— Что же, дети мои, — все священники выступили вперед, и Посланник так и не понял кто из них произнес эти слова. Отцы церкви встали кругом, спиной к пню, и призвали: — Помолимся Семнадцати Богам, предкам и учителям нашим, дабы сделали они наши души и помыслы чистыми, чтобы придали они нам мудрости и помогли принять правильное решение.
Члены городского совета опустились на колени, сложив ладони перед грудью, и опустив головы, едва не уткнувшись ими в бревна.
На протяжении примерно десяти минут они напряженно раздумывали под заунывные молитвы священников.
— А теперь, дети мои, пусть те, кто считает возможным созвать ополчение под знамена правителя Южных песков и Серебряного озера, встанут, дабы все увидели их лица. Услышав призыв, поднялись все рыцари, большинство ремесленников и почти половина торговых людей.
— По решению городского совета, князь, вы можете разослать по цехам своих герольдов и объявить о созыве ополчения! — подвел итог священник.
Проголосовавшие «против» члены совета тоже поднялись с колен, попрекая своих товарищей в неверном решении. Впрочем, эти споры носили вполне мирный характер.
Члены совета спокойно расходились в стороны, каждый направляясь к своему кварталу кратчайшей дорогой.
— Вот видишь, друг мой, все разрешилось ко всеобщему удовольствию, — улыбнулся князь. Думаю, теперь ремесленников набежит даже больше, чем требуется.
— Куда набежит?
— К шерифу Порузу. Ты ведь решил, что именно он принимает людей?
— Надо его предупредить, что нужны только землекопы и строители. Остальные только мясо понапрасну есть станут.
— Это уже твое право, кого брать, кого не брать.
— И нужно предупредить Закия, что ополченцы получат личное дворянство. Это поможет ему собрать людей.
— Я немедленно прикажу передать это паучьей почтой. Что-нибудь еще?
Найл задумался.
— Когда соберутся все стрелки?
— Нужно дня два.
— Тогда нам остается только ждать, — подвел итог Посланник.
ЧАСТЬ 2
МИЛОСЕРДИЕ БОГОВ
Виду каменных стен Найл, уже не удивился. Как и напряженному лицу человека, положившего клинок на правое плечо. «Интересно, чего он так боится? — мельком подумал правитель. Мне сквозь стену не прорваться, оружия с собой нет… Странно».
— Ты принес золото, демон?
Посланник Богини промолчал, пытаясь установить контакт с разумом дворянина. Вот, он почувствовал в сознании де Сен-Жермена облегчение, промелькнул образ… Граф боялся собаки?
— Ты принес золото, демон?! — повысил голос дворянин. Хорошо, я буду милостивым господином и прощу тебя на этот раз. Но если ты опять не принесешь золота, я тебя накажу!
Де Сен-Жермен отошел к столу, положил меч. Сейчас он ничего не боялся.
Значит, страх вызывал не Найл. Покатились гулким эхом слова заклинания, знакомо потянуло в животе.
— Что с вами, правитель? — подхватил его под руку Поруз.
— А что со мной было?
— Вы задрожали, господин, и начали падать.
— И все? — Да.
— Перегрелся, наверное.
Найл отошел в сторону, на обочину дороги, и вгляделся в свое воинство.
Передовым отрядом шли, естественно жуки-бомбардиры. Вплотную за ними бежали смертоносцы.
Они тщательно прощупывали местность на ментальном плане, улавливая все искорки жизни, и могла заранее распознать возможную засаду.
Здесь, на территории княжества, на дороге, по которой ежедневно ходили путники и купеческие караваны, это было маловероятно, но осторожность не мешала.
Следом вместе с Найлом шли ветераны Поруза и три десятка девиц из братьев. Они уже успели довести шерифа до белого каления. То внезапно оказавшись незваными среди его пехотинцев, то вдруг без спросу исчезнувшими во дворце — и точно так же, без предупреждений и извинений, вернувшись в ряды отряда после выступления в поход. Впрочем, Посланник Богини смотрел на шалости подростков сквозь пальцы, и старый воин тоже махнул на них рукой. Следом шагали арбалетчики, лучники, пращники — привычные к походам вояки, отслужившие не один год. За ними нестройной толпой тянулись ремесленники.
Как и предсказывал князь, в ополчение записалась в основном молодежь шестнадцати-двадцати лет. Шанс вырваться из темных мастерских, получить дворянство, стать рыцарем — изменить всю, казалось, наперед расписанную жизнь, побудила их пойти в поход добровольно. Они мечтали не сбежать к родным очагам, а проявить себя во всей красе, совершить подвиг, получить не просто дворянство, а дворянство потомственное. В общем, можно было рассчитывать, что работать и сражаться они станут не за страх, а за совесть. Их набралось около полутора сотен, но Найл рассчитывал, что Закия сможет привезти еще хотя бы сотню работников из других городов.
По пятам ремесленников, грозя затоптать отстающих маршировали копейщики — в высоких шлемах, с большими прямоугольными щитами.
Три сотни вояк, получивших глупый приказ защищать ремесленников от возможного нападения дикарей. В арьергарде катилась лавина из еще почти тысячи смертоносцев, а самыми последними тянулись три повозки с воздушными шарами и порифидами.
Место для будущего сражения предложил Поруз. В свое время он тоже ходил в поход против буйных южных баронов и запомнил широкую долину Между отрогами Серых гор и излучиной текущей откуда-то из баронства Золотых берегов реки.
Долина была шириной почти в десять километров, но река подтопила ее почти на две трети, оставив крестьянам для полей совсем узенькую полоску, да вдобавок по всей долине тут и там росли густые дубовые и кленовые рощи.
— Мы там всех пауков спрячем, ни один таракан не пронюхает! — пообещал шериф, и Найл заранее одобрил выбранное место.
По мере приближения отряда к границам южных баронств человеческие селения оказывались все более и более обезлюдевшими. Многие дома стояли брошенными, с заколоченными окнами и дверьми.
Похоже, местные крестьяне мало верили как в то, что дикари останутся в границах баронств, так и в то, что правитель сможет их защитить. Наконец они наткнулись на вовсе пустую деревню, возле которой и остановились на ночлег.
Следующим утром войска двинулись дальше.
Через два часа они миновали последнее жилье на территории княжества — почтовый дом, в котором жил смертоносец, поддерживающий мысленную связь с почтовым пауком оставшегося севернее городка, и несколько разведчиков, следящих за положением дел на границе. Еще через час армия ступила на земли Муравьиного баронства. Все, что они знали об этих местах на сегодняшний момент — так это то, что дикари отсюда пока не выходили. Лица воинов стали более суровыми, кое-кто рефлекторным движением проверил снаряжение — положение меча, насколько хорошо закреплен щит, хорошо ли затянут ремень шлема. Нам еще далеко? — спросил у шерифа Посланник.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
