Эти хохмачи, шуты, оплёвыватели России не скрывают своего желания лишить наш народ веры в будущие подвиги, ведь, память о подвигах, память о героизме, мужестве, отваге дедов и отцов рождает новых героев, новые подвиги.
После того, как ненавистникам России удалось порушить идеал Воина, былое уважение к Армии, они принялись разрушать идеал труженика.
Рабочего, крестьянина, врача, инженера, учёного выставляют неудачником, невезуном, которому можно по году не платить зарплату.
Трудовые достижения, открытия, изобретения, профессиональные удачи - где они?
Не слышно о них - одни акции, дивиденды, херши, памперсы и сникерсы.
Полосы газет, экраны телевизоров, радиоэфир заполонили банкиры, коммерсанты, грабители, убийцы, шоу-бизнесмены, фотомодели…, ощущение такое, что никто больше не водит поезда, суда, не валит лес, не добывает руду, не вылавливает рыбу, не выращивает скот и зерно, не выплавляет металл, не открывает, не исследует, не изобретает, не оберегает Родину… - все лишь воруют, предают и продают.
Телевидение насаждает культ безделья и кутежа, приучает не в трудах праведных видеть и находить источник богатства, а на поле чудес, в счастливом случае, в игровом куше. (…)
Напрочь забыта нажитая мудрость, не ради красного словца, а в урок потомству веками передаваемая, что всё - от Бога и трудов праведных, что без труда нет добра, что Бог труд любит, что терпенье и труд всё перетрут, а в подтверждение тому - великая Держава великим трудом строенная. (…)
Мы создали Россию трудом и возродить её можем только трудом - другого пути не было в тысячелетней нашей истории и быть не может, если мы действительно хотим иметь не просто богатую, а великую Россию.
Нам же в искушение, ныне бесовское фартовое наваждение со всех сторон - лови удачу!
Со стомиллионной трибуны нас приучают думать, что лучшая жизнь - это жизнь рантье, паразитирующего на ворованном капитале, что главное сегодня - не знание, не мастерство, не профессионализм, не качество труда, и уж, тем более, не служение трудом Отечеству, главное сегодня - урвать, ухватить, угадать, выиграть, удачно вложить деньги, купить акции.
Словом, спешите, господа русские дураки, идиоты русские, подставлять шляпу под золотой дождь!
Можно было бы только посмеяться над миллионами одураченных отечественных буратино, по сей день верящих в злато-плодоносящие кущи полей чудес, если бы бесовское наваждение не было так опасно для России, потому что, насаждаемая похоть наживы - коварный враг.
Кому личный материальный интерес, личная выгода, личный успех, прибыток, житейский выигрыш, успех, приращение, преуспевание становятся главной заботой, смыслом жизни человека, когда сытость становится всем смыслом существования человека, ни о чём другом ему более думать неподъёмно.
Душа, доверху наполненная корыстью, уже ничего другого в себя принять не может.
Страх за свою жизнь, за своё благополучие становится диктатором в человеке. Мы отвыкаем мыслить и думать о служении, помышляем только о добыче.
Перестали служить России, бросились жадно, беззастенчиво жрать её, продавая и предавая свой народ, свою нацию, отцов-фронтовиков, дедов и прадедов, живота не жалевших ради нас, но о детях и внуках своих, как отцы и деды наши, мы не думаем, мы предаём и продаём внуков и правнуков своих, для которых не можем сберечь ни целости, ни величия России.
Увлечённые запахом наживы, мы оказались в горловине загонной тропы, - так умелые охотники в древности хитростью и обманом загоняли дикий скот на убой…
(…) Жиды дают русским служкам Сиона малость нажиться с единственной целью - создать образец для подражания, развить среди русского народа инстинкт наживы, а, значит, и инстинкт самосохранения.
Мы, русские, должны одолеть насаждаемый в России примитивный и безоглядный инстинкт личного самосохранения, который так выгоден иудеям - разрушителям России. (…)
Мы, русские, непреодолимо встали на пути рвущихся владеть миром монголо-татарских орд, пресекли победное шествие к мировому трону Наполеона и Гитлера, и вот опять наша судьба - остановить новых мировых правителей.
Это будет потруднее всех былых битв.
Не поле брани перед нами, не в битве сходимся с врагом, не меч против меча - нынешний враг уже властвует над нами, да и мы давно не воины с Поля Куликова, Бородина, Прохоровки, страх иссушил наш дух.
Недостаёт в нас ни Веры, ни Воли обороть свой страх, встать в рост против убийц народа и России.
Остатков дотла не иссохшей в нас совести хватает лишь на скулящий выдох «что делать?», да и то не с искренним желанием найти указующий на дело ясный и чёткий ответ, не ради спасения нации и России задаёмся мы этим вопросом.
Чего искать ответа на вопрос, что делать в тяжкую годину вражеского нашествия на Россию, когда ответ на этот вопрос изначально ясен, давно дан жизнью русского народа - идти и побивать врага.
Но мы, празднующие сегодня труса, получив ясный и чёткий ответ на свой вопрос, тут же выставляем тысячу новых: да враг-то кто? где враг? откуда враг? с кем на врага?
Пожарский где и Минина не видно…, потому что не воля, а страх правят сегодня русским народом, потому что не интересами, болью России живёт сегодня русский человек, а сугубо своим личным, корыстным интересом, страхом за свою шкуру, своё благополучие.
Страх - глух к рассудку, любые доводы ему не в счёт. Перешибём же страх потери наживы страхом перед неминуемой гибелью.
Страшно подниматься в смертельный бой, пока ещё хоронится в душе хоть малая надежда пусть в согбённости, унижении, позоре, но - выжить.
Основа страха - животный зов жить.
Но, нет надежды выжить у русских, при иудейской власти. Погибель - вот что для нас, русских, определили иудеи. Тут ни прогнуться, ни пригнуться, тут не схоронишься.
(…) «Имейте мужество взглянуть прямо в глаза страшной опасности! - взывал на борьбу архиепископ Никон. - Имейте мужество открыто, прямо, не страшась иудеев, признать эту опасность.
Признать, и не полумеры, только усыпляющие народную совесть, принять, а решительно, твёрдо, бесстрашно и открыто, с достойной русского православного человека прямолинейностью, повернуть руль русской жизни вправо, не обращая никакого внимания на вопли иудейские, на их угрозы, террор, - ведь, умирать-то когда-нибудь надобно: не лучше ли умереть, если Бог попустит, с честью, мученически, с благословениями народа, чем быть предателями веры и Руси родной?…
И посмотрите, какой светлый праздник будет на Руси в тот благословенный день, когда она будет освобождена от этого проклятого тумана, чисто масонского либерализма, этих лжесвобод, от порабощающих душу народную жидов, от всех этих бредней, навеянных иудеями и их приспешниками - предателями родной земли!»
* * *
В вышеприведённой беседе Бориса Миронова с писателем Александром Поляковым упоминается американский публицист Дэвид Дюк - автор книги «Еврейский вопрос глазами американца», отрывки из которой были опубликованы в моей работе «Еврейский синдром-3».
Теперь, я думаю, уместно познакомить читателей ещё с одним американским автором - Дэвидом Саттером, недавно вышедшая книга которого «Тьма на рассвете» является прекрасным фоном для подтверждения правоты Бориса Миронова.
В июльском номере газеты «Совершенно секретно» опубликовано интервью Дэвида Саттера, послесловием к которому служит мини-рецензия на книгу «Тьма на рассвете», написанная Владимиром Абариновым - журналистом, беседовавшим с её автором.
И если книга Саттера начинается с посвящения «Честным людям России…», то рецензия к ней - с цитаты из Пушкина: «Я, конечно, презираю отечество моё с головы до ног - но мне досадно, если иностранец разделяет со мной это чувство» (из письма к Вяземскому от 27 мая 1826 года).
Итак, «русский вопрос» глазами американца.
Такие книги, какую написал Дэвид Саттер, во времена «железного занавеса» изымали на советской таможне, а газеты в Москве называли их злобным пасквилем. Может, ещё и назовут.
Автор будто нарочно навлекает на себя гнев Кремля: в то время как вашингтонские советологи дружно поют осанну российско-американскому стратегическому партнёрству, и панегирики эти находят спрос по обе стороны океана, Саттер дал своему сочинению название, однозначно ассоциирующееся у англоязычного читателя со знаменитым антитоталитарным романом Артура Кёстлера «Слепящая тьма».
По-английски роман Кёстлера называется Darkness At Noon, «Тьма в полдень», книга же Саттера - Darkness At Dawn, «Тьма на рассвете». Кёстлеровский полдень у нас, стало быть, впереди.
Книг о современной России на Западе написано уже немало, но такой ещё не было.
Дэвид Саттер написал историю российских реформ. Опять-таки и это - вроде не новость.
