— Ты как, парень, в порядке? — удивил Тенемхет своей участливостью, пока я стоял, словно меня заморозили. Я кивнул. — Ладно, тогда погнали. Сначала Аннарин. Потом разберемся.
Мы выползли из люка на космодроме Хиритори. Я всё ещё приходил в себя.
— Здравствуй, сын, — к нам сразу подошёл карауливший здесь себит и заговорил голосом Аритайны.
— Ты! — Тен среагировал излишне эмоционально, но я остановил его.
— Прости, я должна была сказать, мой АСКИР, который общался с вами до этого, был уничтожен. Во время приёма.
— Хочешь сказать, они напали на своего партнера?
— Вы не смотрели новости?
— Как-то было не до того. Нейромать.
— Формально никто не напал. Это благотворительный приём, на котором некоторые развивающиеся компании Нижнего мира представляли свои проекты для получения финансирования. Во время демонстрации одного из них, мы как раз стояли рядом с Аннарин. Струя плазмы одного незадачливого учёного вырвалась, и мой АСКИР был уничтожен.
— Аннарин! — вскрикнул Тен.
— Она жива.
— Ты уверена? — Тен хорошо тряхнул себита.
— Последнее, что я увидела: плазма не попала в неё. Уверена, это был точной расчет Данайган, чтобы вывести меня из строя. Других моих следящих систем в их башне не представлено. Мои камеры ещё некоторое время передавали информацию, и на тот момент Аннарин абсолютно точно была жива.
— Так вот. Из башни вышла уже не Аннарин. Она осталась в башне.
— Я знаю, но это прямое похищение! Я создам официальное полицейское расследование.
— И что вы обнаружите? Что Грейхан увез живую и здоровую Аннарин на своём байке? По всем протоколам выйдет так, что он сам её убил, а потом заявил о пропаже.
— Верно.
— Но как они обставили нападение на тебя, Аритайна? — меня интересовала возможность полномасштабной войны двух систем.
— Они принесли мне глубочайшие извинения за произошедший несчастный случай, и выплатили компенсацию, на которую можно было бы купить хороший корабль. Я сделала им выговор и оштрафовала за несоблюдение техники безопасности. Всю компенсацию обещала передать на финансирование благотворительных проектов. В том числе, в Школу Мадам Тиргаоки.
Тен мрачно молчал.
— А что бы ты предложил? Сразу развязать войну?
— Знаешь, что самое поганое? Ты знаешь, кто они и что делают. И они знают, что ты всё знаешь. Но вы встречаетесь и мило улыбаетесь друг другу, пока они убивают твои киберинкарнации, убивают твоего сына и крадут людей. А ты просто берешь с них компенсацию и гладишь по головке.
— Сын. Я понимаю все вероятные потери будущей официальной войны. По моим подсчётам могут погибнуть десятки и сотни тысяч жителей Анар-Кераса. Они и есть живой щит, останавливающий меня. И Данайган это понимает. Полноценная война между двумя системами, которые полностью пронизывают Анар-Карас способна сравнять его с землей.
Тен решил больше не спорить.
— Хорошо, иди, — скомандовал он.
— Подожди, — остановил я. — Что с теми, кого поймали? Допросили?
— К сожалению, в их головах сработали детонаторы.
— И? В них же были ещё какие-то чипы? Их извлекли? Чьё производство?
— Да, пока не идентифицировали. Но такие же используют Сикарион.
— Ну, естественно.
— Я буду искать её по всем камерами. Всеми возможными способами.
— Хорошо. Иди. Я хочу побыть один, — Тен общался с Нейроматерью в приказном тоне.
Себит переключился в свой обычный режим и удалился.
— Говорит всё правильно, но почему мне кажется, что она всё время в чём-то врёт? — Тенемхет спрашивал не меня, а окружающее пространство.
— Я не вру! — выдал голосом Аритайны стоящим рядом заброшенный парковочный автомат.
— Изыди! Мне нужно личное пространство.
— Прости, сын, я не хотела быть навязчивой.
— Что смотришь? — вызверился на меня номарх. — Такой осуждающий взгляд, что может убить. Она не живая, пойми, наконец. Она имитирует.
— То есть, когда она была жива, ты общался с ней по-другому?
По уничижительному взгляду номарха, я понял, что не слишком промахнулся.
— Я любил мать. У нас были хорошие отношения. Но она никогда не была такой душкой, которую строит из себя Синта.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Мы шли по улице.
— Тебе не стоит так ходить. Давай на байке.
— Я сейчас так зол, что в меня не попадёт ни один плазмоид.
Тен крушил близлежащие контейнерный баки лишь силой мысли. Баки складывались, как пивные банки. Наконец, он снова обратил внимание на меня.
— Гайл, ты как? Ты теперь почти нирилиг, так что это хорошо. Представим твой обновлённый код в Межгалактический совет, сойдёшь за представителя новой расы. Глядишь, на этом можно очень круто сыграть, когда будем тебя отмазывать перед ними после моей миссии. — Тен весело всхохотнул. — Пошли в логово к твоему Хайгону. Спланируем штурм Данайган.
Что?
— Привет, я не один. — В «Медузе» уже были Хайгон и Дженри.
— Ещё раз назовешь меня Фибо, я тебя грохну, Грейхан. Рон. — он резко протянул свою огромную лапу, так что Хайгон чуть подскочил.
— Рон не лучше Фибо.
— Я Анархарон. Учи матчасть. Меня так бывшая жена называла.
— Анархарон? — пискнула Дженри, получив в ответ убийственно хитрый взгляд номарха. Та испуганно перевела взгляд на меня, и я кивнул, подтверждая её догадку.
— Не умер?
— Пока нет.
— Хайг, — переключился я на дело. — Ты уже берешь под контроль Башню Данайган? Что со следящими, с твоими ищейками?
— Да, Аннарин, умничка. Но очень постепенно.
— И они не заметили?
— Мой код? — оскорбился Хайгон. — Он же для их СКИРа родной. Информация уже начала поступать. Аннарин как-то проникла в главную переговорную, кабинет Ханнари.
— Думаю, это произошло уже после того, как её похитили. Но она успевала как-то встраивать моих малышей.
— Пять она не успела встроить. Они остались в ней. По ним можно вычислить её место положения?
— Теоретически да, конечно. Но практически, нет, я не вижу её нигде на этой планете.
Номарх всё больше щурил глаза и закипал.
— Перепроверь все взлетевшие за эти часы корабли.
— Уже, ничего.
— Что-то стоящее от ищеек есть? Насколько постепенно ты берешь контроль? — спросил я.
— Два-три дня. Иначе системы безопасности взвоют. Из информации пока только то, что Ханнари, Рахт и папаша Дженри Тирганарит часто ошиваются вместе. Видно по их прошлым перемещениям. Но за одну ночь никто ещё не вёл никаких разоблачающих разговоров, вы же понимаете.
Стол в дальнем конце сам по себе сложился, так же, как до этого складывались мусорные баки.
— Готовь Сикарион, — выдал Тенемхет.
— План?
— Идём на штурм, обвиняем их в гос. перевороте, убираем всех. В прямом эфире. Я объявляю, что я — это я. Разоблачаю свою кибер-копию. Всё просто.
Охренительно просто.
— Всех? — уточнил я.
— Они не оставили мне выбора. Если она уже мертва, терять больше нечего. Я хотел сберечь тех, кто не виновен, но они не оставили мне выбора.
— А если жива? Я пойду туда сам. Это самое логичное.
— Сам?
— Подумайте, я просто мужик, ищет свою подопечную, которая внезапно исчезла, и вместо неё явился АСКИР. Конечно, я хочу выяснить, в чем дело. Будет нормально, если я пойду туда.
— Ты не вернешься, так же, как и она.
— Я у них под наблюдением с момента нейтрализации, но до сих пор жив. Им не нужно прекратить моё существование, им нужна от меня информация. О тебе. И я дам им её. Они хотят знать, жив ли ты и где ты? Я скажу, что знаю, но не выдам, пока они не предъявят Девчонку. И не докажут, что она жива. И если она жива, штурмовать их нельзя.
— Иди, — серьёзно кивнул Тенемхет. — Но с большой долей вероятности, ты не вернешься. Ты готов? Ты ведь хотел вернуть свою память, воссоединиться с любимой. Всё это сейчас поставлено на карту. Ты зайдешь туда и не выйдешь.
— Я не очень понимаю твой вопрос, Тенемхет. — Я понимал, но одновременно с этим, не понимал, почему должен что-то объяснять. — Девчонку нужно вытаскивать. Это здесь. И это сейчас. Всё остальное — призрачно. И потом. Если Космос решит, что я достоин этого «потом», то так тому и быть. Если нет, я хотя бы попытаюсь спасти мелкую.
