтому мы, возможно, сможем все остановить.

— Если позитивное мышление не поможет, вся надежда на вас, парни.

— Если нет… — младший Винчестер потряс сумку так, чтобы мэр услышал характерное бряцание. — Если нет, здесь станет жарко.

«А малыш прав», — подумал Бекетт.

Если на торговый центр нападут — пускай даже одно зловредное привидение — паника наделает еще больше вреда, чем сами призраки. Шериф обсудил вопрос с помощниками, и все они приготовились стараться изо всех сил, чтобы удержать порядок, но факт остается фактом: даже тысяча человек способна натворить бед. План состоял в том, чтобы изолировать убийц в случае их появления, перекрыв коридоры к центральному холлу. Таким образом всех покупателей делили на три группы, а меньшие группы легче вразумить. Во всяком случае, на такой исход надеялись. Как все сработает в реальности, Бекетт не знал. За все годы работы шериф никогда не сталкивался с необходимостью контролировать такое количество народа; едва ли какой-нибудь полицейский вообще сталкивался с подобной ситуацией. Одно Бекетт знал наверняка: если он останется в живых, когда все кончится, то уж точно не будет обсуждать происшедшее в публикациях и на собраниях. И не только потому, что оно выглядит бредом — Бекетту не нравилось собственное поведение. Он позволил политикам (в лице мэра Мильнера) перехватить контроль. Это ведь он, шериф, а не мэр отвечал за безопасность, а он позволил Мильнеру связать себе руки. Пару минут назад, как раз перед тем, как вмешался паренек, это случилось снова: Бекетт обнаружил, что соглашается сделать все, чтобы открытие торгового центра состоялось. Мильнер и Карла Круг все еще оживленно переговаривались: видно, оценив размер толпы, мэр требовал большей роли в церемонии открытия. Однако все еще существовала возможность восстановить хотя бы часть самооценки. И Бекетт направился к этой парочке бюрократов с решимостью, распирающей кишки, будто плотный завтрак. Когда он подошел, разговор оборвался на полуслове.

— Хочу кое-что прояснить, — выпалил Бекетт, не дожидаясь приглашения. — Если появится намек… то есть, хоть один маломальский намек на то, что эти монстры пробрались сюда… это место — мое.

— Что ты имеешь в виду, Джим? — не поняла Карла.

— То, что это — место преступления, и я его контролирую. Не вы, не мэр Мильнер и не ваши охранники. Ясно?

— Ну же, Джим, — сказал мэр таким тоном, будто пытался успокоить капризного трехлетку. Бекетту тут же захотелось в самом деле устроить истерику. Возможно, это желание получится осуществить до конца дня. — Давай не будем горячиться, ладно? Мы же все в одной лодке.

— Не думаю, Дональд. Несмотря на то, что трупов вокруг города как снега зимой, вы едва ли полностью осознаете, что происходит. Это не остановишь, рассыпаясь в любезностях. И если есть хоть один шанс, что в панике погибнут люди, я в стороне не останусь. Это не обсуждается.

— Джим, поверь, — позвала Карла. — Я сама совсем не хочу паники, но еще я не хочу, чтобы твои люди понапрасну будоражили народ.

— За моих людей не беспокойся, — парировал шериф Бекетт. — Сколько работников центра местные? Думаю, большинство. Остальных мы задержим здесь, скоро они начнут жаловаться, и местные расскажут им об убийствах. Достаточно того, чтобы несколько покупателей не расслышали деталей. Помните игру в испорченный телефон? Кто-то шепчет на ухо соседу слово, слово таким образом передается по цепочке и к концу цепочки полностью видоизменяется. Представьте, что из всех присутствующих получится один адский испорченный телефон, и тогда для паники даже реального нападения не потребуется. Хотите-не хотите, а все будет так: если что, ваши люди обращаются к моим за руководством. И я бы хотел еще раз переговорить с Линетт, чтобы убедиться, что она все поняла. И пусть своим подчиненным передаст. Я не хочу, чтобы кто-нибудь сделал глупость в то время, как я пытаюсь восстановить порядок. Понятно?

Мэр Мильнер выглядел так, будто собирается пожаловаться, но вместо этого плотно сжал губы и серьезно кивнул. Посмотрев на него, сдалась и Карла:

— Я предупрежу Линетт. Почему бы вам не встретиться в комнате охраны, чтобы обговорить подробности без лишних ушей?

— Отличная идея, — согласился Бекетт. — Так и сделаем.

Сэм быстро пробежался по торговому центру, выглядывая, не одет ли кто излишне старомодно и не мигает ли. Даже находясь в помещении, люди не расстались с пальто, шапками и шарфами, хотя пальто могло быть расстегнуто, шарф ослаблен, а шапка упакована в карман. Толпа увивалась у витрин, будто всем не терпелось начать тратить деньги. Сэм даже углядел кое-что, от чего бы сам не отказался. Конечно, отец воспитал их далеко от того, чтобы позволить материальным ценностям взять верх, но это совсем не означало отказ от покупки новой куртки или толстовки или ботинок время от времени. Если бы Сэм получал постоянную зарплату, то сумел бы ее потратить. Но теперь приходилось пользоваться фальшивыми кредитками и оправдывать себя приносимой обществу пользой.

В отделе фаст-фуда уже вовсю пахло пиццей, цыплятами, чизбургерами и жареной картошкой. С того времени, как Сэм ел в последний раз, прошло много часов, и желудок тут же напомнил о себе урчанием. Перед прилавком уже выстроилась очередь, и продавцы обменивались шутками с клиентами, хотя до перерезания ленточки никто ничего не продавал. Сэм взглянул на часы, висящие за стойкой с тако[92]: одиннадцать пятьдесят четыре. Теперь уже недолго. А ведь надо еще столько всего осмотреть внутри, прежде чем выйти на улицу. Сэм прибавил ходу. С едой и потерпеть можно.

Глава 33

— Дружище, вы же точно знаете, где эта хижина? — уточнил Дин.

Здание школы давным-давно скрылось из виду. Снег здесь лежал глубокий, так что диновы ботинки и штанины внизу промокли насквозь.

— Естественно, — отозвался Хармон Байрд. — Мы старались держаться от нее подальше, хотя ведьма умерла задолго до моего рождения. Иногда старшие мальчишки подстрекали нас зайти внутрь, я, вот, однажды зашел шага на три, но мигом выскочил обратно. Хорошо хоть штаны не намочил порядка ради.

— И это лучший путь?

— Дьявол, единственное, что я знаю: есть дорога прямиком дотуда. Небось, там тоже какую-нибудь высотку поставили. Я туда не заходил с тех пор, как был мальчишкой. Не очень-то и хотелось.

Дин не ответил. Ему не хотелось изображать вежливость: Байрд был стар, как мир, конечно, но вполне вменяемый, так что мешало ему упомянуть дом ведьмы раньше, когда они только заговорили о сверхъестественном? Пока Байрд ныкался по лесам, изображая Одинокого Рейнджера[93], пока скрывался от него и Сэма, гибли люди. От осознания этого Дина тошнило физически. Быть охотником-любителем тоже неплохо, если подходишь к делу серьезно, но позволять людям умирать из-за своей рассеянности — никуда не годится.