— Солнце Аустерлица, — говорил Наполеон солдатам, — осветило нам путь к славе Франции…
И сейчас, и всегда он будет считать Аустерлиц одной из крупнейших своих побед.
4
Сразу после Аустерлица Наполеон писал Жозефине: «Мы возвращаемся в Париж. Мир обеспечен».
Однако до Парижа было еще далеко. И до мира тоже. На самом деле он возвратился в Вену и, уютно устроившись в Шенбрунне, вершил большие и малые политические дела в Европе.
Он наградил своих немецких союзников: курфюрстам Баварскому и Вюртембергскому подарил титулы королей, курфюрста Баденского определил великим герцогом. Облагодетельствованные потентаты попросили сверх того и малую толику денег, но денег Наполеон им не дал.
Австрийский император бомбардировал его своими депешами из Прессбурга: он умолял о мире. Наполеон великодушно согласился на переговоры. В Прессбург поехал Талейран. Не слушая просьб и стенаний императора Франца, Наполеон продиктовал условия мирного договора. Они были весьма тяжелыми для Австрии. Ей пришлось расстаться в пользу победителя с провинциями Венецией, Истрией и Далмацией, сделать территориальные уступки Баварии, Вюртембергу и Бадену; австрийский император уплачивал сорокамиллионную контрибуцию и навсегда отказывался от титула главы Священной Римской империи, подлежавшей упразднению.
Прессбургский мир был подписан 26 декабря 18 05 года.
В тот же день Наполеон отдал приказ ввести войска в Неаполь: он не забыл, что король неаполитанский формально участвовал в уничтоженной коалиции! И хотя неаполитанцы в прошедшей войне не сделали не единого выстрела, предлог для ответного действия сомнению не подлежал.
Все произошло с рекордной быстротой.
Генерал Сен-Сир, действуя согласно высочайшей инструкции, вошел в Неаполь, чета, занимавшая престол, бежала, а неаполитанским королем был провозглашен недовольный братец Жозеф: пусть-ка теперь попробует выражать недовольство! В помощь ему (а точнее, для надзора за ним) Наполеон отправил вездесущего Кристофа Саличетти.
Этим актом французский император в общих чертах завершал новую организацию Италии.
Еще раньше он уничтожил Лигурийскую и Итальянскую «дочерние» республики, первую — присоединив к Франции, вторую — превратив в Итальянское королевство, королем которого, естественно, стал он сам. Оставались Тоскана и Папская область. До них еще просто не дошли руки, но в принципе их участь тоже была окончательно решена.
В том же 1806 году была ликвидирована и последняя из «дочерних» республик — Батавская. Она была преобразована в Королевство Голландию и отдана брату Луи.
5
26 января 18 06 года Победитель прибыл в Париж.
Его встретили ликованием и подобострастием. Все слухи и скептические прогнозы мгновенно испарились, точно и не бывали: победителя не судят.
Через несколько дней общий восторг дошел до предела: стало известно, что главный враг Франции, английский премьер Питт, не выдержал известия об Аустерлице и скончался от горя; новый же глава английского кабинета — Фокс был сторонником мира и, едва заняв свой пост, отправил в Париж лорда Ярмута для ведения мирных переговоров.
Неужели мир?.. Всеобщий?.. Полный?..
В это хотели верить все, за исключением Наполеона. Он не надеялся на мир с Англией, да и, пожалуй, не желал его. Переговоры с британским уполномоченным он вел преимущественно для того, чтобы разорвать союз Англии с Россией и изолировать Пруссию. Одновременно начались и сепаратные переговоры с Россией.
Используя выгодную ситуацию, Наполеон завершил преобразование Германии на свой вкус. С середины 1806 года вместо прежней Священной Римской империи им был создан Рейнский союз, «избравший» его своим протектором. Прусское правительство все отчетливее ощущало себя загнанным в угол…
И вдруг (почти одновременно) произошли два события, развеявшие всеобщие надежды: в Англии скоропостижно скончался поборник мира Фокс, а русский император Александр не утвердил прелиминарного мирного договора, который его представитель выработал совместно с Талейраном.
Эти два события мгновенно стимулировали Пруссию. В ее военных кругах давно уже зрела идея реванша. Все чаще вспоминали Великого Фридриха (забывая при этом, что и он был не раз битым). Воинственных генералов и офицеров взбадривала еще более воинственная супруга Фридриха-Вильгельма III королева Луиза, которую недаром считали «единственным мужчиной в монаршей семье».
Прусский король послал Наполеону ультиматум.
Наполеон не ответил.
Фридрих-Вильгельм повторил.
Тогда Наполеон, быстро разворачивая свои силы, вторгся в пределы Пруссии.
Все последующее поэт Гейне метко резюмировал в одной фразе: «Наполеон дунул — и Пруссия исчезла с лица земли»…
6
Это была не война — это было побоище.
И Великий Фридрих, вероятно, не раз повернулся в своей могиле.
Несмотря на всю воинственную спесь, феодальная Пруссия не могла состязаться с сильнейшей армией Европы, созданной еще гением Революции и возглавляемой талантливейшим полководцем эпохи.
После Иены и Ауэрштедта от ставосьмидесятитысячной армии Фридриха-Вильгельма осталось лишь несколько горсток жалких беглецов, а все дороги, ведущие на запад, были запружены провиантскими обозами, лошадьми, артиллерией, в страхе брошенными побежденными и ставшими легкой добычей победителей.
27 октября 18 06 года, всего через девятнадцать дней после начала войны, Наполеон торжественно вступил в Берлин.
Осталось добить несколько замешкавшихся группировок противника и принять капитуляцию нескольких последних крепостей.
Самой поразительной была история с Магдебургом.
Сильнейшая крепость Пруссии, один из ее главных экономических центров, Магдебург был укреплен согласно последнему слову тогдашней техники и имел запасы продовольствия, рассчитанные на многие месяцы. Маршалу Нею город показался неприступным. А тут еще, как на грех, у маршала не было осадной артиллерии. Не зная, что предпринять, Ней приказал дать несколько залпов из легких орудий, понимая, что они совершенно безопасны для городских стен. И крепость… сдалась.
Сила и военное искусство начали кампанию; паника ее завершила.
Фридрих-Вильгельм вместе с воинственной супругой бежал на окраину своего бывшего государства, в Мемель, откуда тщетно молил победителя о перемирии.
Наполеон был удовлетворен. Никогда еще до этого (да и после этого) ему не удавалось одержать такой легкой, быстрой и полной победы: ведь всего за месяц он разрушил и уничтожил одну из четырех великих держав своего времени.
И вот теперь, в Потсдамском дворце, он окончательно додумал и декретировал тот удар, которым рассчитывал навсегда уничтожить своего г л а в н о г о соперника.
7
Мысль о континентальной блокаде явилась прямой альтернативой идее военного покорения Англии: определившаяся несостоятельность последней вызвала к жизни первую, породила ее.
Когда Наполеон полностью осознал, что морской десант из Булонского лагеря неосуществим, он не стал упорствовать, он отказался от долго и любовно вынашиваемого плана.
Но это отнюдь не значило, что он отказался от самой задачи, вызвавшей план, ибо он понимал, что, пока существует могущественная Англия, его притязания на мировое господство остаются лишь несбыточной мечтой. И тогда, после блестящих побед 1805 — 1806 годов, укрепилась новая мысль: если нельзя разгромить соперницу политически, ее следует уничтожить э к о н о м и ч е с к и.
«Британия, Британия, владычица морей…»
Вот в чем суть дела.
Владычица морей.
Ее флот — первый в мире — бороздит все моря и океаны. Именно это дает ей силу. Он, Бонапарт, испытал это на себе, когда — в дни бегства из Египта — пытался скрыться от ее кораблей. А потом, при Трафальгаре, они чуть было не отняли у него все его недавние победы… Но не только в войне эти господа сильны своими кораблями. Ибо по всем морям англичане везут к себе сырье и выгодно сплавляют всему миру свои товары. Это и порождает миллионы фунтов стерлингов, то самое, чем всегда и всех бьет британец…
А если…
Если з а к р ы т ь моря? Если сделать так, чтобы хищный Джон Буль не смог сбывать свои товары? Если б л о к и р о в а т ь Британские острова?..
Тогда — это очевидно — Джон Буль задохнется.
Тогда можно будет удушить его, даже не марая своих рук.
Чужими руками.
Вопрос лишь в том, чтобы эти чужие руки были надежны.
А надежными они станут лишь тогда, если вся континентальная Европа подчинится ему, будет смотреть и з е г о р у к.
Дерзкая, невероятно дерзкая мысль! До этого не доходил никто, даже его могущественный «предок» Карл Великий…
Действительно, чтобы блокировать Англию, необходимо овладеть всей Европой, иначе любой участок, который избегнет контроля, сможет т а й н о нарушить блокаду, пропустить английские товары и этим свести на нет все усилия Наполеона!..
