знать любой уважающий себя магистр. И научить более глубокой работе с огнём.
— Взамен на верность и подчинение? — приподнял бровь я.
— Нет, на дружбу и взаимопомощь, — ответил совершенно серьёзно магистр.
Ни намёка на иронию. Я чувствовал, что стоявший рядом маг не пытается меня обмануть, а действительно предлагает дружбу, по крайней мере то, что он под этим понимает. Вот только что за взаимопомощь он имел ввиду?
— Скажите честно, вы тоже хотите получить благословение Воина? — решившись, наконец, прямо спросил я.
Зарек несколько секунд стоял молча, изучая меня, затем, расслабился, улыбнувшись, ответил:
— Верно, это одна из моих основных целей. Видите, Вольдемар, я также честен перед вами.
— Но зачем это вам? Хотя вы считаете, что благословение может ещё усилить вас в стихии огня?
— Считаю, — подтвердил Зарек, — правда, до появления вас, это были чисто теоретические выкладки. Ещё до моего рождения, лет семьсот назад, магистр Руфентий сделал теоретические расчёты сопряжения звёздных аспектов с созвездиями божеств, определив, какой из них какую магию может усиливать. По некоторым из божеств данные проверили, но по Воину это оставалось теорией. И сейчас вы являетесь живым примером того, что это на самом деле так.
Меня посетило лёгкое разочарование. Оказывается, по богам давно всё просчитали до меня, просто я этого не знал. Зарек с предложением наставничества попал в точку, я действительно очень хотел знать то, что знают другие магистры. И цена за это, на первый взгляд, была не слишком высока. Вот только я не мог рассказать, что Воину понравились мои песни, которые я притащил из другого мира. То, что я попаданец, требовалось держать в тайне от кого-либо. В этом я был абсолютно уверен. Но и врать не стоило, такой, как Зарек, за полтыщи лет жизни явно любую ложь распознаёт влёт даже без магии, на одном жизненном опыте.
«Врать нельзя, но можно сказать часть правды», — подумал я.
— На самом деле всё произошло почти случайно. Я, сам того не зная, нанёс оскорбление Воину, случайно сев на понтийский вардрам. Это такой барабан.
— Точно, понты! — не сдержавшись, воскликнул Зарек. — как я не подумал? Это же их бог! Если через кого и пытаться получить его благословение, то только через них.
— Да, — кивнул я, — так, собственно, и вышло. В Академии Анкарна, где я преподавал, заместителем ректора по внеучебной и воспитательной работе была как раз понтийка. Чуть не прибила меня, конечно, но потом заставила пройти ритуал очищения по понтийским канонам. Ну, знаете, это их специальная одежда, специальный костёр, пляски с вардрамом вокруг него. Я, честно говоря, даже не слишком хорошо помню, что там происходило. Потому что впал в какое-то полугипнотическое состояние, а наутро, когда проснулся, обнаружил у себя на плече метку Воина.
— У понтов нету магов, — прошептал Зарек, потирая лоб. — Ну, кто когда мог подумать… Что их ритуал… Какой маг, когда бы прошёл понтийский ритуал, особенно не имперский?
Он забегал по террасе, то и дело бормоча что-то неразборчивое себе под нос. Остановился, с горящими глазами повернувшись ко мне:
— Вольдемар, вы гений!
— Просто повезло, — скромно ответил я, — и я не могу гарантировать, что будет тот же результат. Часть происходящего я не помню.
— Не важно, — убеждённо ответил Зарек, — Главное, вы показали путь. Остальное вторично. Позвольте и мне сделать вам подарок.
Остановившись, магистр чуть-чуть улыбнулся:
— Я думаю, он вам тоже понравится.
Я приподнял бровь, не совсем понимая, какой подарок он имеет в виду. Но, проследовав мимо меня к выходу с террасы, он махнул рукой, призывая следовать за ним.
Спускались мы куда-то очень глубоко, явно ниже уровня замка, потому что дальше винтовая лестница шла уже в вырубленном в скале вертикальном проходе. По моим ощущениям, мы опустились уже даже ниже уровня земли, когда наконец вышли к чему-то очень сильно напоминающему тюремные камеры.
— Здесь, мой друг, — произнёс мужчина, — находится то, что, думаю, поднимет вам настроение. Он провёл меня к одной из дальних камер, которая при его приближении со скрипом распахнулась. В которой я увидел троих пленников.
Условия их содержания были, мягко говоря, совсем не комфортными. Не было даже кровати, лишь стопки полугнилой соломы, на которых лежали три давно немытых, измождённых тела, при нашем появлении едва сумевших открыть глаза и посмотреть на нас, слепо щурясь от зажегшихся в коридоре магических огней.
— Кто это? — с удивлением спросил я, оглядывая явно молодых людей, почти подростков.
— Не догадываетесь? — лукаво прищурил Зарек. — А посмотрите внимательней.
Я снова перевел взгляд на пленников. Затем сначала магическим зрением, а потом некромагическим осмотрел их, после чего сразу всё понял. Передо мной находились три некроманта. Молодых, необученных, с слабым даром, но некроманта. Я перевёл вопросительный взгляд обратно на магистра. На что тот сделал широкий жест и произнёс:
— Теперь они ваши, Вальдемар, можете сделать с ними всё, что захотите.
Некоторое время я смотрел на него, пытаясь понять, что это вообще всё значит. А потом до меня дошло. Все эти мои разборки с нежитью в Академии Анкарна, лич, толпа мертвяков, видимо, уверили магистра в том, что я непримиримый борец с некромантией и некромантами, и для меня нет лучше подарка, чем несколько адептов запрещённой магии. Интересно, он считает, что я прямо здесь и сейчас должен их убить? Или, быть может, начать пытать? Я не мог проникнуть в мысли стоявшего рядом со мной мага, но пауза затягивалась, нужно было что-то сказать. И я, подумав немного и снова критически осмотрев пленников, произнёс:
— Спасибо, магистр. Это очень щедрый подарок. Но, честно скажу, у меня пока нет желания с ними заниматься. Однако, после симпозиума я, пожалуй, буду готов их забрать с собой в Тингланд. У меня как раз появилось несколько идей относительно опытов с носителями некромагического таланта.
— О, Вольдемар, не переживайте, они пробудут здесь столько, сколько вам надо. Мои слуги проследят, чтобы с ними ничего не произошло, и они сохранились в хорошем физическом состоянии.
Постояв ещё секунду, я отвернулся от пленников, отошёл от камеры и спросил магистра:
— Может, до симпозиума вы немного сократите пробелы в моих знаниях относительно магистерской науки, чтобы не выглядеть перед коллегами совсем уж новичком?
— Конечно, мой друг, конечно, — улыбнулся Зарек, — с радостью поделюсь с вами
