— Пугаете?
— Предупреждаю. Против этого лома, у вас точно нет приёма.
Ада была не готова к такому разговору. У неё внутри всё задрожало.
— Ничего вам не подпишу. Идите, разговаривайте с Лидией Константиновной.
— Жаль. С Вами было бы приятней, — печально вздохнул он и поднялся с кресла.
Глава сто пятьдесят четвёртая
Юлий Юрьевич рассмеялся.
— А ты думала, что будет иначе? Я же предупреждал!
— Юля, там несколько миллионов долларов, — Лидос ходила по кабинету, не в силах остановиться и присесть.
— Только присвоить их не удастся.
— Но Ада официальная жена!
— Во-первых, женаты они были всего ничего, и любой приличный адвокат докажет, что брак был фиктивным. В расчете на смерть старика. Во-вторых, вас просто пришьют где-нибудь или двоих, или по отдельности.
— Но ты, же, можешь помочь!
— Приставить круглосуточную охрану? Нет, это не выход. Лучше поторговаться. Отспорить дом, еще чего-нибудь по мелочи…
— Ерунда! Мы должны получить всё!
— Пулю в лоб вы получите. Никогда не переступай черту, за которой господствует беспредел.
— Не знала, что ты такой трус…
Юлий Юрьевич давно перестал обижаться на оценки жены. Может действительно, не останавливать её и через пару месяцев оказаться вдовцом? Но жаль девчонку, на Аду у него были определенные планы.
— Я помогать не буду! — категоричным тоном заявил он.
Лидос поняла, что капиталы Командора пролетают, как фанера…
Глава сто пятьдесят пятая
Лойер Петр Петрович оказался неуступчивым и въедливым. Даже изобретательного ума Лидос не хватило, чтобы что-нибудь у него выторговать.
— Если вы претендуете на дом, мы его просто сожжем, — предупредила Лидос.
— Мы сожжем раньше. Важна земля, а не этот дворец, — парировал Лойер.
— Ваше предложение?
— Можете вывезти мебель, аппаратуру. Короче, всё, что сумеете.
— И три машины!
— Одну. Ниссан-патрол 2011 года. Остальные ребята уже разыграли.
— Но девочке негде жить!
— Хотите найти ей место на кладбище?
— Пугаете?
— Пугаю!
— Еще не прошло полгода.
— Мы не торопимся. Вы отзываете свои документы и собираете вещи.
В залу вошла Ада. Она все слышала, стоя за дверью.
— Лидия Константиновна, я согласна на всё. Давайте закроем эту тему.
Лойер заулыбался:
— Правильно решение. Прошу вас через неделю отсюда съехать.
И с гордым видом ушел.
Лидос не любила проигрывать, поэтому зло предупредила Аду:
— Это еще не конец, я что-нибудь придумаю.
Ада подошла к ней, достала айфон, нашла фотку диадемы, которую когда-то показывал ей Командор.
— Смотри…
Лидос впилась взглядом в фотографию.
— Фантастика! Что это?
— Командор говорил, какая-то бесценная вещь. Он её спрятал в тайнике. У меня есть ключ…
— Где тайник?
— Не знаю,… но точно не дома. Командор говорил — назову адрес, поедешь и возьмёшь.
— Ехать-то, куда?
Ада пожала плечами потом достала симку Командора вставила её в айфон и показала Лидос несколько смс-ок с одним и тем же текстом: «Вашу мать беспокоит отсутствие денег»:
— Видишь, а матери-то у него не было.
Глава сто пятьдесят шестая
Лидос попросила мужа пробить номер телефона, с которого поступали не понятные смс-ки. Оказалось, что их отправляли из города Тотьма Вологодской области. Телефон принадлежал Валерию Иванову, пенсионеру, неоднократно судимому. Последний срок отбывал вместе с Командором.
— Зачем тебе это? — спросил Юлий Юрьевич. Он был доволен, что жена прекратила борьбу за криминальное наследство, и не одобрял дальнейшие ковыряния в делах покойного уголовника.
— Не твоё дело, — сухо ответила она.
На следующий день, на машине, отвоеванной у Лойера, Лидос и Ада выехали в Тотьму.
Ада обрадовалась, что вырвалась из дома Командора. Он психологически угнетал её, поэтому и требования Лойера восприняла с облегчением. Ей страшно было думать о богатстве, свалившемся на неё. К большим деньгам человек должен быть внутренне готов, а так, лучше по мелочи. Вот диадема произвела на Аду впечатление. Таинственная история, о которой никто не знает. Возможно, полный блеф. Но Командор был не сказочником, а реально страшным похитителем драгоценностей. Поездка, в которую они отправились, воспринималась Адой не как криминальная операция, а как авантюрное приключение. Ей нужно было развеется. Мысли о Владе и его нелепой смерти, накатывали с неизбежностью морских волн. Сердце начинало вибрировать, слезы невольно лились из глаз, становилось трудно дышать. Ведь это первый мужчина, которого она полюбила. Ради которого согласилась бы на любое насилие над собственным организмом, лишь бы сделаться женщиной, доступной ему. А судьба так жестоко обломала её. Еще одна мысль, мучившая Аду, воспринималась ею, как оправдание — если человеку суждено умереть, исправить это невозможно. Ведь она сделала всё, чтобы он остался жив,… а что толку?
Лидос не донимала Аду расспросами. Внимательно смотрела на дорогу и старалась держать скорость не менее сто сорока. Поэтому к вечеру они подъехали к двухэтажному срубу, прячущемуся за высоким забором на берегу реки Сухоны.
Лидос вылезла из внедорожника, постучала в калитку. Мелкий дождь струйками сбегал по её кожаному пальто. После продолжительного молчания, в калитке открылось оконце для почты.
— Какого чёрта? — раздалось оттуда.
— Вашу мать беспокоит отсутствие денег? — спросила Лидос.
— Калитка со скрипом отворилась. За ней стоял высокий худой старик с большими торчащими ушами и огромным носом.
— Мы от Командора, — представилась Лидос.
Мужчина испытывающе поглядел по сторонам, оценил машину:
— Загони во двор, нечего отсвечивать.
Глава сто пятьдесят седьмая
Валерий Иванов оказался мужиком немногословным, долго кашляющим, с вороватым шмонающим взглядом. Он провел «барышень» в дом. В нём было по-крестьянски просто и основательно. Больше всего поражали старинные иконы в серебряных окладах. Создавалось впечатление, что ограблена не одна церковь. Топилась русская печь, а у другой стены стоял домашний кинотеатр, со всеми суперсовременными прибамбасами.
— Хозяйки у меня нет, так что потчевать не с руки, — сразу заявил он.
— Мы прихватили с собой из Москвы, — Лидос принялась выкладывать на стол продукты: литровую бутылку водки, копченую курицу, овощи, всякие деликатесы в вакуумной упаковке.
— В честь чего такое?
— Помянем Олега Ивановича…
— Представился, что ли?
Лидос подняла глаза в потолок. Иванов встал, подошел к иконам, принялся истово креститься и бубнить слова молитвы. Ада с испугом смотрела на него. Он почему-то с первой минуты поселил в ней какой-то мистический ужас. Впрочем, Лидос взяла знакомство в свои руки, так что Аде оставалось лишь кивать в знак согласия.
— А вы, стало быть… — обратился он к Лидос после исполнения ритуала.
— Это Ада, его законная жена, а я Лидия Константиновна, душеприказчица.
— Значит, деньги привезли? — метнул взгляд Иванов.
Сначала хотим выяснить каковы ваши договоренности с Олегом Ивановичем.
— Он не сказал?
— Не успел, — Лидос обратилась к Аде, — чего стоишь, накрывай на стол.
— С чего ж такие добрые? — Иванов сел на лавку, взял в руки бутылку, прищурился и стал изучать этикетку.
— Командор просто так деньгами не сорил. Раз помогал, значит, считал нужным. Если, действительно стоит того, мы не против продолжить…
— А откуда мне знать, что он того, в ящик загремел?
Лидос достала диск, протянула Иванову.
— Тут запись передачи «ЧП». Посмотрите сами.
Иванов вставил диск. На экране телевизора пошла заставка известной телепередачи. Потом репортаж о смерти Командора. Мелькали фотографии из его преступной жизни. Среди них — лагерные. На одной он оказался запечатлен рядом с Ивановым. Только тот был гораздо моложе, но нос и уши подтверждали сходство.
