Было довольно поздно или, наоборот, слишком рано для подобных прогулок. Уорик был и заинтригован, и обеспокоен поведением молодой девушки – родственницы его друга. К тому же ему не очень хотелось так скоро возвращаться к себе. Он старался держаться от Меллиоры подальше, однако настало время объяснить ей, что король намерен лишить ее наследства, если она не подчинится его воле.
Замок в Стерлинге был местом безопасным, но, похоже, Энн чего-то опасалась. Когда она приблизилась, Уорик вышел из тени и вежливо поприветствовал девушку:
– Энни.
Она резко остановилась, лицо ее сильно побледнело.
– Л... лэрд Лайэн!
– Что ты делаешь здесь так поздно?
Идет со свидания с любовником? Единственно возможный ответ. Она всегда была приятной, деликатной девушкой, но в семье с ней порой обращались слишком строго.
– Я... я возвращаюсь в свои покои.
– От кого?
– От... от больной подруги. – Она лгала, и делала это весьма неумело.
– В такой поздний час?
Она опустила голову, затем дерзко посмотрела на Уорика.
– Мне недолго оставаться на свободе. Падрик принял решение отдать меня в монастырь.
Определенно она только что встречалась с любовником. И, судя по ее тону, этот человек очень много для нее значил. Молодым девушкам свойственно влюбляться и разочаровываться в любви, часто без особых на то оснований.
– Ты хотела бы посвятить себя служению Богу?
– Вовсе нет, – прямо ответила Энн. – Я хочу выйти замуж.
– Ты сказала об этом дяде?
Бледность лица мгновенно сменилась румянцем. Энн снова опустила голову.
– Он считает позором, что в моих жилах течет кровь викингов. А если я пойду в монастырь, то, по его мнению, искуплю грехи викингов, совершенные ими против церкви.
– Если люди не были христианами и не имели понятия, что это такое, нельзя говорить, будто они совершили грехи против церкви.
Энн ахнула:
– Лэрд Лайэн! Но ведь это богохульство!
– Я нисколько не богохульствую, Энн. Я был воспитан как христианин. Многие викинги обращены в христианство. И будь твой отец жив, с ним произошло бы то же самое. Но его убили, и ты не должна расплачиваться за его грехи – настоящие или воображаемые.
В глазах Энн засветилось что-то вроде надежды.
– Если бы все это вы сказали моей семье, они бы к вам прислушались. Мне бы так хотелось поговорить с дядей и убедить его! Или чтобы кто-то другой поговорил с ним как с главой семьи. Но дядя сейчас воюет, все оставил на Падрика. Я знаю, он восхищался вами, и если бы вы только...
Энн оборвала себя на полуслове, спохватившись, что наговорила слишком много, и испытав внезапное смущение.
Глаза ее испуганно округлились, когда она увидела Джиллиан, горничную Меллиоры, которая стремительно неслась в их сторону. Едва не столкнувшись с Энн, Джиллиан закусила губу и умоляюще посмотрела на Уорика.
– Лэрд Лайэн, я должна с вами поговорить. Это очень срочно.
– Да, Джиллиан. Энни, мы вернемся к нашему разговору. Возможно, если ты убедишь меня, что твои планы не направлены против Господа Бога и короля, я смогу тебе помочь, – сказал он и отступил назад, освобождая ей путь.
– Лэрд Лайэн, Меллиора...
– Меллиора – что?
– Снова сбежала, сэр!
– Откуда вы знаете?
– Я принесла ей одежду. Но ее нет, она убежала!
– Это невозможно! Дверь заперта на засов. На страже стоит Ангус... – сказал Уорик и вдруг замолчал, поняв, что женщина говорит правду.
– Ангус не позволит никому войти к ней, – продолжал размышлять вслух Уорик, широким шагом идя по коридору. Джиллиан почти бежала вслед за ним.
Дверь в спальню Уорика была открыта. Внутри находился Ангус, который стучал по стенам, заглядывал под кровать и страшно ругался. Он поднялся, оказавшись лицом к лицу с Уориком. Этот громадный, добрый, хотя и грозный на вид воин, должно быть, никогда в жизни не выглядел столь смущенным и виноватым. Он понимал, что значит охранять Меллиору, и Уорик предупреждал его, что она увертлива, как угорь.
– Уорик, она растаяла, как туман на болоте. Когда появилась Джиллиан, засов был заперт, но Меллиоры не оказалось, – сказал Ангус. – Она каким-то образом выскользнула из комнаты.
– Отсюда нет других выходов, – возразил Уорик.
– Может, через дымоход? – предположила стоящая позади Джиллиан.
Уорик повернулся к ней. Джиллиан выглядела сильно встревоженной, и Уорик подумал, что она очень любит свою молодую хозяйку и понимает то, чего не понимает Меллиора.
– Джиллиан, – терпеливо объяснил он, – если бы Меллиора полезла в дымоход, она обуглилась бы, потому что в камине до сих пор горит огонь.
Ангус снова выругался.
– Но засов был задвинут, когда появилась Джиллиан!
– Ты не покидал коридор?
– Нет, ты же знаешь, что я... – начал было Ангус и вдруг осекся. Покачав головой, он добавил: – Коридор я не покидал, но завернул за угол, когда услышал ужасный женский крик. Я подумал, что на кого-то напали...
– Кто была эта женщина? – быстро спросил Уорик.
– Девушка, Энн Макинниш, – начал Ангус, но Уорик перебил его.
– Ах, Ангус, нас провели! – крикнул он, выбежал из комнаты и помчался по коридору к южной арке – туда, куда направилась Энн Макинниш после появления Джиллиан.
Он выскочил наружу, но никого не увидел. Бросился к конюшням и обнаружил, что многие стойла пусты, но в этом не было ничего странного, поскольку люди короля постоянно приезжали и уезжали. Уорик увидел Джошуа – конюха, который ухаживал за Меркурием. Тот спал в стоге сена, и Уорик потряс его за плечо.
– Джошуа!
– Да? – Конюх проснулся и протер глаза. – Лэрд Лайэн, я обиходил вашего коня...
– Я не спрашиваю о своем жеребце, Джошуа. Скажи, кто-нибудь брал сейчас отсюда лошадей?
– Только пьяные викинги, м'лэрд. Их тут было трое. Пьяные в стельку, натыкались друг на друга, еле взобрались на лошадей.
– Когда это было?
– Я... надо подумать. Не могу сказать, сэр, я... заснул, – виновато опустил голову парень.
– Где Меркурий?
– Здесь, лэрд Уорик. Сейчас достану седло.
– Нет времени! – Уорик уже отыскал повод и садился на своего коня.
– Погоди, Уорик! – крикнул выскочивший во двор Ангус, но Уорика уже и след простыл, ибо он знал, что его единственным оружием сейчас была скорость.
Через четверть часа Уорик оказался в лесу, за которым находился мост через реку. Луна мало-помалу превращалась в бледное пятно, на востоке на фоне серого неба появились первые розовые полоски зари. Выехав на тропу, Уорик увидел впереди всадников. Все трое были в накидках. Двое уже достигли моста. Третий несколько поотстал.
Судя по габаритам и по посадке, этот третий был женщиной. Вот она оглянулась, чтобы удостовериться в том, что за ними нет погони.
