шоминшу). 2011 год.
Источник: [там же: 315–318].
* * *
Жертвами пекинской трагедии в основном были мужчины (что также верно и в отношении убийц). Из 187 погибших, зарегистрированных «Матерями Тяньаньмэнь», 160 мужчин, 17 женщин, а пол оставшихся 10 неизвестен. Когда я читаю лекции об этих событиях, студенты часто недоумевают, почему люди выходят на улицу и подвергают себя риску, игнорируя четкие предупреждения представителей военного командования. Смысл вопроса заключается в том, что жертвы должны были понимать опасность и стараться избежать ее. Пекинцы вышли на улицы города по ряду причин. Наиболее важная из них – понимание того, что происходило в стране начиная с апреля – люди шли маршем, пели, блокировали войска и наблюдали за происходящим в течение нескольких недель; мало кто представлял себе, что все это может окончится трагедией. Люди по-разному реагировали, когда поняли, что солдаты начали стрелять.
Желание помочь протестующим и стать свидетелем исторических событий побудили многих покинуть дома, идти на площадь, на звуки выстрелов. Дети не хотели слушаться перепуганных родителей, которые не позволяли им выйти на улицу. 3 июня преподаватели Народного университета Дин Цзылинь и Цзян Пэйкунь услышали срочные сообщения, они поняли, что происходит что-то страшное, и хотели остаться дома. Их 17-летний сын Цзян Цзелянь был взволнован. «Как быть? Как нам быть?! – кричал он. – На площади Тяньаньмэнь так много студентов!» Родители сказали ему, что выходить на улицу слишком опасно, но он настоял, и они вместе вышли на территорию студенческого городка.
У ворот университета было полно народа. Радиостанция призвала всех выйти на площадь и помочь. Цзелянь попытался сбежать из городка, но родители удержали его. Дин Цзылинь привела Цзеляня домой и заперла входную дверь. Когда Цзелянь пошел в ванную, мать запаниковала, она боялась, что он сбежит через окно на первом этаже. Она постучала в дверь, Цзелянь вышел, но потом снова бросился в ванную. Дин схватила его за рубашку, пытаясь удержать. Цзелянь поцеловал ее в щеку, отошел и попрощался, заперев за собой дверь ванной. Он ушел. Недалеко от станции Мусиди Цзелянь был ранен в спину и левую руку. Прохожие поспешили доставить его в детскую больницу, но по дороге он скончался[51].
Свидетельства, собранные спустя годы Дин Цзылинь о других скорбящих семьях, доказывают, что пекинцы, как и ее сын, испытывали чувство долга и стремились помочь, поддержать или защитить протестующих на площади. На улицах города люди подвергали себя большому риску, но помогали другим. Сяо Бо, 27-летний преподаватель химии Пекинского университета, 3 июня поздно вечером вышел из дома, чтобы найти своих студентов и сопроводить их обратно в студенческий городок. Когда он приближался к Мусиди, пуля пронзила грудь Сяо. Он был отцом двухмесячных близнецов [Дин 2005: 226]. Еще семь человек, смерть которых задокументирована «Матерями Тяньаньмэнь», пытались помочь пострадавшим мирным жителям. Ван Вэйпин, 25-летняя стажерка отделения акушерства и гинекологии, умерла от выстрела в голову во время оказания помощи раненым рядом с Мусиди незадолго до полуночи 3 июня [там же: 228]. Той же ночью военные преследовали Сюн Чжимина, 20-летнего студента экономического факультета Пекинского педагогического университета, и его сокурсницу в переулке недалеко района Сидань. Раздался выстрел, девушка упала. Сюн обернулся, чтобы помочь ей, и тоже был убит [там же: 240; You & Guo 2014b].
Руководствуясь любопытством или желанием стать свидетелем, жители подходили к военным на опасное расстояние. Согласно списку жертв «Матерей Тяньаньмэнь», по меньшей мере 13 человек погибли, пытаясь наблюдать или документировать происходящее. Около полуночи Ван Вэньмин, 35-летний рабочий обувной фабрики, вместе с соседями направился в сторону станции метро Чжушикоу, чтобы посмотреть «кино из реальной жизни».
Они столкнулись с 15-й воздушно-десантной дивизией. Солдаты выстрелили Вану в живот, хирурги больницы «Дружба» сделали операцию, удалив два метра кишок, но жизнь спасти не смогли. Нань Хуатун, работавший водителем на фабрике, ушел из дома около пяти утра 4 июня, сказав, что собирается посмотреть, что происходит на площади. Его обезумевшие домашние узнали, что случилось с ним, лишь два дня спустя, когда они нашли его тело в больнице «Сехэ». Пуля попала ему в спину: в груди зияла дыра. Парню был 31 год [Дин 2005: 239; Ляо 2012: 279].
Из-за фотоаппарата или бинокля наблюдатели подвергались дополнительным рискам. Ван Нань, чья мать, Чжан Сяньлин, позже вместе с Дин Цзылинь основала организацию «Матери Тяньаньмэнь», нес фотоаппарат, когда ему выстрелили в голову. Ван был еще жив, когда через полчаса после ранения к нему подошли медики, но солдаты не разрешили отвезти его в больницу. Ван умер в течение следующих полутора часов [Lim 2014: 111–112; Дин 2005: 54, 56]. У Гофэн, 20-летний студент Народного университета, держал в руках фотоаппарат, когда ему сначала выстрелили в голову, а затем несколько раз ударили штыком. Его отец, У Динфу, предполагает, что солдаты направились к У Гофэну, когда увидели, что он фотографирует происходящее [Дин 2005: 229; Phillips 2014]. Ли Хаочэн, студент из Тяньцзиня, убитый на площади Тяньаньмэнь, тоже фотографировал, когда в него выстрелили [Дин 2005: 260]. Те, кто пытался наблюдать или фотографировать с более высоких точек, ошибочно предполагали, что крыши или верхние этажи безопасны. Ван Тецзюнь работал в ночную смену в офисе станции Мусиди Пекинской железной дороги. Он поднялся на крышу своего здания и в бинокль наблюдал за продвижением армии, когда был сражен пулей [там же: 244]. Фотожурналист из Народного университета по имени Чэнь Лайшунь забрался на крышу одноэтажного здания к северо-востоку от Большого зала народных собраний, чтобы сделать снимки, но пуля попала ему в голову, Чэнь погиб[52].
Эти люди, возможно, не осознавали, насколько опасно было 3 и 4 июня помогать другим и наблюдать за событиями. Риски были огромны. Еще одна группа жертв – примерно 30 человек, насколько я могу судить по списку «Матерей Тяньаньмэнь», – не имели ничего общего с протестами и армией. Они занимались повседневными делами, когда их жизнь оборвалась. Не у всех были рядом радио, телевизор или громкоговоритель, они не слышали срочных объявлений о введении военного положения 3 июня. Люди шли на работу, в магазин или навещали родных, не подозревая, что находятся в зоне боевых действий. Каждое утро перед рассветом Лю Цзюньхэ открывал лавку с арбузами под сторожевой башней Цяньмэнь. Мы не знаем, что он думал, перед тем как пойти на работу, но ранним утром 4 июня, Лю, как обычно, продавал арбузы. Он оказался на пути солдат, ведущих огонь по площади Тяньаньмэнь. Пуля попала ему в щеку; вскоре он скончался в пекинской больнице «Дружба». Ему было 56 лет [Ляо 2012: 262–263]. Другие умерли после случайного столкновения с бойцами НОАК по дороге на работу или с работы. Это Дай Вэй (повар в ресторане пекинской утки), Чжан Жунъин (женщина 32 лет, сотрудник Китайской международной радиостанции), Ван Хунци (сотрудник научно-исследовательского института кожевенных изделий), Ван Цинцзэн (водитель), Ли Чун (повар), Чэнь Цзыци (водитель автобуса) и Ван Цзюньцзин (заводской техник)[53]. Ван Ган и Му Гуйлань утром 4 июня покупали продукты на завтрак. Они погибли [Дин 2005: 238, 240]. Чжан Сянхун и Ван Чжиин возвращались домой от родственников. Они погибли [там же: 227, 242]. Днем 4 июня мужчина
