Читаем без скачивания Камень Страданий - Наталья Ильинична Холодная

Обнаженный торс мертвого мужчины был испещрен рваными ранами. Некоторые раны были открытыми и обнажали внутренности несчастного человека, и, мельком заметив это, Кара нервно сглотнула, а затем глубоко вдохнула и медленно выдохнула, силой воли подавляя нарастающий приступ тошноты. Похоже, этого неизвестного убивали с особой жестокостью… Но не было времени созерцать это тошнотворное зрелище, поэтому Кара, убрав ключ в сумку на поясе, резко захлопнула дверь и отправилась вглубь коридора. Тамин по-прежнему сидел на левом плече хозяйки, вцепившись в ткань платьица лапками, чтобы не свалиться.

— Прочь… Прочь идите от меня! Довольно мне гонений ваших злобных! — минуту спустя донесся до чутких ушей колдуньи знакомый голос, да еще со знакомой манерой речи. Из спутников Кары только один, точнее одна говорила таким поэтическим образом.

Симза.

Не бывало такого случая, чтобы вистани общалась со своими спутниками или с другими людьми так, как общаются те, кто не принадлежит ее народу. Всегда, в любой ситуации Симза крыла своих собеседников благим стихом, и эта особенность ее речи немного диссонировала с нормальной речью самой Кары и ее компаньонов. Конечно, подчас эта вистанская поэтичность вызывала у Кары раздражение, но все же понемногу она к этому привыкла. Тем более, что Симза, помимо того, что говорила стихами, еще была профессиональной воровкой, могущей вскрывать несложные замки и обезвреживать ловушки. Только ее навыков не хватило на то, чтобы взломать довольно сложный замок на двери тюремной камеры. Вистани ничего не оставалось, как сидеть на своей койке со слабой надеждой, что Кара каким-то чудным образом выберется из своей камеры и поможет освободиться остальным спутникам, и самой Симзе в том числе. Слезы текли по смуглым щекам, а белые стихи помогали коротать в одиночестве время.

— Симза! Где ты? — звонкий голос Кары эхом разнесся по коридору, нарушая воцарившуюся после стиха вистани тишину.

Услышав пронзительный крик огневолосой подруги, Симза подняла заплаканное лицо, встала с койки и вплотную прижалась к двери камеры, протянув руки сквозь решетчатое отверстие. Камеру, где и томилась смуглая женщина, Кара нашла в самом конце коридора, справа от себя. Увидев сквозь дверное отверстие Кару, вистани утерла ладонью непрошеные слезы и, вдохнув и выдохнув для того, чтобы просто успокоиться, начала рассказывать:

— Невольницей я в камере томлюсь. Замок довольно сложный для меня; пыталась я уже вскрывать отмычкой и только повредила инструмент…

— Не волнуйся, Симза, — успокаивающим и в то же время подбадривающим тоном проговорила Кара, поворачивая ключ в замке. — С твоим затворничеством покончено. Ты свободна.

— Должна тебя я поблагодарить, — выдохнула Симза, неспешно проходя в дверь, отпертую Карой. — Но остальные — Лекси и дриада — еще в плену мучительном томятся.

Словно в подтверждение слов вистани послышались приглушенные звуки лютни. Не нужно было быть очень догадливой, чтобы понять, что Лекси находился где-то поблизости и скрашивал свое одиночество грустной музыкой. Кара принялась поочередно открывать оставшиеся запертые двери тюремных камер в коридоре, но ни в одной из них не нашла эльфийского лютниста. Переглянувшись друг с другом, они с Симзой устремились в соседний ряд камер.

Сидевший на табурете в своей камере бард-эльф на время прервал свою игру минорным аккордом и прислушался — не раздастся ли в наступившей тишине голос хотя бы одной из его спутниц? Но нет, никто пока еще не отзывался, не кричал что-то вроде «Мы здесь!» Горестно вздохнув, Лекси снова принялся теребить струны видавшего виды музыкального инструмента. Вновь сквозь решетчатое отверстие поплыли ноты по спертому воздуху; новая мелодия, не менее грустная и мрачная, чем ее предшественница, полилась из тюремной камеры, где сидел бард. К тому времени, когда он начал играть новую музыку, Кара и освобожденная Симза уже проходили вдоль очередного ряда тюремных камер. Причем колдунья перед каждой дверью останавливалась и открывала, проверяя, есть ли там кто-нибудь из оставшихся компаньонов или нет. Пока что поиски были безуспешны. То сумасшедший орк бросался на них с Симзой, пока Кара не захлопывала дверь перед самым его носом; то очередное разлагающееся безжизненное тело представало взорам двух девушек; а то и вовсе попадалась гниющая, но все еще стоящая на ногах дворфийка, бормочущая себе под нос жуткие стишки… Лекси, наконец, не выдержал и, вновь прекратив игру, встал с табурета, сделал несколько шагов к двери и крикнул что было силы:

— Эй! Здесь есть кто-нибудь?!

Услышав крик, Кара немного вздрогнула. В этот момент она уже оставила несчастную дворфийку с ее страшной поэзией наедине и готова была подойти к следующей камере. И как раз тогда, когда колдунья собиралась сделать шаг в сторону очередной запертой на прочный замок двери, до ее слуха донесся голос барда. Если бы Кара заглянула в отверстие той двери, которую хотела проверить сейчас, она бы могла увидеть обладателя этого голоса. Не произнося ни единого слова, девушка повернула в сложном замке железный ключ… Отворив тяжелую дверь, она увидела перед собой Лекси, на лице которого было написано, что он полон мрачных дум, а его боевой дух подавлен.

— Что-то ты не торопишься, — недобро усмехнулся он, внимательно посмотрев на свою рыжую «освободительницу» с хорьком на плече прежде, чем покинуть камеру. — Я все думал, придешь ты или нет. Я даже удивлен, что ты вообще при…

— Нет времени у нас на словоблудье! — отрезала Симза, жестко обрывая эльфийскую речь. — Одну лишь нам освободить осталось. Найдем дриаду — и сбежим отсюда!

— Вопрос только в том, где искать дриаду, — рассудительным тоном заметила Кара. — Она где-то здесь… Но никаких сигналов не подает, что усложняет наши поиски.

— Твоя правда, Кара, — коротко вздохнув, пожал плечами Лекси. — В таком случае остается только обходить камеры.

И, не сговариваясь, троица беглецов, возглавляемая рыжеволосой магессой, отправилась вглубь ряда. Но здесь ни в одной из оставшихся непроверенными камер лесной девы не оказалось. Одна камера была пуста. В другой обнаружился сумасшедший чернобородый загорелый мужчина. Только увидев его, готового с кулаками кинуться на непрошеных гостей, Симза громко захлопнула дверь, в то время как Кара продолжила исследование. В последней камере в этом ряду оказалось существо, единственной человеческой частью тела которого были руки, а все остальное — голова, лапы, серо-зеленая окраска кожи и хвост — полностью соответствовало гиене. Гнолл. В другое время Кара обязательно бы заставила этого зверя испытать на своей шкуре, какова огненная колдунья в ярости, но сейчас ей было не до того. Нужно было найти последнюю спутницу и сбежать, наконец, отсюда. Непроверенным остался только один коридор… Злая и уставшая, вымотанная бесконечными поисками друзей Кара, дав знак эльфу и вистани, незамедлительно пошла к