Церри замолчал, уставившись в одну точку. А мне было все еще жаль его. Я даже не представляю, чтобы сама делала, случись со мной такое? Боролась, выгрызала себе свободу или отступила, признавая победу более сильного, хитрого соперника? Скорее всего, старалась бы не отчаиваться, пыталась бы найти выход, хоть какую-то лазейку.
– Значит, к зданию ты не привязан? – сделала я свои выводы, кивая.
– Нет…
– А что случилось с Кэтрин, ты знаешь? – сглотнув, все же спросила я.
– Кэтрин застряла в твоем мире и в твоем теле. О том, жива она или нет, я точно не знаю, но…
– Но?
– Лорд ан-Арис, скорее всего, позаботился о том, чтобы она никогда не вернулась, – тихо выдохнул Церри, но в его голосе не было ни капли сожаления. – Его устраивает все, что сейчас происходит и снова менять начальников магического контроля ему не с руки, а нынешние уже прочно привязаны к тебе. Кэтрин же просто пешка.
– Все равно это странно… – спустя несколько минут тишины выдала я.
– Что именно странно? – уточнил у меня Деррик, прищурившись.
– У него было больше ста лет на то, чтобы установить свою власть, – пробормотала я, не отводя взгляда от глаз дракона. – Больше ста! У него в подчинении были арахноиды, со своей, отличающейся от местных магией, и невидимостью для других. Чего он ждал? Почему именно сейчас решил подчинить себе магический контроль, а не лет так пятьдесят назад?
Посмотрев в глаза каждому из своих мужчин, я приподняла бровь. Если Церри и в этот раз надумал нас обмануть, тут даже мое сердце не дрогнет. Я конечно, достаточно мягкий человек, но это будет выше меня…
– Я не вру, он выжидает…
– Чего именно он ждет? – заинтересованно покосился на него Дейв, хищно сощурившись.
– Этого я не знаю, он не посвящает меня в свои планы, но то, что он чего-то ждет даже дурак бы понял, – фыркнул Церри.
– Хорошо, у меня есть еще один вопрос, – кивнула я, не став разглагольствовать на тему планов поехавшего дракона. – Почему я вижу арахноидов? Это из-за того, что отец Кэтрин не человек?
– Нет, даже чистокровные сильфиды нас не видят…
– Тогда почему?
– Твоя душа из другого мира, изначально другая, а под душу подстраивается и тело. Разве ты не заметила, что все больше становишься похожа на себя прежнюю, чем на Кэтрин?
Да, заметила, но думала, что все это мой разыгравшийся мозг, желание выдать надуманное за действительность. Но, чем больше я в этом теле, тем больше ощущаю его своим, что впрочем, не так уж и плохо…
Осталось только понять и решить проблемы с лордом, решившим стать королем. Знать бы только, как?
Вздохнув, я едва заметно зевнула. Увы, но время оказалось не резиновым и сейчас наверняка уже за полночь, что не добавляло сил и энергии, вот только видя, как мужчины сосредоточены и собраны, мне не хотелось оставаться не у дел, мирно посапывая в постели.
– Тебе нужно отдохнуть… – тихо проговорил Джейк, едва касаясь губами моего уха. Все-таки мой зевок не остался для него незамеченным, но в ответ я только мотнула головой, заставляя мужчину, устало покачать головой.
Может и не права и надо бы по-тихому уйти, отдохнуть и не мешать им, но это было для меня неправильно. Мы вместе варимся в этой каше, и отступать, мне не хотелось. Да и вдруг у меня все-таки получится дать им хоть какой-то совет или хотя бы подтолкнуть к какой-то гениальной мысли, используя опыт из уже прошлой жизни. Хотя, переоценивать себя и свои возможности я никогда не пыталась, так что просто помолчу и подумаю.
– Сколько всего осталось арахноидов? – тем временем сосредоточенно уточнил Деррик.
– Четырнадцать существ, – выдохнул немного грустно Церри.
– А сколько не хотят подчиняться воле лорда ан-Ариса?
– Девять…
– Ты можешь привести их сюда? – вклинился в их разговор Дейв.
– Что вы задумали?
– Чем больше союзников на нашей стороне, тем лучше, к тому же способности твоих сородичей будут весьма кстати.
– Вы хотите разрушить их клятву? – с волнением пробормотал Церри, внимательно смотря на мужчин.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Да, это будет лучший вариант, – кивнул Деррик. – Но нужно действовать быстро, пока лорд ничего не понял и не предпринял ответных действий.
– Хорошо, я сейчас же этим займусь…
Спустя пару секунд от Церри и след простыл, а после в течение часа в кабинете становилось все больше арахноидов, которым мужчины вручали артефакт Воссоздания. При этом они цепко следили за каждым из них, оттесняя меня подальше, явно опасаясь каких-то действий с их стороны. Мне такой стратегический ход, если быть честной, тоже пришелся по душе. Да и чем больше союзников у нас будет, тем лучше, все-таки бороться самим с поехавшим драконом, у которого в руках не только власть, преданные ему существа, но и своя мини армия невидимых арахноидов довольно трудно, если не сказать – невыполнимо!
– А теперь расскажи нам все, что успел предпринять лорд ан-Арис, и если кому-то есть, что добавить, мы будем благодарны, – тихо выдохнул Деррик, потерев переносицу. Мужчина явно устал, но откладывать в долгий ящик понимание ситуации в целом точно не собирался.
– Лорд ан-Арис подчинил себе почти всех лордов из совета. Так, как в совете представители разных рас, то не обошлось здесь без запугивания, выгодных предложений, угроз семье и клятвы верности. При своем мнении остался пока лорд ан-Цекир, хотя дракон и пытался на него надавить. К счастью этот демон славиться довольно сложным характером, избранную их тройка пока не нашла, а после довольно жестокого избиения его побратима, он не только не согласился признать главенство драконов, но еще больше разозлился. Так же хитрость и изворотливость в очередной раз доказал лорд ан-Фир, этот гоблин спрятал свою избранную так, что ни один арахноид найти ее не смог, при этом он довольно хорошо мешает лорду ан-Арису.
– То есть, из десяти членов совета не под влиянием лорда ан-Ариса остались только двое? – с неверием переспросил Джейк, нахмурившись.
– Да, все верно…
Пожав губы, мужчина с досадой сжал кулаки. Понять его чувства я могла, как и то, что представитель его расы сдался. Скорее всего, этого оборотня тоже шантажировали семьей и тут я его, как бы эгоистично это ни было, понять могла. Семья – лично для меня, самое дорогое, что есть в жизни и если бы кто-то шантажировал меня благополучием моих родителей или троих несносных мужчин, которые уже стали дороги сердцу, сделал бы все, что скажут.
– Ладно, куда еще смог пробраться лорд? – вывел меня из мыслей вопрос Дейва.
– Переманить на свою сторону и показать преимущество драконов лордам своей расы ему не составило особого труда, хотя и тут не все приняли его сторону, решив остаться в стороне от грядущих перемен. К тому же, есть довольно много старых драконов, которые ценят покой и все эти дрязги за власть не для них.
– Мои родители… – сдержанно выдохнул Деррик, но договорить не смог.
– Насколько я знаю, то им ничего не говорили, скорее всего, лорд ан-Арис посчитал вас главным в вашей семье, – усмехнулся Церри. Боже, сколько же всего он знает? И почему раньше не мог просто все рассказать, без каких-то махинаций? Вот правду говорят – чужая душа потемки.
– Хорошо, что еще?
– Правовые учреждения, которые решают мелкие правонарушения, насколько я знаю, полностью чисты. Лорд не посчитал их вообще достойных своего внимания, скорее всего из-за того, что там работают низшие расы в его понимании. А вот насчет главного магического суда я не уверен, как и об Академии Магии. Увы, но я был не самым приближенным арахноидом лорда, хоть и старался скрывать свое недовольство, выискивая более удачный момент для того, чтобы освободиться от его влияния.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Это если бы можно было переманить на свою сторону Герни… – пробормотал кто-то из арахноидов, заставляя моих мужчин вскинуться.
Вообще арахноиды, которые изъявили желание избавиться от клятвы, все это время вели себя тихо, предоставив возможность Церри решать все вопросы, явно выбрав его своим главным. Были же они совершенно разными, как и в окрасах, так и в размерах. Несколько арахноидов были выше и крупнее Церри, остальные же, если не такие же, то на голову меньше. И хоть вели они себя тихо, но не заметить их настороженность было просто нереально. Они опасались довериться и я их прекрасно понимала. Провести больше ста лет не имея права выбора и возможности даже пытаться вернуться к своим сородичам невыносимо.
