– Салам, Шах!
– А, это ты? Салам.
– Говорят, в поход собрался?
– Не все правда, что говорят.
– Шах! Мы с тобой второй год знакомы, а ты все как бирюк – слова не вытянешь.
– Слова – пустота.
– А что тогда не пустота?
– Клятва!
– Но клятва – это тоже слова.
– Нет, Валера. Клятва есть клятва. Если ее дает мужчина.
– Ну ладно. Вижу, ты не настроен говорить, а я хотел тебя вот с товарищем познакомить, вместе завтра в горы идем.
– К Косым Воротам?
– К ним. Ты-то откуда знаешь?
– Знаю. Там встретимся. – и, посмотрев на Доронина оценивающим взглядом: – Там же и с ним познакомимся.
Шах встал и. пошел в сторону небольшой рощи, одиноко стоящей на окраине лагеря.
– Да! Этот Шах – личность, судя по всему, не простая. – Александр проводил взглядом удаляющуюся фигуру. – Кто он есть-то?
– Кто? Бывший офицер Советской армии, воевал в конце восьмидесятых в Афганистане практически до самого вывода войск. Орден Красной Звезды, две медали «За боевые заслуги». Его комбат по той войне знает.
– А после Афгана?
– А вот после – одни слухи. Сам он ничего никому не рассказывает.
– Что за слухи?
– В девяностых годах уволился, перевез семью в Урус-Мартан, жена у него, кстати, была русской, ну и сынишка. Родители после смерти дом оставили, в общем, жили. Пока война не грянула. Шах с братьями за Дудаевым пошел. Даже, говорили, был близко знаком с генералом. Воевал на их стороне. А потом, после вывода войск, когда точно, не знаю, – убили его семью. Не федералы, не чеченцы, нет. Поговаривали, что это наемники из банды араба Хабиба. А у них же знаешь как? Такое не прощается. Вот и вышел Шах на тропу войны. Объявил кровную месть. Братья его все полегли в боях. Остался он один. Но Хабиб, видимо, опасался Шаха, так как приказал казнить чеченца. Однажды взяли Шаха в плен люди Хабиба. Но тот ушел. Завалил там кого-то и ушел. Его искали по всей Чечне. Знал Хабиб, что нельзя кровного врага оставлять в живых. Но Шах скрылся. Где он был? В России? Грузии? Дагестане? Никто не знает. Объявился он, когда вторая кампания началась и «непримиримых» оттеснили в горы. Объявился среди наших. Разбирались с ним, потом отпустили, его по Афгану многие старшие офицеры знают.
– И теперь что? Против своих воюет?
– Нет. У него своя личная война. Хабиба он ищет, людей его. Если находит наемников, валит без разговора. Но только наемников, чеченцев не трогает.
– Но с той стороны тоже наверняка охотятся за ним? Да и чечены врагом считают?
– Наверное. Но, по-моему, Шаху на все наплевать. Ему нужен Хабиб, и если пуля не оборвет его жизнь, то он араба достанет.
– А что он про встречу сказал?
– С нами Шах пойдет. Вот только почему он решил идти к Косым Воротам? Это плохой признак... А с другой стороны, его присутствие и к лучшему. Разведчик он первоклассный и места те, впрочем, как мне кажется, и все горы в целом, хорошо знает.
– Нелегко с ним будет.
– Ничуть! Я с Шахом уже ходил в рейды. Он не заметен, но иногда такой совет даст, цена которому – жизнь. Вот так.
– Тебе виднее. Пойду в роту, проверю, что там.
– Давай. Теплого белья да одеял возьми побольше. Прапору на складе – жучаре, будет выкобениваться – не положено, мол, скажи – не даст, Егор со своими придет. Сам склад перенесет, да еще по макушке получит. У нас с этой тыловой крысой свои дела.
– Учту. Тогда встретимся утром?
– Да нет. Встретимся мы уже у Косых Ворот. Я раньше пойду, с саперами. Встретим вас на месте.
– Понятно.
– Давай, Сань, до встречи.
Офицеры разошлись, чтобы проконтролировать последние приготовления к боевому выходу.
* * *Как только рассвело, «БРДМ» – боевая разведывательная дозорная машина– в паре с «БМП-2» двинулись вперед. Следом пошли четыре боевые машины десанта – «БМД», два «ГАЗ-66» с саперами и «Урал» с зенитными установками на борту, замыкал колонну бронетранспортер. Личный состав взвода Егорова рассредоточился на броне, контролируя окружающую местность. На «БРДМ» был установлен подавитель радиосигналов – последняя новинка техники, позволяющая отсекать радиоуправляемые мины и фугасы от дистанционных источников управления. Пройдя на максимально возможной скорости расстояние до пункта назначения, десантные машины взобрались на склоны высот и, устремив стволы скорострельных авиационных пушек в небо, остановились. Десант покинул машины и принялся прочесывать местность. Часть саперов приступила к разметке позиций будущего опорного пункта на обеих высотах. Другая часть отправилась под командованием начальника инженерной службы в глубь «зеленки» – накрывать ее минной паутиной.
Егоров стоял возле одной из «БМД» и наблюдал сверху за действиями своих подчиненных, одновременно рассматривая в бинокль горы и подступы к высотам. Внезапно кто-то спросил сзади:
– Изучаешь обстановку? Валера резко обернулся.
– Шах? Тьфу ты, черт нерусский. Откуда ты взялся? В колонне я тебя не видел.
– Меня не было в колонне.
– Как же ты добрался сюда?
– Какая разница?
– Ну коли ты здесь, то что думаешь о позициях, разведчик?
– Позиции ничего. Ваши решили, что отсюда по-крупному не ударят?
– Я не знаю, что решают наверху, мне приказали быть здесь. Вот я и здесь.
– Как понимаю, сюда еще рота того старлея по дойдет?
– Да.
– Ну-ну.
– Шах? У тебя здесь дела какие?
– Ты знаешь, какие у меня дела.
– Знаю.
– И не удивился, почему я именно здесь, а не на востоке?
– Только не говори, что ждешь здесь появления Хабиба.
– Я не говорил ничего подобного.
– Шах, скажи прямо, ты что-то знаешь? То, о чем наше командование не догадывается?
– Знал бы – сказал. Зачем проливать лишнюю кровь? В этой войне что русские, что чеченцы – все жертвы. Я имею в виду рядовых исполнителей чужой воли. Но есть те, кому очень нужна эта бойня. И есть еще Хабиб, который пришел на мою землю, который убил мою семью. И с ним свора наемников, которым без разницы, против кого воевать, лишь бы платили.
И с ними у меня один разговор – пуля. А насчет того, знаю я что или нет? Не знаю, Валера, но что-то подсказывает мне, что ваше командование напрасно так укрепляет восточное направление. Нет, его, конечно, нужно держать. Но то, что таким проходам, как, например, этот, значения особого не придают, считаю ошибкой. Эта позиция хороша против небольших, человек до ста отрядов. Но вот если противник решит нанести отсюда главный удар, то сметет вас в два счета. Да, ущелье неудобное для прохода больших сил, но только неудобное, не более. Сосредоточить силы в нем можно. Ты видел на карте, сколько относительно проходимых склонов в нем, да еще добавь русла ручьев, трещины, звериные тропы – то, чего на карте нет. И вход в ущелье с той стороны практически не закрыт. Так что сосредоточить в ущелье крупные силы вполне возможно, тем более зная, что такой вариант развития событий вашим командованием не рассматривается. Потом, «зеленка» и аул. То, что вы закроете лесной массив минными полями, по большому счету, не помеха для специалистов. Люди мины ставят, люди и снимают.
