Читаем без скачивания Белая волчица - Владимир Колычев

Парень должен был найти ее и очень серьезно с ней поговорить. Если Лена считает его виноватым, то пусть накажет. Как захочет, так пусть и поступит. Она на пятом этаже живет, вот пусть его с этой высоты и скинет.

Кустарев остановился как вкопанный. Одинцов говорил, что Лена может находиться сейчас в своей квартире. А вдруг она действительно там?

Машина завелась с полоборота, шлагбаум поднялся без задержек, пробок на дороге не было, светофоры встречали Гришу зелеными огоньками. Но именно это ему и не понравилось. Легкий путь, как правило, ведет в тупик.

Он очень сомневался в том, что сможет застать Лену дома, но дверь открылась почти сразу после того, как визитер нажал на клавишу звонка. Лена стояла перед ним с распущенными волосами, в светлом шерстяном платье, которое ладно облегало ее стройную фигуру. На ногах туфельки с высоким каблуком. Плечи расправлены, голова поднята, талия подчеркнута волнующим изгибом.

Гриша потрясенно смотрел на нее, не в силах пошевелиться. Она отвечала ему на это легкой усмешкой, нет, не распутной, но смелой, уверенной в себе женщины. Волосы у нее роскошные, линии лица красивые, оттененные макияжем. Бежево-розовая помада делала губы сочными, весьма сексуальными.

Лена гипнотизировала его, но не столько взглядом, сколько своим обаянием. Это было нетрудно. Ведь он прекрасно понимал, что чертовски влюблен в нее.

Гриша хотел поздороваться с ней, но не мог выжать из себя и слова. Лена выглядела раскрепощенной, не волновалась. Она уж точно не лишена была дара речи, но молчала. Девушка лишь едва заметно кивнула в знак приветствия и отошла в сторонку, пропуская его в дом. Ему пришлось сделать усилие над собой, чтобы сдвинуться с места.

Лена кивком показала ему на кухню, закрыла за ним дверь. Всю квартиру наполняли ароматы сырников с ванилью и горячего шоколада. Хозяйка ткнула рукой на стол, сняла бумажную салфетку с тарелки, на которой лежали золотисто-коричневые сырники. Потом она достала из холодильника бело-сине-голубой тюбик, выдавила из него на блюдце сгущенное молоко.

– Ешь! – Лена сказала это таким тоном, как будто и не было никакой разлуки, Гриша не бегал за ней по городам и весям с высунутым языком.

Этот завтрак она готовила именно для него. С доброй душой и легким сердцем. Не было никаких слез, пролитых в простели, рядом с ним.

Он макал теплые сырники в холодную сгущенку, ел и не травился. Она сидела напротив, смотрела на Гришу с нежной улыбкой и даже не пыталась его гипнотизировать.

– Ты куда-то собралась?

– Нет.

– Платье на тебе такое…

– Какое?

– Волосы распущенные.

– Я и сама распущенная.

– Я бы не сказал.

– Я спала с Иваном.

Гриша ткнул вилкой в сырник, но попал в пустое место на тарелке. Он не заметил этого, поднес вилку ко рту, снова промазал, ткнул зубчиками себе в нос и не обратил на это ни малейшего внимания.

– Прости, – выдавил парень. – Я сделал тебе больно.

– Не прощу. – Она мило улыбалась, глядя на него.

– Понятно.

Он опустил голову и разжал пальцы. Черенок вилки ткнулся в сгущенное молоко.

– Что тебе понятно?

– Одинцов рассказывал…

– Что именно?

Гриша в отчаянии махнул рукой. Какая разница, что говорил Одинцов? Разве важно сейчас, что какая-то дама не простила майора и заказала его? Может, Гриша через несколько минут вывалится из окна и головой ударится об острую маковку на столбике газонного ограждения? Лена его не простила, она спала с Милюхиным. После этого все прочее в жизни уже не имеет ни малейшего значения.

– С тобой все в порядке? – спросила она.

Он возмущенно глянул на Лену, хотел спросить, зачем она издевается над ним, но не смог выжать из себя ни слова. Грудь сдавило, дыхание перехватило, в горле пересохло. Он опять только молча махнул рукой. Потом Гриша поднялся, подошел к раковине, взял чистый стакан, налил из-под крана воды.

– Может, лучше кофе?

Он кивнул. Хочет, пусть кофе напоит, нож в спину воткнет или вонзит в него свой убийственный взгляд. Все равно.

Парень не отказался от кофе, но и воду из стакана выпил. Плевать, что из-под крана.

– Тебя ищут, – опускаясь на стул, глухо сказал он.

В этот момент Лена доставала из шкафа банку растворимого кофе. Она внутренне напряглась, замерла. Но длилось это лишь мгновение, после чего ее движения стали только быстрее.

– Ты меня уже нашел.

– Одинцов сказал, что ты здесь.

– А ему кто доложил?

– Он наугад сказал. Что ты с Лукомором сделала?

– Сволочь он, твой Лукомор. Жену свою убил. За то, что она ему изменила, видите ли! Парень у нее был, она с ним спала, когда Лукомора даже не знала. Он ее за это задушил. Не было никакой измены! Этот вор еще хотел, чтобы я на него работала. Рома тоже когда-то этого добивался. Я молодая была, еще ничего не понимала, помогала ему. Он хотел, чтобы я убивала…

– Взглядом?

– Я тогда еще не могла. Он учил, говорил, что я талантливая. У меня не получалось, но могло бы выйти. Этого я и напугалась, ведь знала, чем он занимался.

– Чем?

– Там не только автоподставы.

– Заказные убийства?

– Да, Рома уже тогда пробовал. Под несчастные случаи подгонял.

– И кто его надоумил?

– Сам дошел, – сказала Лена и пожала плечами.

– А Милюхин?

– Так с Ивана все и началось. У него проблема возникла, Рома ее решил и заставил Ивана работать на себя. Роме нужны были заказы, вот Иван и должен был их доставать. Он находил людей, у которых возникали проблемы с врагами, конкурентами. Рома входил к ним в доверие… через меня. Я должна была обрабатывать клиентов, искать к ним подходы, договариваться. Пару раз у меня получилось, но я довольно быстро поняла, чем все это может закончиться.

– И ты ушла?

– И я ушла.

– К Милюхину?

– Нет, от него. Рома поставил Ивана в зависимость от себя, а он особо не сопротивлялся, считал, что тот – его человек. Вместе со всей своей командой. Что Иван скажет, то они и сделают. Дураком он был, таким и остался, – проговорила Лена и вздохнула.

– Позавчера он был живым дураком. – Кустарев мрачно усмехнулся.

– Был.

– А что с ним стало?

– Ты знаешь.

– Тебя видели в его машине. Ты потеряла там перчатку.

– И что?

– Милюхин сиганул под «КамАЗ», а ты сбежала.

– Мне стало страшно, и я удрала.

– А с Лукомором связываться было не страшно? Это же мафия. Он тебя в порошок сотрет.

– Лукомор признался в убийстве?

– Да, и протокол подписал. Но у него есть люди на свободе, – с чувством тревоги предупредил Гриша.

– Я не подумала, – сказала Лена и виновато глянула на него.

Как будто он должен был защищать ее, а она вызвала огонь на себя, тем самым подставила под удар и его. Гриша, конечно, хотел ей помочь. Парень понимал, что не будет ему жизни без Лены. Его угораздило влюбиться в это красивое, но пугающее чудо.

– Где твоя фотография? – тихо спросил он. – Та, на которой ты в купальнике?

– У меня.

– Там номер телефона. Чей он?

– А ты не знаешь? – Лена пытливо глянула на него.

– Мы выяснили бы, чей это телефон, вышли бы на Милюхина, вывели бы его на чистую воду. Ты предупредила Ивана об этом.

– Да, предупредила.

– И убила, – осмелился предположить Гриша.

– Никто ничего не докажет! – Лена посмотрела на него вызывающе, но в ее взгляде не было гипнотической силы.

Она не пыталась его зомбировать, подчинять себе.

– Ты сделала для этого все, на что была способна.

– Неправда. Я не собиралась избавляться от Ромы, он сам хотел вывести меня из игры.

– В какую же игру ты входила?

– В ту, из которой вышла два года назад. Во всяком случае, я так думала, а он сказал, что из этой игры можно выйти только раз и навсегда…

– Охоткина кто заказал? – перебил ее Кустарев.

– Кто? – Лена посмотрела на него так, как будто не задавала вопрос, а отвечала на него.

– Ты должна знать.

– Почему я обязана наговаривать на Ивана?

– Ты у него дома была, две ночи с ним провела, перед тем как он погиб. Ты сказала ему про телефон, по которому мы могли на него выйти. Этот номер был у Калинина, у Эрихова, да и у Аникеева наверняка тоже.

– Зачем ты спрашиваешь, если все знаешь?

– Я хочу, чтобы ты мне сказала!

– Я не участвовала в убийстве Охоткина. Аникеев пытался свести со мной счеты. Милюхин дал мне понять, что я должна исчезнуть. Он и увозил меня, чтобы убить. Я ни в чем не виновата, всего лишь защищалась. Как тогда, так и сейчас. Я не хочу тебе врать, но начну это делать, если твои вопросы будут угрожать моей безопасности. Пойми, я хочу жить спокойно, чтобы меня оставили в покое. Неужели это непонятно?

– Если ты ушла от Милюхина, то зачем поселилась здесь? – не удержался от вопроса Кустарев.

Действительно, почему? Если Рома работал на Милюхина, то Лена не должна была приближаться к городу Бочарову даже на дальность полета тактической ядерной ракеты.