из бывших приёмышей, удачно поохотились, поэтому перед экспериментом я был сыт и решительно настроен на успех.
— Так, теперь мне нужно, чтобы вы все прикоснулись к доспехам убитых. — произне́с я, поднимаясь на ноги. — Чтобы весь живой металл был одним целым.
Дождавшись, когда мой приказ выполнят, я и сам прикоснулся правой рукой, а затем активировал протез. Команда "Тор", заряд тут же разошёлся волной энергии, а вместе с ней все мои мысли относительно того, каким должна стать новая броня.
— Ат сука! — вырвалось у одного из бойцов. Ощутив на себе сразу несколько взглядов, он пояснил: — Током хренануло!
— Терпи, Саныч. — рыкнул на говорливого Вадим. — Не одного тебя дёрнуло.
Дальше всем стало не до разговоров. Бронескафы в один миг потеряли твёрдость, и жидкий металл стремительно стал собираться в одну большую каплю. Не больше десяти секунд происходило это неприятное действие. Пришлось смотреть, как обнажаются от брони тела убитых товарищей. Часть золотого металла тоже собралась вокруг моих правого предплечья и кисти, образовав мощный наруч и перчатку. В этот момент в голове мелькнула мысль — а ведь этот материал уже имеет энергетический резерв, который сам может восстанавливать. А что, если…
Золотой наруч начал стремительно стекать с руки, и тут же, разбившись на нитевидные потоки, устремился ко всем участникам эксперимента. Всего несколько секунд, и на руке у каждого из двенадцати бойцов, включая меня, образовался золотой браслет. Едва это произошло, как гигантская серебристая капля тоже начала деление.
В этот раз процесс формирования брони проходил дольше, видимо я дал активному веществу довольно сложную задачу. Ну ещё бы, это не пародия на бронескаф и копьё, а полноценный доспех космодесантника уровня не ниже +А. Да и оружие — энергоружьё, запитанное от золотого браслета.
— Ну-ка, пошевелили поршнями! — отдал я приказ, использовав встроенную в шлем рацию. Сам же начал двигаться чуть раньше других. Присел, встал, повернулся, выполнил несколько наклонов. Затем вывел состояние энергобатарей на матовый, чуть затонированный экран шлема.
«Заряд энергоячейки бронескафандра: 14%… 15%… 16%…
Заряд энергоячейки оружейного модуля: 50% (4 максимальных заряда)»
— Все свободно двигаются? — я вновь обратился к бойцам, мысленно отдав команду активному веществу, чтобы у всех членов отряда в левом верхнем углу забрала отображались данные по энергоячейкам. Эх, жаль, что не могу передать временный контроль над регулировкой бронескафа и оружия. Ну, хотя бы покинуть свой доспех теперь каждый может самостоятельно.
— Отличная Броня, от моей совсем не отличишь. — тут же отозвался Михаил. — Оружие, правда, больше для борьбы с хорошо защищённой пехотой противника, но если учитывать ночных летунов, то самое оно. Восемь на двенадцать, итого под сотню убитых тварей. Про незащищённых игроков я вообще молчу, такими зарядами за раз двоих убить можно.
— Думаю, у Эмао ещё не закончились для нас сюрпризы. — усмехнулся я в ответ. — Сейчас пройдём сотню шагов, проверим, как расходуется энергия бронескафов в движении. Затем заполним энергоячейки до ста процентов, и начинаем поиски. Громыхало, ты что-то хочешь сказать?
— Командир, тут такое дело. В общем, мои протезы синхронизировались с бронескафом, и у меня, помимо энергетического ружья, продолжает работать орудие, встроенное в правую руку. При этом максимальное число зарядов не восемь, а двенадцать, подходящих к любому из двух стволов.
— Хм, а ты подал мне идею. — произнёс я, и тут же подал мысленную команду своей броне и оружию синхронизироваться с протезом. Результат не заставил себя ждать.
«Объём энергоячейки оружейного модуля увеличен: 75% (12 максимальных зарядов)»
— Громыхало, а ты молодец. — похвалил я бывшего даггарца, а про себя подумал, что не зря внёс в конструкцию бронескафа систему опознавания — свой-чужой. Теперь при всём желании никто из нас не мог причинить вред товарищу. За исключением меня, разумеется. Что ж, можно выдвигаться.
* * *
Покидали место сражения, оставляя за собой братскую могилу. Да, пришлось повозиться, зато мы убедились, что бронескафы действительно ничем не уступают экземплярам, произведённым в содружестве. Ружья тоже порадовали — при выстреле в тушу крылатых тварей они наносили страшные раны, с лёгкостью отрывая конечности. Мда, это не жалкие болтеры, и уж тем более не копья.
Путь в сотню метров, со скоростью шесть километров в час, показал довольно отличную динамику. При такой нагрузке заряд бронескафа держался на одном уровне. При скорости в восемь километров в час энергоячейка начинала просаживаться, теряя по одному проценту за каждые двадцать-двадцать пять шагов. Но, когда заряд энергоружья достиг ста процентов, второй источник энергии стал помогать первому, благодаря чему мы смогли без каких либо потерь двигаться лёгким бегом.
Так, на ходу испытывая экипировку и оружие, мы добрались до места, куда нас хотел отвести Грол — на лысую вершину горы, возвышающуюся над той частью острова, где мы находились. Солнце к тому времени преодолело треть небосвода, но я всё равно решил не продолжать поиски, а как следует осмотреться. Вода у нас с собой имелась — у каждого на поясе висела металлическая фляга на два с половиной литра. Мясо тоже было в наличии, так что до вечера мы спокойно могли позволить себе не совершать никаких движений. К тому же отсюда, с высоты около километра, можно было хорошо изучить остров, и попытаться отследить противника. Обозначив для себя мнимые части света, я обратился к отряду:
— Так, бойцы, слушай мою команду. Разбиваемся на четыре группы, каждая отслеживает свой сектор. Ждём до темноты. Громыхало, свои окуляры из под забрала не показывай, чтобы противник не срисовал блики. Всё, работаем. Драк, ты как себя чувствуешь?
Дракот был единственным из всей группы, кого не коснулся мой приказ. Ещё бы, питомец на протяжении всего пути в одиночку выполнял роль разведчика, несколько раз поднимаясь в воздух и осматривая дальнейший путь. А ведь ночной бой не прошёл для черного мутанта без последствий — твари, хоть и не сильно, но таки попортили шкуру моему симбионту.
— Трах тебе в док, друг, трах тебе в док. — сквозь дрёму ответил питомец. — Этой ночью была славная охота.
— Ладно, спи, охотник. — Улыбнулся я, и присоединился к своей группе, состоящей из двух руссов. Что пропустит одна пара глаз, три точно заменят.
А посмотреть было на что. С нашей стороны обзор начинался довольно крутым склоном, поросшим редкими деревьями, и продолжался лесистой равниной, на десятки километров уходящей в даль. Два темно-синих окна — небольшие озёра, и ветвистая артерия реки, судя по притокам несущей свои воды от нас, к линии горизонта. Слева, перекрывая обзор, протянулась цепь красноватых гор с остроконечными вершинами. Справа —
