сепаратный мир с Францией. Его отступление ослабило власть англичан над завоеванными городами на юге; один за другим они изгоняли свои чужеземные гарнизоны. В 1436 году сам Париж, семнадцать лет находившийся в плену, изгнал англичан, и Карл VII наконец-то стал править в своей столице.
Странно сказать, но тот, кто так долго оставался тенью короля, к этому времени научился управлять страной - выбирать компетентных министров, реорганизовывать армию, наводить порядок среди неспокойных баронов, делать все необходимое, чтобы сделать свою страну свободной. Что же привело к такому преображению? Вдохновение Жанны положило начало этому, но каким слабым он все еще казался, когда не поднял и пальца, чтобы спасти ее! Его замечательная теща, Иоланда Анжуйская, помогала ему мудрыми советами, убеждала принять и поддержать Служанку. Теперь - если верить преданию - она отдала зятю любовницу, которая десять лет владела сердцем короля.
Аньес Сорель была дочерью сквайра в Турени. Осиротев в детстве, она получила хорошее воспитание от Изабель, герцогини Лотарингской. В год после смерти Жанны Изабель взяла ее, двадцатитрехлетнюю, ко двору в Шиноне (1432). Влюбленный в каштановые локоны девушки и ее смех, Карл выделил ее как свою собственность. Иоланда нашла ее покладистой, надеялась использовать ее для влияния на короля и уговорила Мари, свою дочь, принять эту последнюю любовницу мужа.69 Аньес до самой смерти оставалась верной в этой неверности, и последующий король, Франциск I, имея большой опыт в подобных делах, восхвалял "Даму красоты" как служившую Франции лучше, чем любая монахиня в заточении. Карл "наслаждался мудростью из таких уст"; он позволил Аньес пристыдить его, чтобы избавить от лености и трусости и придать ему твердости и решительности. Он собрал вокруг себя таких способных людей, как коннетабль Ришмон, который возглавил его армию, и Жак Кёр, который восстановил финансы государства, и Жан Бюро, чья артиллерия привела непокорных дворян в движение и отправила англичан в бегство в Кале.
Жак Кёр был торговым кондотьером, человеком без родословной и образования, который, однако, умел хорошо считать; французом, который осмелился успешно конкурировать с венецианцами, генуэзцами и каталонцами в торговле с мусульманским Востоком. Он владел и оснастил семь торговых судов, укомплектовывал их, нанимая каторжников и подбирая бродяг на улицах, и плавал на своих кораблях под флагом Богоматери. Он сколотил самое большое состояние во Франции своего времени - около 27 000 000 франков, когда один франк стоил около пяти долларов в истощенной валюте наших дней. В 1436 году Карл поручил ему управление монетным двором, а вскоре после этого - доходами и расходами правительства. Генеральные штаты 1439 года, горячо поддержав решимость Карла изгнать англичан с французской земли, уполномочили короля знаменитой чередой ордонансов (1443-47) взять весь хвост Франции - то есть все налоги, которые до сих пор платили арендаторы своим феодалам; доходы правительства теперь возросли до 1 800 000 крон (45 000 000 долларов?) в год. С этого момента французская монархия, в отличие от английской, была независима от "власти кошелька" сословий и могла противостоять росту демократии среднего класса. Эта система национального налогообложения обеспечила средства для победы Франции над Англией; но поскольку король мог повышать ставку налога, она стала основным инструментом королевского угнетения и стала одной из причин революции 1789 года. Жак Кёр сыграл ведущую роль в этих налоговых событиях, заслужив восхищение многих и ненависть нескольких влиятельных лиц. В 1451 году он был арестован по обвинению, которое так и не было доказано, в том, что он нанял агентов для отравления Аньес Сорель. Его осудили и изгнали, а все его имущество было конфисковано в пользу государства - элегантный метод эксплуатации по доверенности. Он бежал в Рим, где его назначили адмиралом папского флота, отправленного на помощь Родосу. Он заболел на Хиосе и умер там в 1456 году в возрасте шестидесяти одного года.
Тем временем Карл VII под руководством Кёра ввел честную монету, отстроил разрушенные деревни, развил промышленность и торговлю и восстановил экономическую жизнеспособность Франции. Он заставил распустить частные роты солдат и собрал их на свою службу, чтобы сформировать первую постоянную армию в Европе (1439). Он постановил, что в каждом приходе должен быть избранный его товарищами мужественный гражданин, освобожденный от всех налогов, вооружающийся, обучающийся обращению с оружием и готовый в любой момент присоединиться к своим единомышленникам на военной службе короля. Именно эти francs-tireurs, или свободные стрелки, изгнали англичан из Франции.
К 1449 году Карл был готов нарушить перемирие, подписанное в 1444 году. Англичане были удивлены и шокированы. Они были ослаблены внутренними распрями и обнаружили, что содержание их увядающей империи во Франции в XV веке обходилось относительно дороже, чем Индии в XX; в 1427 году Франция стоила Англии 68 000 фунтов стерлингов, а принесла ей 57 000 фунтов. Англичане сражались храбро, но неразумно; они слишком долго полагались на лучников и колья, и тактика, которая остановила французскую кавалерию при Креси и Пуатье, оказалась беспомощной при Форминьи (1450) против пушек Бюро. В 1449 году англичане эвакуировали большую часть Нормандии, в 1451 году они оставили ее столицу Руан. В 1453 году сам великий Тальбот был разбит и убит при Кастильоне; Бордо сдался; вся Гиенна снова стала французской; англичане удержали только Кале. 19 октября 1453 года оба государства подписали мир, положивший конец Столетней войне.
ГЛАВА IV. Галлия Феникс 1453-1515
1. ЛЮДОВИК XI: 1461-83
Сын Карла VII был исключительно беспокойным дофином. Женившись против своей воли в тринадцать лет (1436) на одиннадцатилетней Маргарите Шотландской, он мстил себе тем, что игнорировал ее и заводил любовниц. Маргарита, жившая поэзией, обрела покой в ранней смерти (1444), сказав, умирая: "Проклятье жизни! Больше не говорите со мной о ней".1 Людовик дважды восставал против отца, после второй попытки бежал во Фландрию и с нетерпением ждал власти. Карл ублажил его, уморив голодом (1461);2 и в течение двадцати двух лет Францией правил один из самых странных и великих ее королей.
Ему было уже тридцать восемь лет, худой и нескладный, домовитый и меланхоличный, с недоверчивыми глазами и далеко выдающимся вперед носом. Он выглядел как крестьянин, одевался как обедневший пилигрим в грубое серое платье и потертую фетровую шляпу, молился как святой и правил так, словно прочитал "Князя" еще до рождения Макиавелли. Он презирал пышность феодализма, смеялся над традициями и формальностями, сомневался в собственной легитимности и шокировал своей простотой все троны. Он жил в мрачном дворце де Турнель в Париже или в замке Плесси-ле-Тур близ Тура, обычно как холостяк, хотя и был женат
