Читаем без скачивания Ник-7 - Анджей Ясинский

Не нравилась мне ситуация, но делать было нечего. Все же мою девушку оскорбляют. Как ни странно, я не чувствовал особой злобы или негодования из‑за этого, а вот гнев был, но какой‑то очищенный, подконтрольный, на который я спокойно мог смотреть со стороны как на какое‑то внутреннее багровое сияние. Наверное, потому, что я все легче и легче могу управлять собой. И хорошо, что он есть — не хочется превратиться совсем уж в бесчувственное животное, а вот в полностью контролирующего себя человека — да. Хотя, наверное, все же свою роль сыграло то, что я ожидал нечто подобное, чувствовал. То есть я уже как бы принял, что это будет и есть, и мне осталось только следовать волне, стараясь лавировать и управлять своим скольжением.

Первая мысль была — это подстава. Но кого, зачем, почему? Я не находил ответа. Тем не менее, по другому поступить я не мог. В общем‑то мне было наплевать на окружающих, но подставлять Карину своей невоспитанностью не хотел, поэтому я просто подошел к Рикардо и похлопал его по плечу. Тот резво обернулся. Очень резво. Что интересно — зрачки у него были слегка расширены и не реагировали на свет, то есть имели постоянный размер. Я это заметил, когда его зрачок не отреагировал на лучик упавшего солнечного света.

— Извинись перед Кариной, — сказал я.

Рикардо слегка недоуменно посмотрел на меня, что меня несколько удивило, потом его губы скривились в усмешке.

— А — а-а — а… — протянул он, — любитель потасканного товара… — и усмехнулся. — Неужто я кого‑то оскорбил?

Я задумчиво смотрел на этого типа. Не знаю как, но я задним местом чувствовал, что ситуация подстроена. Но с какой целью? Ну что ж. Поплывем по течению и поиграем по чужим правилам.

Слегка усмехнувшись, я резко ударил его ладонью, сложенной лодочкой, по щеке. О! Он был резв! Очень резв и почти увернулся, несмотря на мою скорость, но удар все же достиг цели и он 'поплыл'.

Несмотря на то, что особого шума мы не производили, на зал опустилась тишина. Не сразу, а каскадами она распространилась от нас до самого дальнего уголка. Пока Рикардо приходил в себя, я анализировал его ауру. Не чародей, но жизненной энергией накачан по самое немогу. Глянул на его энергетику. Судя по развитым каналам — неплохой то ли мечник, то ли рукопашник. Меня привлекло некое энергетическое образование внутри его тела — какая‑то хрень, явно влияющая на реакцию в сторону ее ускорения. И все это запрятано внутрь, не отражаясь на ауре. Несколько грубовато сделано, и явно недавно — не все концы успели сформировать нужные связи. Бьюсь об заклад, чародеи, привыкшие полагаться только на анализ ауры, этого образования не видят.

Тем временем Рикардо пришел в себя или наоборот, вышел из себя (с какой стороны посмотреть) и громко сказал:

— Вызываю тебя на дуэль. На мечах. Здесь и сейчас! — в его голосе выделились рычащие нотки. Кстати, голос у него был красивый, баритонистый. Тоже девкам наверное нравится.

— Я не позволю проливать в моем доме кровь! — неожиданно сбоку раздался голос хозяина. — Вас, молодой человек, я вообще что‑то не припомню среди приглашенных!

— Я Рикардо эль Лонсо, и согласно уложению за номером сто сорок восемь 'О чести и достоинстве', подписанному первым императором Оробоса, я имею право вызвать любого, посягнувшего на мою честь! — резко парировал парень.

— На зарывайся, парень, — прорычал Корвиль, явно (или наигранно? — я уже ничему и никому не верил) взбешенный ответом. — Своей выходкой ты уже оскорбляешь меня!

— Ничего, старик, — ухмыльнулся Рикардо. — Ты можешь вызвать меня после того, как я пошинкую этого красавчика на мелкие кусочки.

Хм… Это кого тут назвали красавчиком? Меня что ли? Э — э-э… Ну ладно, только надеюсь этот парень не гомик, а то мне было бы неприятно с таким даже на расстоянии меча оказаться рядом.

В ответ на вызов, я пожал плечами:

— Да без проблем. Можно и здесь и сейчас.

==Карина==

Сожаление тяжелой плитой упало на хрупкие плечи девушки. Сожаление о том, что согласилась с планом отца. Тяжестью давило сердце, и никак не хотело отпускать. Отец довольно подробно рассказал дочери о текущем состоянии дел в империи и в столице. По его словам выходило, что, хотя общее положение было довольно стабильным, это не помешало некоторым аристократам спланировать заговор. Причем заговор долгосрочный, не скороспелый. Ее похищение было лишь мелким камешком, заложенным в основу каменной горы предательства. Кстати, именно это сравнение и стало последней каплей, перевесившей чашу сомнений в пользу решения принять участие в качестве небольшого мазка на картине противодействия измене. Карина, наверное, до конца своей жизни будет помнить, сколько ей пришлось выстрадать по вине неизвестных. И то, что эти страдания были лишь мелким камешком на пути к власти, ее просто взбесило.

По словам отца, по всем расчетам выходило, что план врагов еще не вышел на финишную прямую, и все должно было случиться года через два, возможно три. Заговорщики не были еще готовы, и девушку радовало, что хоть ее и посчитали мелким камешком, скорее всего именно ее побег и появление в столице вместе с Никосом покачнуло тщательно выстраиваемую врагами гору заговора. Она надеялась, что начавшая осыпаться гора погребет под своими завалами заговорщиков.

Не последнюю роль в сломе планов сыграло то, что рядом с Никосом Видящие были если и не слепы, то полуслепы, и не могли точно высчитывать свои планы. Именно это и подвигло советника с Лулио, а, значит, и императора, попытаться заставить заговорщиков реализовать свои планы сейчас, не подготовившись как следует. Ведь они не могли знать, что на самом деле происходит, не могли уже контролировать будущее и свои действия, а также действия императорской службы безопасности, и могли серьезно забеспокоиться. Все говорило за то, что на противника тоже работают Видящие. Поэтому‑то Карине и следовало выехать 'в свет', где рассказать о том, что с нею случилось, так повернув акценты, чтобы противник, который, естественно, тоже узнает об этом, подумал, что императору что‑то может стать известно. Причем надо было все это сделать так тонко и незаметно, чтобы враг не догадался, что это приманка для него.

Никоса решили не посвящать в тонкости — он все равно не горел желанием рассказывать о своих похождениях, да и догадывался кое о чем. В разуме, смекалке и опыте политических интриг ему не откажешь. В этом успели убедиться и сама Карина, и Лулио. И это несмотря на некоторые довольно странные поступки Никоса, порой выглядевшие как глупость или просчет. Все равно потом все получается как ему надо. А если сейчас даже что‑то пойдет не так, то их должны подстраховать.

Карина видела, что Никос тяготится приемами, хоть и чувствует себя на них вполне комфортно, что однозначно говорит о том, что для него такие вещи не являются чем‑то необычным. Но надо только дотерпеть до конца сегодняшнего дня — того, что они сегодня сделали, вполне достаточно для распространения нужной информации. А дальше можно придумать кучу причин, почему они прекратили такие посещения.

И вот на последнем приеме появился Рикардо. Каким только ветром его так неудачно принесло? Карина всматривалась в него и не понимала, как она могла быть в него влюблена? На лице ее бывшего ухажера лежал четкий и давнишний отпечаток лицемерия, лживости и какой‑то гнильцы. А как он стал тонко, не переступая грани, издеваться над ней?! Карина из последних сил сдерживалась, чтобы не применить чародейство против Рикардо — после такого их род ждали бы большие неприятности. Четко прописанные правила поведения чародеев и не — чародеев на всякого рода приемах, за выполнением которых строго следило Око — служба безопасности империи, однозначно запрещали ей это. Даже новый знакомый Тилиус, стоящий рядом, бессильно в ярости сжимал кулаки. Согласно тому же этикету, в подобной ситуации за честь Карины мог вступиться только сопровождающий ее мужчина или родственник, так как прямой грубости или нападения на нее произведено не было. А насмешки дело такое… Ты или сам или твои родственники вступайте в словесную баталию, или договаривайтесь о дуэли, буде считаете, что только так можете решить свои разногласия. Вот если бы Карина пришла сюда одна, тогда другое дело — она могла бы расчитывать на помощь любого присутствующего мужчины, или же, если оскорбивший ее является чародеем, она сама могла бы вызвать его на чародейскую дуэль. Чародейская дуэль — единственный вариант для девушки участвовать в смертельном поединке. Эта уступка была сделана для чародеек в давние времена, когда они доказали, что могут являться грозной силой.

Рикардо не был чародеем, но он и раньше был очень хорошим мечником. А за прошедшее время вряд ли стал хуже. Ник появился вовремя и, как всегда, не стал разводить политесы, а просто дал Рикардо по морде. И, естественно, тот вызвал его на дуэль. За Никоса Карина не переживала — знала, на что он способен, но тяжесть на сердце была. Нет, кому она врет? Конечно переживала. Слишком ситуация какая‑то подозрительная, как будто все было подстроено. И почему Рикардо постоянно косился на Тилиуса, когда оскорблял ее? Думал, что это он — Никос? Да нет, ведь его он сразу опознал, когда тот хлопнул его по плечу. В общем, не понятно ничего. А тяжело еще и потому, что согласно этикету из‑за того, что Рикардо не является чародеем, Никос не может использовать в бою чародейство. Вроде бы тут для обычных людей есть лазейка — вызови чародея на дуэль, и он не сможет воспользоваться чародейством, а бойцы обычно они не очень. Но на практике никто не рисковал ссориться таким образом с ними: победить ты может и победишь, но никто не гарантирует, что умирающий чародей не наградит тебя посмертным проклятием. А то и твою семью.