Читаем без скачивания Пленники Долины - Виктор Кузнецов

– Дайте мне шлюпку, и у вас не возникнет лишних проблем.

– Да у нас и так их нет, – раздался чей-то голос, мгновенно оборванный крепкой зуботычиной.

Капитан никогда не позволял себе пренебрежительного отношения к кому-либо из узников. Работа, которую они выполняли, будь то откачивание воды или приборка палубы, считались обязанностями моряков. Себастьян обо всем этом прекрасно знал и не желал Уайтлоу смерти. Да и никакой пользы это бы ему не принесло. А может, вспомнил сегодняшний бунтарь, что когда-то и он служил королю.

– Дайте капитану шлюпку, пускай убирается, – отдал Себастьян приказ.

По лицам головорезов было видно, что они не одобряют поступок главаря, но спорить никто не осмелился.

Люди с криками покидали трюм. Впервые с момента заключения под стражу Роган не знал, что делать. Настолько неожиданно все случилось. Только что он был каторжанином, и вот – он уже один из бунтовщиков. Если арестуют вновь, никто не станет разбираться – добровольно занял их сторону или заставили. С бунтовщиками разговор короткий, а итог этого разговора – гильотина или виселица.

Избавившись от кандалов, Ланс неторопливо растирал запястья.

– Роган, я бы на твоем месте поторопился, – предостерег он приятеля. – У меня предчувствие, что в одну из кают скоро выстроится очередь. И это не каюта капитана.

– Заред! – подскочил Роган.

– Пойдем, я помогу тебе, – присоединился к богатырю Ланс.

Вдвоем они поднялись на верхнюю палубу. Бодрствовавших матросов оказалось немного. Никто не желал лишать себя этого маленького удовольствия – вечернего сладкого чая. И теперь, вкусив приправленный сонным зельем напиток, почти все члены судовой команды спали. Некоторым удалось добраться до своих кают, некоторые заснули прямо на палубе или в проходах. Большинство из тех, кто оставался на ногах, даже не пытались сопротивляться. Матросов связывали и запирали в трюме. В том самом трюме, откуда только что вырвались заключенные. Туда же относили бесчувственные тела спящих. Себастьян держал слово – на корабле было на удивление мало жертв. В основном пострадали те, кто сопротивлялся. Их или убивали, или скидывали за борт, обрекая на медленную и мучительную гибель.

Матросы плыли за кораблем и умоляли их прикончить. Надолго запомнился бунтарям первый помощник капитана Джек Джерр. Этот отважный человек оказался отличным фехтовальщиком. Вооружившись двумя шпагами, он в одиночку отбил у рассвирепевших бунтарей весь бак. Тогда нападавшие сменили тактику: похватав валявшиеся на палубе весла, они воспользовались ими как копьями. Джеку удалось несколько раз увернуться, но в конце концов он все-таки был сброшен за борт.

Дверь в каюту Заред оказалась незапертой. Девушка лежала на койке, над ней склонился Дориан. Увидев каторжан, бывший конвоир побледнел и отскочил к стене. Не говоря ни слова, Роган сгреб дрожащего, как лист на ветру, стражника и, словно мешок с мусором, выбросил в дверной проем. Затем укрыл Заред одеялом и присел в изголовье.

– Пока не подам знак, ничего не предпринимай, – предостерег приятеля Ланс.

Роган кивнул. Ему было безразлично, почему напарник начал командовать. Он готов был стерпеть и не такое, только бы это помогло девушке.

Не успело сердце совершить и двадцати ударов, как в каюту ввалился Себастьян, позади него поигрывали ножами еще пятеро головорезов.

– Каюта капитана не здесь, сыны Флэа, – невозмутимо произнес Ланс.

Лишь повелительный жест Себастьяна удержал бунтовщиков. Главарь размышлял. Он не забыл, как святоша, стесненный кандалами, без труда расправился с Дэни и Рамоном, а Роган, словно тюки с соломой, раскидал по углам остальных участников потасовки. Кроме того, Себастьян понимал, что сейчас действительно не время для забав. А дерзкая парочка все равно никуда не денется!

– Вам лучше подыскать другую каюту, не столь разнообразящую мужской досуг, – предупредил он строптивых узников, перед тем как уйти.

Как только последний бандит покинул каюту, Ланс облегченно вздохнул и обратился к Рогану:

– Удача не на нашей стороне. Сейчас авторитет Себастьяна слишком высок, и вдвоем мы не выстоим.

– У меня есть друзья, человек десять наберу, – пообещал Роган.

– Десять в нашем случае – это ничто. И я бы не рассчитывал, что они захотят рисковать головой.

– Возможно, нашу сторону займут не только десять, – упорствовал Роган.

– Если хотим спасти девушку, действовать нужно наверняка.

Роган растерянно посмотрел на Заред, сжал кулаки и до крови закусил нижнюю губу. Он не догадывался, что неожиданным союзником движет отнюдь не забота о каторжанке, а стремление выполнить возложенную на него миссию. Себастьян люто ненавидел Ланса и постарался бы его убить. Посланник короля это знал, а потому собирался покинуть компанию бунтовщиков как можно быстрее.

– На корабле есть спасательные шлюпки. Нужно попытаться спустить на воду одну из них, – предложил Роган.

– До берега всего день пути. На шлюпке мы покроем это расстояние дня за четыре, – прикинул Ланс. Он и сам видел такой способ спасения единственным. – Можно даже особо не запасаться едой. Была бы вода.

– Дьявол, – лицо Рогана стало каменным. – Даже если нам удастся бежать, Себастьян нас быстро нагонит!

– Оторви у телеги одно колесо, и никуда не поедет она на трех, как бы ни были резвы кони, – изрек Ланс одну из своих нескончаемых догм. – Пока будут чинить, мы успеем отплыть достаточно далеко. У Себастьяна слишком много забот, чтобы рыскать за нами по морю. Ему и так неплохой куш выпал – «Долгий путь» дорогого стоит!

– Ты прав, – согласился Роган.

В этот момент в каюту вбежал кок.

– Где Заред? Что вы с ней сделали, изверги? – закричал с порога добродушный толстяк.

– Спит твоя красавица, не переживай, – миролюбиво ответил Ланс.

Убедившись, что это действительно так, Том с жалостью посмотрел на девушку и едва слышно прошептал:

– Пропадет она здесь.

– Чем причитать, лучше принеси копченого мяса и воды, – пресек стенания толстяка Ланс. – А я пока подыщу подходящую шлюпку.

Он зажег стоявшую на столе свечу и лезвием ножа сделал на ней надрез.

– Если не вернусь до того, как пламя опустится вот до этой риски – бегите без меня.

– Подожди, я помогу, – остановил Ланса Роган.

– Одному пробраться к шлюпкам незамеченным проще. А твоя сила нам еще пригодится.

Ланс посмотрел на Рогана так, как смотрит мастер на прилежного, но не слишком сообразительного подмастерья.

– О, Боги! – Том бросил полный жалости взгляд на Заред, потом оглядел с ног до головы Рогана, словно прикидывая, можно ли ему доверить жизнь единственной на корабле девушки, и только после этого побежал за провиантом, радуясь, что еще утром принес на камбуз все необходимое.

Оставшись наедине с Заред, Роган присел в изголовье. Он смотрел на нее и чувствовал, как в груди просыпается какое-то новое, неведомое раньше чувство бесконечной нежности. Девушка напоминала ему ребенка: в беспорядке разбросанные волосы, розовые щеки, нежно алеющий, приоткрытый рот. Роган чаще видел боль и смерть, чем вот такое олицетворение покоя и безмятежности. «Я сделаю все, чтобы спасти тебя», – мысленно пообещал он. Бережно взял маленькую женскую ладошку и прижал ее к губам.

Том вернулся первым, сжимая в руках небольшой бочонок и парусиновый мешок, в котором глухо постукивали глиняные бутыли, бросил беспокойный взгляд на койку, где спала девушка, и только после того, как убедился, что с помощницей ничего не случилось, радостно сообщил:

– Принес! Еще сухарей и соленую рыбу – в пути пригодится.

Роган одобрительно кивнул, наблюдая, как Том копается в мешке, проверяя, не забыл ли что-нибудь. Успокоившись, кок почесал нос и, натужно кряхтя, присел на рундук. Бывшие узники, не сговариваясь, посмотрели на тающую свечу. Язычок пламени неумолимо приближался к отметине. Чтобы хоть как-то разрядить повисшее в воздухе напряжение, Роган встал с койки и начал заворачивать Заред в одеяло.

– Помочь? – с едва уловимой завистью в голосе спросил кок, наблюдая, как легко, словно пушинку, здоровяк поднял девушку.

– Нет, – отказал Роган.

– Ох, ну за что мне все это! – скис корабельный кашевар, чувствуя себя совершенно ненужным.

Время, оговоренное их отважным товарищем, вышло, а это означало лишь одно – рассчитывать придется только на свои силы. Возможно, Ланса схватили, и не исключено, что он уже мертв. Роган тряхнул головой, прогоняя неприятные мысли. Он совершенно не представлял, куда плыть, как определять путь по звездам, но оставаться на корабле было равносильно смерти. Себастьян обязательно вернется, и уж тогда вернее верного припомнит старое.

– Далеко собрались? – В дверях стоял Ланс. Он появился совершенно бесшумно, заставив и без того напряженных до предела мужчин вздрогнуть.

– Хотя бы постучал! – беззлобно посетовал Роган, прижимая драгоценную ношу к груди.