— А я откуда знаю? Ты ведь с ней дружишь, вот и узнай.
— Ну, не знаю. Не верю я в это.
— Ну, ну. Вспомнишь еще мои слова. Ты что, слепая? Да ты на подругу свою посмотри повнимательнее — да Катерина сроду так не держалась и не разговаривала. Тут потеря памяти не причем, тут что-то другое замешано. — шипела Людка.
Марине Степановне крыть было нечем. Лаврентьева и впрямь другим человеком из больницы вернулась. Неужели Молчанова права? Реакция Кати на открытое обвинение Люды совсем сбила с толку Марину и когда после этого Катя пригласила её в гости, объяснив свой план, она почувствовала себя героиней детективов Агаты Кристи. В доме Катерины наверняка есть фотографии сестры, вот тут-то все и раскроется!
Войдя к Лаврентьевой, Марина огляделась и под предлогом осмотра квартиры прошлась по всем комнатам. К её разочарованию, фотографий вообще нигде не было. Ничьих. Это даже насторожило Марину. У всех в доме висят семейные фотографии и если у Кати их нет, значит, она что-то скрывает! А может, это Молчанова напридумала все и никакой Даши давно уж не существует?
Альбина тем временам заварила кофе и они с Мариной составили план, что она скажет Мартынову, когда найдет.
— Ты сразу не нападай, — советовала Марина Степановна, — я ведь всего не знаю, а ты вообще ничего не помнишь. Еще впросак попадешь сдуру.
— Ничего, с отшибленной памятью все прощается! — засмеялась Альбина и протянула к себе телефон. — Ну, приступим.
Найти Мартынова оказалось проще простого. Представившись помощницей Олега Васильевича и сказав, что они хотят Леонида в соавторы статьи взять, она незамедлительно получила от его матери его новый домашний телефон, где он обитал с женой, и даже сотовый. Родители пеклись о научной карьере своего чада и были очень рады любому продвижению на этой почве. Альбина настолько привыкла, что все принимают её за Катерину, что совершенно не подумала о том, что голос-то у неё прежний, и что по телефону, когда Катиного лица не видно, это сразу же выявится. Так оно и получилось. Леонид сначала замолчал, когда она Катериной представилась, а потом рассмеялся.
— Что за шутки? Кто это? Что вам надо?
Альбина растерялась и бросила трубку.
— Ну, что? Не хочет разговаривать? — у Марины глаза горели от любопытства. — Делает вид, что не узнает?
— У меня же голос после операции изменился немного, — ругая на чем свет свою глупость и поспешность, начала оправдываться Альбина. — Вот он и не признал.
Марина Степановна подозрительно посмотрела на неё. А что, если Молчанова права? И не Катерина это вовсе? Голос и впрямь другой…
— И что будешь делать теперь?
— Не знаю даже. Слушайте, мне бы на его фотографию взглянуть, может, вспомню? А то так — полный провал в памяти, даже лица его не могу припомнить.
— Да у тебя у самой должны быть фотографии, мы однажды отмечали день рождения шефа в лаборатории и все вместе сфотографировались. Тогда всем по снимку досталось. Поищи.
Альбина пожала плечами и стала оглядываться, где бы Лаврентьева могла держать фотографии. Марина Степановна настороженно следила за ней. Если она найдет фотографии, среди них, наверняка, и семейные окажутся. Альбина ходила по комнатам и выдвигала пыльные ящики, которые не убирались со времен отъезда Катиных родителей, заглядывала в разные коробочки и пакеты. Надо бы нанять уборщицу, а то скоро пройти из-за грязи невозможно будет. Ей и в голову не приходило устраивать осмотр всех Катиных вещей, а ведь могла бы найти что-нибудь любопытное. Никаких фотоальбомов или даже просто стопки фотографий так и не нашлось и Альбина лишь разводила руками.
— Понятия не имею, где я могла хранить фотографии!
— У тебя даже не стенах нет ни одной — ни родителей, ни сестры.
— Сама не знаю, почему. Может, не хотела лишний раз переживать? — Альбина вспомнила, с какой болью Лаврентьевы говорили об исчезновении Даши, что вполне могла допустить, что и Катя не могла спокойно смотреть на любое напоминание о ней. — А что вы знаете об этой истории?
— Да, собственно, многого не знаю. Ты очень любила её, вы вместе жили, а потом что-то случилось, то ли обидел кто Дашу, то еще что, но она внезапно исчезла. Её не нашли, ты только раз сказала, что её, наверняка, уже нет в живых, и больше не хотела об этом говорить — сразу замыкалась в себе, слезы на глаза, мы и спрашивать перестали.
— Почему же, интересно, не нашли? — пробормотала Альбина.
— Да кто их знает, может, и не искали нормально, знаешь же нашу милицию.
Марина Степановна была разочарована в своих ожиданиях — ни разговора с Леней не получилось, ни с фотографиями сестры ничего не прояснилось. Поболтав еще немного, она уже собралась уходить, как вдруг Альбина хлопнула себя по лбу. Ну, как же! Книги! От Кати осталась целая стопка книг любовных романов, возможно, в них и хранится заветное фото! Она кинулась к книгам и принялась перетрясать их одну за другой, пока, наконец, не вытрясла желаемую улику. Узнав на снимке всех сотрудников, сидящих вокруг стола в лаборатории, она протянула снимок Марине.
— Он? — ткнула Альбина пальцем в единственное незнакомое лицо.
—Он. — вздохнула Марина Степановна. — Не вспомнила?
— Мелькает что-то, — прикинулась Альбина. — Но пока нечетко, как в тумане.
— Так что решила делать?
— Подумаю. Может, еще раз позвонить попытаюсь. Надо же его растрясти.
— Ну, ладно. Звони, если что. — Марина Степановна открыла дверь.
— Ой, я же для ваших сорванцов кое-что приготовила! — Альбина кинулась на кухню за пакетом с конфетами. — Вот!
— Спасибо, — смутилась Марина, как будто в первый раз принимала подобное от Альбины. — Они обрадуются.
Когда она ушла, Альбина уселась на пол и обхватила колени, напряженно думая, что можно сделать. Голос никак не подделаешь, она и не знает, как звучал Катин голос, не знала её интонаций, выражения. Сыграть можно только на лице, а для этого необходима встреча. Придется съездить в Нижний Новгород. Но зачем ей это надо? Неужели этот придурошный, судя по всему, Леонид Мартынов, мог каким-то образом не давать покоя Катиной душе? Если бы все жертвы несчастной любви и мужского обмана так мучались после смерти, то земля была бы переполнена безутешными призраками.
Альбина решила подождать с розысками Леонида, узнать что-нибудь еще о нем и их отношениях с Катей. Ну не верилось ей, что в этом и есть загадка Штопаря! А вот история с Дашей заслуживала самого пристального внимания. Но выяснить это можно только у родителей Лаврентьевой. Необходимо съездить к ним в деревню. И фотографии заодно возьмет у них — на случай, если сумасшедшие вроде Молчановой решат опять обвинить её черт знает в чем.
