— Мне это, честно говоря, не нравится, — пробурчал Пофиг, — может не будем ждать подхода остальных?
Я только согласно кивнул головой. Тренькнули тетивы, полыхнул файербол. Все четыре стрелы и огненный шар попали в цель. Старые тряпки на теле мумии затлели, переливаясь яркими огоньками, в ответ тварь выпустила изо рта мощную струю зеленого газа. Я инстинктивно прикрылся от струи щитом, но она от удара просто разошлась в стороны, огибая преграду и ударяя в нас удушливым облаком. Все, кроме Пофига, защищенного слабеньким защитным полем, зашлись в безудержном кашле. Один маг, продолжал посылать на врага огонь и молнии, и даже один раз использовал новое заклинание Воздушный Кулак, чтобы развеять еще одну струю дряни, пущенную в нас заросшей грибами мумией. Мы только успели отдышаться, как на расстояние выстрела подошло еще пяток тварей и в окна, и в ворота ударили новые струи взвеси из грибных спор. Все помещение заволокло серо-зеленой мутью.
Щит крови сработал. Воздействие не прошло.
Щит крови сработал. Воздействие не прошло.
Однотипные логи забили весь обзор, но, чтобы это не был за щит, задыхаться и корчиться в спазмах он мне не мешал. Так мы тут скоро просто передохнем все, без всякой пользы, одного мага маловато, чтобы справиться с этим противником, надо атаковать всем вместе. Пофиг тоже так решил, и временно перестав атаковать, сосредоточился на том, чтобы поднять три огненные стены, словно экзотические жалюзи перекрывших оба окна и ворота. Следующий поток спор, пройдя сквозь них превратился в сноп искр. Здоровому дыханию они тоже не способствовали, но мы, хотя бы, перестали биться в корчах и начали действовать: медленно, кашляя словно чахоточные, но действовать! До упора нагрузив инвентари необходимым, навалились на ворот: цепь натянулась, ворота страшно заскрипели и стали открываться. Огненная стена сдвинулась дальше, открывая поднимающуюся закопчённую решетку. Стопора на вороте не оказалось, пришлось подставить под решетку, найденное здесь же, оббитое по краям железом, бревно. Иначе всем вместе было не выбраться, стоило немного ослабить нажим на рычаги, как решетка падала на место. В итоге, мы, опасливо поглядывая на торчащие вниз острия вышли в преддверие Арены.
Двигающаяся перед нами стена огня еще раз спалила направленное на нас удушающее облако, окатив нас потоком искр, а затем все замерло.
Исчезла стена огня, пропали окружавшие нас монстры, сгинули серо-зеленые заросли грибов. Арену осветили тысячи факелов, выхватывая из темноты празднично одетых зрителей. Гул стоял такой, что собственных мыслей не было слышно. Затем свод пещеры осветился нестерпимо белым светом, и сквозь открывшийся под потолком портал вниз рухнул алый дракон. В последний момент развернув огромные полыхающие истинным огнем крылья, он тяжело опустился на середину Арены. Крутнувшись вокруг себя, он выпустил струю пламени, воспламеняя окружавший всю Арену ров, наполненный земляным маслом. Изображение дракона стало прозрачным, постепенно исчезая, проходя сквозь его тело камера закружилась вокруг схватки двух бойцов. Два гнома, поперек себя шире, один закован в полный латный доспех и вооружен двуручным молотом весом с самого гнома. Второй, бугрящийся мускулами, обнаженный по пояс воин, с двумя топорами, легко уклоняющийся от размашистых ударов первого и в свою очередь, моментально контратаковавший сам, выбивая из брони противника снопы искр. Камера сдвинулась вбок и назад, показывая арену полностью. Гномы исчезли, теперь на ней было два отряда мчавшихся навстречу друг другу. Первый, словно сжатый кулак, закованный в латную перчатку. Десяток гномов с огромными щитами. Второй: стремительно мчащиеся на них эльфы. Степенно идущий за ними друид взмахнул посохом и меж двумя отрядами пол взорвался каменной крошкой, ввысь взметнулись деревья, их корни вырываясь на свободу, обвивая закованные в сталь ноги, а с верхушек деревьев на отряд посыпались исчезающие прямо во время полета эльфы-убийцы.
Еще поворот камеры, и в центре арены мы видим смешанный отряд: тяжело бронированные гномы, стоят редким кольцом, за их спинами люди со взведенными огромными арбалетами, трое вооруженных парными кинжалами эльфов. Загудели трубы, пол арены в некоторых местах начал проваливаться. Из открывшегося люка выскочила огромная пантера, сходу атаковав ряды воинов, но не она была основной опасностью: сзади от моментально перестроившегося отряда стала вздыматься туша гигантского медведя в тонну весом, заскреб когтями выбирающийся из воды шестиметровый крокодил… Зрительские ряды взорвались криками, но даже перекрывая их, над Ареной разнёсся бесстрастный голос:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Боевая Арена подгорных жителей. Когда-то здесь проходили сражения, веселящие и будоражащие кровь, сегодня же здесь царит только уныние и тлен. Разожгите очищающий огонь, сметите прах с камней легендарной Арены, верните бурление жизни в ее пределы, и награда не заставит себя ждать! Верните этому месту его былое величие!
Внимание! Получено задание: возрождение легендарной Арены.
Штраф за невыполнение: нет.
Награда: вариативно.
Групповые бои на Арене проходят по принципу до последнего хитпоинта — игрок, оставшийся с одним хитпоинтом теряет управление игровым аватаром и бездействует до проигрыша или победы остальной части команды.
Глава 15
В голове еще гремел мертвый голос, а видения уже начали таять и исчезать: пропали толпы зрителей, исчезли с арены бойцы, погас свет факелов, арена погрузилась в густой сумрак, что был хуже непроглядной темноты. Хотя нет, пропало не все, чудовища с изломанными телами остались на месте.
Мумия гнома — носителя. Уровень 67.
Остальные назывались аналогично, только уровни разнились от пятидесятого до девяностого.
Выплюнув в нашу сторону по еще одной струе спор, мертвяки, противно скребя ногтями по камню пола и теряя на ходу выросшие на них шары грибов, бросились к нам. Струи газа и грибных спор сгорели в пламени огненных стен, щелкнули тетивы арбалетов и навстречу чудовищам понеслись тяжелые, стальные болты. Как и всем мертвякам и этим обычные стрелы не наносят почти никакого урона, но вот освященные, да еще вымоченные в святой воде, смогли произвести должное впечатление. Раны вокруг впившихся в плоть болтов зашипели, исходя белым дымом. Гоша, ударив крыльями, взмыл в воздух, и в ближайшую группу полетел большой горшок с земляным маслом. Разбившись о голову одной из мумий, он брызнул во все стороны осколками и моментально вспыхнувшими струями огня. Три мумии превратились в ходячий костер, временно потеряв к нам всякий интерес. Спотыкаясь и толкая друг друга, они понеслись почти в нашу сторону, в конце забега врезавшись в стену около нас и повалившись на пол единой полыхающей кучей и на некоторое время выбыли из игры.
Мы не тронулись с места: во-первых, потому что, мы прятались за стеной огромных щитов, с которыми не больно-то побегаешь, а во-вторых — вызванный рядом со мной ледяной гобот, потоком холода временно приморозил наши ноги к каменному полу. Но ничего, я намеренно вызвал его рядом с собой: местными эликсирами маны у меня было забито треть сумки и весь пояс в придачу, так что его жизнедеятельность я могу поддерживать очень долго, а защищая меня с левого бока, он приносил больше пользы, чем на короткое время замораживая противников ледяной волной, а, затем моментально умирая под ударами когтистых лап. Здесь он мог использовать весь арсенал наступательных умений: замораживающий плевок, плюс моментальный укус мощными челюстями, при том, что его тело было закрыто щитом от ответных атак, это давало очень неплохой результат, даже не смотря на разницу в уровнях противников. А уж когда Калян наловчился благословлять его плевки, дело пошло, вообще, хорошо. Резкое замедление сложившись с сильным разъедающим уроном, буквально откалывало дымящиеся куски от сушёных мумий. С правой стороны меня прикрывал гоблин-рудокоп. Он тоже уже давно не тот простой косноязычный гоблин, боящийся любой крысы. Он пережил много боев, совершил много побед и теперешний бой для него обычная рутина.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
