— Что насчёт заселения? — я вспомнила о самом важном. О своих вещах, ноутбуке и желании уединиться и побить в одиночестве, чтобы осмыслить все переменны в моей жизни.
— У нас корпуса общежитий подразделяются на специализацию магий. То есть, корпус с общежитием тёмных ведьм и такой же для светлых. Так, как ты у нас, Алекс совмещаешь обе магии сразу, можешь выбрать на своё усмотрение. Я могу попросить Боливию помочь тебе.
Я посмотрела на девушку, которая с радостью кивнула. Да, светлые маги — это светлые маги, всегда добрые и помочь готовые. Ну, так я оказывается тоже частично светлая… Может именно поэтому, находясь в теле Деметрии Истон, бросилась помогать незнакомой девочке, несмотря на то, что подвергала опасности свою жизнь.
— Да, помощь не помещает, — вздохнула я.
Директриса кивнула.
— Боливия помоги, пожалуйста, Алекс освоиться, — затем обратилась ко мне: — Алексис, занятия для тебя начнутся через неделю, ибо в связи с твоей специализацией магии и квалификации, придётся уладить некоторые нюансы, — мягко хлопнув меня по ноге, которая была под лёгкой белоснежной простыней, Шарена изящно поднялась с кровати и на каблуках удалилась из больничной палаты.
— Алекс, это невероятно! — первая заговорила Боливия. — Могу тебя только поздравить. Такой редчайший дар!
Я натянуто улыбнулась.
— Судя по рассказам директрисы, я как раз-таки крупно попала, скинув с себя простыну, обнаружила, что на мне одето тоже, в чём я и приехала. Хорошо, что хоть не стали переодевать, пока я в отключке была.
— Нет смысла переживать из-за этого, — успокоила меня девушка. — Мы все с тобой! — а сказала-то как…как будто родная сестра мне. Я посмотрела на девушку и почему-то поняла, конфликтовать — это последнее, что мне хочется делать с ней. Слишком много добра и света в такой хрупкой фигурке, тёплых карих глазах и широкой белоснежной улыбке.
— Расскажи, что меня ждёт. Сама понимаешь, я из другого мира.
— Совершенно ничего страшного, — Боливия помогла мне подняться с кровати. Зачем-то… — Корпус с общежитием можешь выбрать любой, какой пожелаешь. Тоже самое касается и комнаты.
— Кстати, о комнатах, — пора задать важный для меня вопрос. — Мне придётся её с кем-то делить?
— Официально по правилам устава у нас это не запрещено. Поэтому близкие подруги могут уместиться в одной комнате и им никто этого не запретит. А так для каждой ученицы отдельная комната.
Уф, как камень с души! У меня даже настроение значительно поднялось, после услышанного. Личное пространство нужно каждому. Вот делить комнату с Мирусей, конечно, другое дело. Боливии я пока доверяла, но она была на этапе проверки. Моя счастливая до ушей улыбка не осталась незамеченной.
— Почаще улыбайся, Алекс! — мягко произнесла ведьма и улыбнулась сама.
— Смех без причины — признак… Неважно, — резюмировала, но не договорила я. — Расскажи, как выглядел обряд моего инициирования со стороны.
Ведьмочка тут же переменилась в лице.
— Это было…волнительно! Директриса тебе, наверное, рассказывала, что в среднем обряд занимает не больше получаса. Отгадай сколько под водой провела ты?
— Двадцать минут? — я свела брови вместе, чуть нахмурившись.
— А вот и нет, — как-то чересчур оживлённо отвечала Боливия. — Ты провела в озере около восьми часов подряд. Директриса Эшдаун так волновалась, что уже собиралась отправлять своего заместителя за М.М.О. Ой, ты же не знаешь. Поясняю: за магическим министерством магии.
Ничего себе. У нас вон и министерство здравоохранения имеется, и министерство труда, и министерство образования. В общем, министерств и государственных подразделений много, а пользы от них мало. Что касается министерства образования, так вообще рыдать хочется горькими слезами. Это касается и школьного образование, и колледжей и высших учебных заведений. Но, если с высшими учебными заведениями и колледжами ещё дела обстоят не так плохо, то со школьным образованием полный провал. Только у нас — в России школьники из-за ЕГЭ — единого государственного экзамена от волнения могут жизнь самоубийством покончить. Это вообще не смешно. Тема-то серьезная. Учиться не просто не интересно. Девять или одиннадцать лет своей жизни дети тратят практически в пустую, лишь немногие действительно берут от школы достаточное количество знаний. Вот мне, например, всегда говорили, что я никогда ничего не добьюсь и вообще раз в школе троечница, то буду работать дворником. За все одиннадцать, ОДИННАДЦАТЬ лет большинство детей не разбираются в математике, даже элементарно сосчитать не могут, грамотность страдает, нету увлечения литературой, которая, между прочим, культуру повышает внутреннею. Неужели, этого не достаточно, чтобы сделать выводы, что нужно менять полностью всю систему. Чтобы детям было интересно учиться, а не потому, что так надо.
— Что было дальше? — спросила я.
— Мы все с нетерпением ожидали, когда же ты всплывёшь на поверхность, а потом тебя просто выбросило! Буквально подбросило вверх в воздухе и на траву. Возможно, ты не видела, но именно в тот момент в твоей ауре окончательно соединились два цвета магии: чёрно-зеленой и золотистой. Можно спросить? — деликатно попросила разрешения девушка.
— Спрашивай, — согласилась я. На что смогу, на то отвечу.
— Что было там — под водой?
— Уф, — вздохнула я настолько тяжело, что Боливии стало ясно, не правильный вопрос она задала. — Ну, с чего начать… — а с чего начать? Стоит ли вообще говорить кому-либо здесь, что меня перенесла дверь в прошлое, я оказалась в чужом теле известной Деметрии Истон — близкой подруги нашей директрисы. Я подумала, прикинула и решила, что расскажу всё в общих чертах. — Мне представился трудный выбор, я спасала ребенка, ну и пожалуй, всё.
— Всё? — как-то огорчённо спросила девушка, неудовлетворённая моим ответом.
— Ага, я и сама половины уже не помню. После того, как сознание потеряла, дыра чёрная.
— А ты знаешь, что в ауре отражается, когда человек врёт?
Всё я уже думала, что попала и сейчас придётся либо грубить, либо рассказывать всё, как есть, но слава Создателю, всё обошлось.
— Но ауру боевых магов вообще сложно прочитать, а твою так вообще. Лично я вижу только поверхностную оболочку, показывающую, какая ты ведьма по специализации.
Вот и славно, отлично, замечательно! Когда кто-то может видеть и читать все твои эмоции — не есть хорошо! Ещё точнее, это чудовищно ужасно! Лично я, когда мне больно, меньше всего хочу, чтобы об этом кто-то знал. Магия здесь какая-то другая, совершенно непохожая на магию нашего мира, и люди здесь необычные, и вообще всё! Я здесь ещё и суток не провела, но столько нерв потрепала, сколько не трепала, когда жила обычной жизнью семнадцатилетней девушки-ведьмы из России. Вечеринки, друзья и дом! Какой моя жизнь будет здесь, остаётся только гадать. Придёт время и я узнаю, но, а сейчас это только будоражило и заставляло вспомнить, что всё тайное и неизвестное влечет меня сильнее, чем пчёл на мёд.
