Читаем без скачивания ШРАМ: ОБРЕТЕНИЕ АДА - Григорий Крячко

Комаров, наверное, стыдился самому себе признаться, но ему было бы жаль знать, что это существо, такое красивое, изящное и могучее, дырявят пули, пробивает горячий, враждебный металл. Пусть даже эти раны потом быстро зарастут, никак не повлияв на мощь этой супермашины для убийства, но все равно допускать этого Геннадий Петрович не желал.

Вот чего ему бы сейчас точно не хотелось — так это встретиться с черной тварью здесь, в Зоне, в ее естественной среде обитания. Да и вообще ни с какой нечистью у него общаться не имелось ни малейшего желания!

Пламя костра вдруг метнулось из стороны в сторону, как от внезапного порыва ветра, затрепетало и высветило сгустившуюся из мрака ночи человеческую фигуру, подступившую к самому порогу котельной. С Комарова моментально слетели все остатки расслабленности и подступающей тревоги, рука сама схватила автомат, наставила стволом на визитера.

— Ты кто? — слова из моментально пересохшей глотки вырывались свистяще и неестественно.

— Пусти к огоньку, добрый человек, — раздался вполне нормальный голос, спокойный, даже добродушный. — Не помешаю.

Комаров отложил оружие.

— Проходи. Ты один?

— Один. Не бойся, плохого не сделаю.

— Да и не боюсь я, — немного сварливо отозвался ученый, — Напугал ты меня просто. Хоть крикнуть мог, что ли?

Пришелец бормотнул что-то неразборчивое, но это можно было принять за извинение, и аккуратно, боком-боком протиснулся мимо костра в котельную. Теперь он стал виден весь, целиком, а не просто размытый силуэт в бликах огня.

Высокий, очень худой человек в драном темно-синем пальто, заляпанном почти до пояса какой-то засохшей коркой гадостью, лицо вытянутое, тоже худое, седые редкие волосы неряшливо торчат из-под мятой, почти бесформенной шляпы. На плече, стволом вниз, висит старенькое ружье, ноги в разбитых ботинках. Словом, вид незнакомца вызывал ассоциации с мусорной кучей и обиталищем беспризорников — бомжей. Ничего монструозного или вызывающего подозрение в человеке не имелось, и Комаров успокоился.

Незнакомец присел прямо на пол и немигающее уставился на огонь. В его выпуклых глазах пламя отражалось тускло, как в стекле давно не мытой бутылки.

— Дай покушать, добрый человек? — вдруг попросил пришелец. — С утра ни крошки не было во рту… Хоть корочку…

Надтреснутый, глуховатый голос звучал в тишине котельной страшновато. Комаров вдруг подумал, что незнакомцу с трудом даются слова, будто он давно не общался с людьми, или мало говорит вообще. Наверное, он был болен или ранен, так как правую руку все время держал под плащом, засунув за пазуху, и все делал только левой: опирался на пол, когда садился, снимал ружье с плеча, поправлял свою уродливую шляпу.

— Что с рукой? — озвучил свои мысли Комаров и увидел, как бродяга вздрогнул.

— Поранил, — признался он, — Камнем придавило. Иду сейчас к друзьям, они помогут.

— Гноиться начала?

— Немного. Да ты не беспокойся, все хорошо будет.

Речь странного пришельца звучала успокаивающе, и ученый решил больше не допрашивать про судьбу руки, а выпотрошил из рюкзака консервную банку и упаковку витаминных галет, протянул гостю, предварительно вскрыв тушенку, чтобы раненый лишний раз не тревожил кисть:

— Угощайся.

Пришелец набросился на еду так, словно не обедал уже неделю. Галеты, кажется, он даже вообще не удосуживался пережевывать, мясом чавкал не хуже голодной собаки. Комаров сочувственно глядел на бродягу. Вот что Зона делает с людьми, и ведь желающих быть в ней не становится меньше, несмотря ни на что!

Пришелец слопал всю тушенку, галеты и даже вытер изнутри банку длинным кривым пальцем.

— Спасибо, добрый человек, — пробормотал он, но тут же весь моментально подобрался, ощерился неожиданно ровными, острыми зубами, тихонько зашипел.

И вдруг раздались выстрелы. Ярче огня костра полыхнули они со стороны темноты ночи, оглушительный грохот разрезал тишину. Пришелец пронзительно, почти на грани ультразвука завизжал, на темном плаще обозначились рваные дыры, из которых плескала кровь, но раны эти, смертельные для любого из людей, не стали гибельными для того, кто пришел к ночному костру.

Тварь, теперь только кажущаяся человеком, шатнулась назад, перекувырнулась по полу, но вдруг вскочила и, яростно вопя, ринулась вперед, прямо через огонь, мимо неведомого стрелка. Оторопевший, перепуганный таким оборотом дела Комаров успел увидеть руку, которую гость выдавал за травмированную и прятал под плащом. Странная конечность выпросталась наружу и оказалась складной, как перочинный нож, и вытянулась в длину на добрых полтора метра, заканчиваясь страшной даже на вид клешней. Но существо не думало нападать: оно кануло в темноту и бесследно исчезло в ней.

Комаров сидел на полу, упершись спиной в штукатуренную стену, ошалело хлопал глазами и ничего не понимал. Но когда с той стороны костра раздался щелчок перезаряжаемого затвора, ученый схватил трясущимися руками автомат.

— Спокойно, наука! — громко предупредил голос. — Я проводник, Иван Тайга.

Комаров вскочил на ноги, отступил вглубь котельной.

— Покажись! — потребовал он, — Немедленно! А то застрелю!

Мимо костра шагнул кряжистый, широкоплечий бродяга с дробовиком наперевес. Из-за плеча виднелся ствол автомата. Проводник опустил оружие.

— Ты на кой хрен так близко излома к себе подпустил, дурья твоя башка?

— Излома? — пробормотал Комаров, — Я не знаю такого. Мужик какой-то к костру вышел, попросил погреться и поесть, я ему дал, а потом вы начали стрелять…

— Ну да, — мрачно улыбнулся Тайга, — А что, мне надо было ждать, пока он тебе голову проломит и тобой ужин продолжит?

— Он бы меня убил?

— Конечно. Они всегда так, сначала подсаживаются, беседу за жизнь ведут, кушать просят, байки травят, а потом раз — и готово, прошибут тебе череп и жрут не спеша.

— Ничего себе, — Комарова передернуло от запоздалого ужаса. — Новые твари какие-то. Ни разу не слышал про таких. Ты убил его?

Тайга не спеша достал пачку папирос, достал одну, размял, прикурил от вытащенной из жара тлеющей деревяшки, и медленно проговорил:

— Нет, говорят, их нельзя убить. Только отогнать. Но больше он не полезет уже. Нас двое, и при оружии. Не для него добыча, он теперь раны залечит и подастся новую жратву искать. Человеков, то есть. А мы с тобой сейчас костер потушим и пойдем помаленьку. Путь неблизкий…

Стрельбу Шрам услышал еще на подходе к форпосту «Свободы». Автоматные очереди, когда кто-то лупит, поливая от бедра, не жалея патронов, желая во что бы то ни стало скосить врага. Наемник побежал, что есть духу, еще надеясь успеть, но скоро стрельба утихла, раздалось пара приглушенных воплей и снова разлилась тишина.

Чтобы самому не попасть под пулю, Шрам распластался по земле и пополз вперед, прислушиваясь к творившемуся у форпоста, но все оставалось тихо. Лишь только подобравшись ближе, он увидел разбросанные тела, там, где их настигла смерть.

Трупов было пять. Наемник наскоро обыскал их, ничуть не чураясь ставшего уже для всех обитателей Зоны привычным ремеслом мародера, но полезного не обнаружил: обороняясь от неведомого врага, бойцы «Свободы», скорее всего, истратили последний боезапас. У двух вообще магазины штурмовых винтовок оказались опустошены, именно из-за этого, похоже, люди и погибли. Надо же, трагическая ирония судьбы: не дождались помощи всего минут десять… На одном из тел удалось найти ПДА, а убитый был командиром поста.

Шрам внимательно изучил следы вокруг поста и обнаружил, что нападающие пришли со стороны остатков давно заброшенного карьера. Наскоро обследовав его, наемник заметил там, между прочим, несколько большого диаметра дренажных труб, уводящих неведомо куда. Судя по множеству отпечатков ног, именно из одной из них враги и выбрались. Туда же и канули после атаки, причем уводили кого-то из своих с нешуточными ранами: на земле и бетоне трубы так и остались пятна и целые потеки совсем свежей крови.

Был шанс ринуться за нападавшими по трубам и, если даже не настигнуть их, то выяснить, куда именно они ушли. Охотничий азарт почти вскружил Шраму голову, но он, будучи опытным профессионалом, резко осадил себя: не терпится погибнуть? Или просто приключений на задницу захотелось? Нет? Вот и не лезь куда не надо, без тебя найдется, кому это расхлебывать.

Напоследок Шрам достал добытый с трупа ПДА и порылся в сообщениях, благо что покойный хозяин не удосужился заблокировать приборчик. Оказалось, что буквально минут десять назад компьютер успел перехватить сообщение, переданное кем-то на общей, незашифрованной частоте. Заинтригованный наемник прослушал его и оторопел.

«Сука комендант, сказал, что на посту вообще патронов уже нет, а свободовцы двоих наших зацепили, Мишу, похоже, серьезно. Если не сможет сам нормально идти, придется добить»