- Воистину это так!
- Лигейрос прав!
- Не стоит омрачать праздник! – конфликт угасал, как залитый водой костер.
- Возложим же богам принесенные дары! Возблагодарим и озвучим наши просьбы! – новый клич родителя приняли с радостью, и Повелитель двинулся к кольцевой дорожке.
Отец вновь оказался на высоте. Лично я в нем ни капельки не сомневалась. Если кто и мог разрулить этот хаос, то только он.
Шиен Энавель приближался к озеру. В руках держал шкатулку, переданную ему кем-то из придворных. Ем ближе он подходил, тем сильнее мерцал кулон на его груди, озаряя все вокруг зеленоватым светом. Сияние сказочно гармонировало с отблеском огня в чашах. Шиены ликовали. В храм прибывали все новые и новые ашассы, а вот Кайла не было. Не увидела я и его отца.
Повелитель ашассов сделал полный оборот вокруг озера и у обелиска каждому богу оставил дар. Он бережно, словно драгоценность, складывал принесенное в чашу, и каменная емкость наполнялась мерцающим огнем. Конечно, моего разноглазого знакомца незаслуженно обделили, зато чаши Шезму и Ашшуры полыхали настолько ярко, что глазам становилось больно. А пламя в них взметалось почти вровень с обелисками.
Все участницы отбора оказались в первых рядах зрителей. В руках каждая держала что-то изящное, приятное взгляду, и только у меня была видавшая виды потрепанная торба. Главное не фасад, а содержание! В свой же подарок я вкладывала глубокий смысл.
Главный ашасс закончил свой поход и снова вышел на лобное место перед главной дорожкой к озеру. Отец по-прежнему стоял рядом, и повелитель даже позволил себе едва заметный кивок в его сторону. Ну, еще бы! Он тебе, милый мой, сегодня минимум два раза жизнь спас. Хлипок ты супротив него, непрезентабелен ни умом, ни телом.
К группе высшей знати присоединился глава нашей группы. Шиен Хассер волновался, потел, и все время утирался яркой тряпицей. Он встал рядом с Лигейросом и застыл, как статуя скорбящего.
- Благородные шиены и ши! – пробасил повелитель, и в Храме вновь стало тихо. – Все вы знаете, что пришло время нового отбора. Оракул возвестил об этом, лучшие женщины Ашшура готовы испытать судьбу. Как вы знаете, такое событие всегда проходит по-разному и зависит лишь от воли богов. Так вот… - Он откашлялся и продолжил: - Первое испытание состоится сегодня!
- Как сегодня? Сегодня? В самом деле? – по толпе прошел удивленный ропот.
Шиен Хассер так выпучил глаза, что я испугалась. Казалось они сейчас выскочат и, как шарики от пинг-понга, поскачут по каменному полу. Не знал. Даже не догадывался. Не зря он мне, когда озвучивал дату первого испытания, указал месяц. Ну, что ж… Как говорится, раньше сядешь, раньше выйдешь. В смысле, раньше начнешь – быстрее отмучаешься. Лично я, после богов, нападений и прочей чертовщины, готова уже ко всему.
- Первое испытание состоится сегодня! – с нажимом повторил шиен Энавель, заставляя недовольных замолчать. – Оракул донес волю богов. Или кто-то хочет поспорить с ним?
А быстро этот щуплый рогатик в себя пришел. Сначала стоял трясся растерянной тушкой, а сейчас вон как заговорил.
- Но, позвольте… - Вперед вышел тот самый жрец – главный по Шезму.
- Не позволю! – отрезал повелитель. – Никто не в праве спорить с богами, даже их служители.
Златотоговому предлагалось утереться. И, хотя он был крайне недоволен происходящим, спорить на глазах общественности не посмел.
- В чем заключается первое испытание? – голос отца заставил притихнуть даже тех, кто и после речи Энавеля все еще негодовал.
- Как ни странно, оно весьма простое. Девушкам следует просить защиты богов, как и положено на нашем празднике. Чем сильнее бог, ответивший на ваши молитвы, тем легче вам будет пройти два других испытания!
И все? Вот так пойти, высыпать содержимое торбы в каменные чаши, сказать богам Ашшура все, что я о них думаю и все? Ерунда какая.
- Ты ничего не путаешь, Карл? – тихо спросил отец.
Но я-то стояла рядом, а поэтому слегка подвисла. Поразили меня два момента. Рей вот так запросто мог общаться с верховным ашассом Ашшура? Значит, этих двоих связывает нечто кроме титулов и власти. И второе… Карл! Карл – это он серьезно? Имя, конечно, громкое, старинное, но очень уж смешное.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Предсказание было предельно ясным, - отозвался Карлуша.
Но тут отмер шиен Хассер. Он развил бурную деятельность, выстраивая нас в нестройную линейку. Предполагалось, что круг почета вокруг озера мы пройдем по очереди. Я оказалась самой последней из шиен, за мной стояли только две моих ши. Причем Элсу стояла самой последней, а Ирилла шла первой.
- Начинайте! – приказал повелитель.
В Храме затрубили невидимые трубы, озеро вспенилось и заклокотало сильнее, а все присутствующие устремили взгляды на брюнетистую ашассу с резной шкатулкой в руках.
Ирилла расправила плечи и шагнула на центральную дорожку. На самом деле, торжественность момента, звуки, тысячи глаз, устремленных на нас, рождали в душе трепет и заставляли волноваться. И потом, бесплатный сыр бывает только в мышеловке. И видимая простота первого испытания вовсе не означала, что оно пройдет легко. Подвох был. Определенно. Я это чувствовала и поэтому с каждой секундой нервничала все сильнее.
Стоило ногам Ириллы коснуться черного мрамора, как пламя во всех чашах погасло. Теперь Храм освещался лишь слабыми вспышками лавы, погрузив все вокруг в полумрак. Ашасса шла медленно, светлое пятно ее праздничного лаори удалялось.
Девушка остановилась напротив мрачного обелиска верховному богу. Кто бы сомневался! И так понятно, что Шезму будет фаворитом на сегодняшнем испытании. Не то что мой разноглазик. Ничего, и его не минует выбор.
Ирилла открыла шкатулку и положила в чашу свой дар. Показалось сияние, а потом и небольшие язычки пламени. Огонь в чаше горел ровно, ввысь как у повелителя не устремлялся.
- Великий Шезму дарует свою защиту и покровительство шиене Ирилле Роклор! – пискнул фальшивым фальцетом главный жрец. Вид у него был напыщенный и недовольный, словно у петуха, которому минуту назад хозяин пинок под красивый хвост отвесил.
Ирилла останавливалась еще у нескольких обелисков. И везде чаши вспыхивали. Где-то пламя бушевало сильнее, где-то едва мерцало, но дары Ириллы приняли все выбранные ею боги. Об этом после каждой чаши визжал духовник, чем немало раздражал окружающих.
Всех богов Ашшура я не знала, поэтому не могла опознать, у кого ашасса просила защиту, но Камака и богиню она обошла стороной. Что ж, я выяснила для себя главное, можно одаривать не одного, а сразу несколько богов. Мне это было на руку. Ведь в торбе лежали дары для троих.
Возвращалась шиена Роклор с улыбкой победительницы на устах. Ее поздравляли, ею восхищались. Многие мужчины бросали на нее откровенно заинтересованные взгляды, а она плыла как королева. По сути, Ирилла и считала себя таковой. Мне же в эту секунду захотелось взглянуть на Кайла. Врать себе я не привыкла, взыграли чисто женские чувства. Возможно, даже что-то вроде ревности. Но Арборея нигде не было, и его отсутствие начинало беспокоить. Наверняка ведь полез проверять охранников.
Несколько шиен, включая Риону, беспрепятственно прошли круг, возложили дары Шезму и еще нескольким местным божествам и благополучно вернулись счастливые и довольные. Напряжение спадало. Наверное, на этот раз интуиция меня подвела и конкурс действительно оказался не сложным. Он сводился к тому, чей защитник круче и рогатее. Кстати, главный бонус отбора Шезму не всех одинаково принимал. У некоторых шиен дары так слабо тлели, что с моего места пламя почти не было видно. Но жрец возвещал, что таки да – принял и защитит. Но, видимо, стараться будет не сильно.
Следующей шла Сора Нуан. Та самая шиена, которая больше всего возмущалась ароматом моих даров. Рыбоненавистница! Но это я так, на самом деле за отбор не переживала, потому что не планировала побеждать и выигрывать.
Девушка ступила на мраморную дорожку, обернулась, улыбнулась и… И застыла. Вот реально застыла, словно все мышцы на ее лице заледенели. Как зомби с нелепой, приклеенной улыбкой она развернулась и, слегка раскачиваясь, побрела к обелискам. Но дошла только до озера. Шиена остановилась, задергалась и вдруг прыгнула прямо в лаву. Пронзительный, полный страха и боли крик унесся под своды Храма, и озеро поглотило невольную жертву.
