Значит, если отсутствуют планы посадить бастарда графа де Вертю, на трон Бретани то ему будут искать жену, в первую очередь богатую. С титулами у него и так все в порядке, а вот с финансами — не очень. Конечно, будет совсем неплохо если за невестой дадут какую-нить баронию или сеньорию, но гораздо лучше, если насыплют несколько тысяч золотых монет. Вдова для него тоже вариант, но сомневаюсь, что в данном случае, будут подсовывать пользованный товар. Да и не так много, этих богатых и молодых вдов. Могу в чем-то ошибаться, но общая тенденция такова.
Если говорить о Феодоре, то она как невеста довольно привлекательна, в первую очередь с финансовой стороны. На это мы завтра всем недвусмысленно намекнем. С титулом, тоже все в порядке, муж сможет формально использовать графский титул. Мало того, я озабочусь, чтобы со временем она обзавелась достойным положением при бургундском дворе. А может и при бретонском. То есть, выдать ее замуж, совершенно не проблема. При некотором допущении, даже можно и за бретонского бастарда.
Но дело в том, что абы кому, я ее не отдам. И плевать на ее душевные чувства. Стерпится слюбится. Мне, как отцу, гораздо виднее, что для нее будет лучше. Опять же, свои корыстные цели, я отрицать не буду. И не только корыстные.
Престарелый титулованный богатый вдовец без наследников мужеского полу — вот наша цель. А для этого, надо как можно лучше прорекламировать товар…
Вечером обошлось без серенад, а ранним утром, в сопровождении моих мосарабов и негрил, мы отправились на турнир…
ГЛАВА 18
Похожие в своих угловатых доспехах на сказочных чудовищ, дестриеры с места рванули вперед, сразу развив впечатляющую скорость. Удары копыт по утоптанной ристалищной дорожке отдались дрожью деревянных трибун. Через мгновение корончатые наконечники копий перевитых лентами в цветах их обладателей, врезались в щиты противников и с треском разлетелись на куски. Всадник в черно-желтом сюркотте, как камень из пращи вылетел из седла и с лязгом покатился по земле, теряя куски доспехов. Конь его противника встал на дыбы, на мгновение показалось, что седок удержится, но лопнули подпруги и Гийом де Кевр вместе с седлом грохнулся на дорожку. Навершие его штеххелма[95] в виде лебедя распростершего крылья, слетело с креплений и повисло набок, вызвав гомерический хохот на трибунах простолюдинов.
К бойцам мигом метнулись пажи с помощниками герольдов и утащили в шатры. На некоторое время над ристалищем стоял сдержанный гул. Через несколько минут персеваны вернулись и о чем-то доложили герольдмейстеру, после чего он отправился к маршалу турнира.
Над трибунами понеслись нетерпеливые крики.
Вдруг резко взвыли фанфары. Герольдмейстер дождался пока стихнет рев, приосанился и речитативом заголосил:
— Аннибалу де Летелье и Гийому де Кевр присуждается поражение. В виду их полной неспособности продолжать состязание, я объявляю победителем сего турнира Франциска де Вертю!!!
Его слова взорвали уже трибуны знати. Сторонники претендентов искупавшихся в пыли бурно негодовали, а приверженцы графа де Вертю, наоборот разразились ликованием. Таким образом, не проведя ни одного поединка, оный претендент формально выиграл турнир.
Я втихомолку зевнул и скосил глаза на трибуны. Франциск склонившись к дюшесе, что-то шептал ей. Баронесса де Велькие, мать потенциального победителя выглядела абсолютно беспристрастной. Ну-ну…
В отдельной ложе разместилась Феодора в окружении своей свиты — наикрасивейших девушек бретонского двора. Выглядела она шикарно — портные за ночь соорудили совершеннейшее чудо средневекового портняжного искусства. Платье из золотой парчи, расшитое по лифу алыми розами с бутонами, инкрустированными мелкими лалами, просто слепило взгляд. Золотая диадема из наследства франкского посла, завершала общее великолепие. Федора пока вела себя образцово-показательно, тщательно маскируя заинтересованность и вообще, напоминала собой статую. Умница девочка…
Возле громадного шатра в цветах виновницы торжества суетливыми муравьями сновали слуги, сервируя праздничный стол. При взгляде на эту картинку, у меня в ушах послышался звон монет. Млять… только сам шатер обошелся в четыре десятка экю, не говоря уже о расходах на провиант и вино. То ли дело, для простолюдинов — им просто закупили два десятка овец и пару бычков и теперь без особых затей жарили на вертелах. Для них же организовали свой турнир, два десятка молодцов стреляли по мишеням из арбалетов, а все желающие испытать силу и выиграть призы, могли вволю тузить друг друга дубинками или кулаками. Чем активно и занимались.
А для общего развлечения старалась целая команда шутов. Оные состязались на ослах, а вместо оружия использовали дохлых курей и гусей. Тьфу, мерзость…
Пока я обозревал ристалище, накал на трибунах достиг своего апогея. Протестовали как простолюдины, так и знать: все были разочарованы таким скорым окончанием зрелища. А я наоборот, был доволен как медведь, добравшийся до меда — не выспался, раны все еще продолжали донимать, к тому же зверски хотелось есть. И вообще, баловство все это…
— Нажраться хочу… — угрюмо буркнул Тук сидевший рядом со мной. — И бабу…
— И я…
Распорядители турнира и представители сторон отправились советоваться с дюком. Только я порадовался, что все скоро закончится, как раздался рев герольдмейстера:
— Слушайте, слушайте…
После его речи я втихомолку выругался. Отдых откладывался, граф де Вертю, любезно согласился дать утешительное удовлетворение проигравшим партиям. Сторонники де Кевра и де Летелье, объединялись в один отряд числом в двадцать бойцов и должны были сражаться пешим порядком, против отряда такой же численности сторонников де Вертю.
— Держи… — я сунул флягу с арманьяком Туку. — Это уже поинтереснее…
— Ага… — скотт с наслаждением присосался к горлышку. — Все будет нормально, монсьор. Мои остолопы записались в отряд к конту, а они… ого-го… порвут всех…
— Да мне все равно… — честно ответил я. — Один хрен, бастард уже победил. А эта толкотня на потеху толпе… Эй… стой… — я остановил слугу разносившего лакомства по трибуне.
— Свободен… — Логан вырвал у него блюдо с сыром и ветчиной. — Прошу монсьор…
Пока я с Логаном и пажами удовлетворял низменные потребности, герольдмейстер объяснял правила боя. Участники должны были биться турнирными булавами, такими увесистыми дубинами из мореного ясеня. Щиты разрешались, добивать лежачих запрещалось, употреблять иное оружие — тоже. Вот, собственно, и все правила. Ах, ну да… Виновница торжества, контесса Теодория, могла в любой момент прекратить поединок, выбросив свой платок.
Бойцы активно экипировались в турнирные доспехи для пешего боя. Но обладателей полного комплекта таковых, оказалось очень мало, тем паче, посвященных рыцарей в забаве не допустили, поэтому большинство рядились, кто во что горазд, а точнее — в то, что есть. Стоп… не понял? Куда смотрит герольдмейстер?
Очень интересно… Для полного триумфа требуется, чтобы партия де Вертю, нагнула остальных и в данном случае. Но вот с этим моментом, может не сложиться. В свое время, будучи тренером молодежной сборной, я не раз подписывал на соревнования более взрослых оболтусов, чем предписывал регламент соревнований. Делов-то, изменить возраст в заявке. Никакого мошенничества, только ловкость рук. Так сказать: все в копилку победы. Похоже, в пятнадцатом веке, подобные гешефты, тоже вполне в ходу.
В партию претендентов, как-то незаметно затесалось несколько верзил явно не дворянской наружности. Мало того…
— Сир… — к моему уху склонился Луиджи. — Да там добрая половина от Пентьевров. Вон Роберт де Левинь… А вон тот, усатый, если я не ошибаюсь, эскюэ графа Д'Эспине. Не ладно это…
— Вижу. Вот нахрена было с утра чеснок жрать?..
— Прошу прощения, сир. Ну так как?
— Жди пока…
Я слегка задумался. Похоже, здесь пахнет не только банальным желанием выиграть. Это уже политика. Как ни крути, бастард де Вертю, представляет правящую династию. Его победа — это победа дюка Франциска. Что само по себе, как серпом по яйцам, вторым претендентам на трон — то есть, Пентьеврам. Но они совершают ошибку. Жирный такой косяк… И грех было бы им не воспользоваться. Вроде бы, какое мне дело до бретонских интриг, но дюк союзник, а это значит — дело все-таки есть.
— Пьетро, живо о конь, возьми пару людей и домой. Привезете мне шкатулку. Да, именно эту. Вперед…
— Что не так, монсьор? — встревожился Тук.
— Да ничего особенного, братец. Похоже, нас опять пытаются обставить как тупых маранов[96]…
— Драться будем? — Логан со страдальческим видом повел плечами. — Как бы, я того…
— Да и я… того… Постараемся обойтись. Луиджи, сообщи маршалу турнира, что я желаю, приватно с ним встретиться. Немедленно…
