— Швах, швах, — ударил он на то место, своей якобы рукой, где я только что стоял.
— Швах.
Я развернулся и помчался в обратную сторону. Пора усовершенствовать удар, что видел народ, а иначе меня утопят.
Противник неспешно последовал за мной. Я достиг отправной точи и начал набирать скорость. На третьем прыжке направился в верх и заработал крыльями, подхватил тело и сразу развернулся, хотя он попытался меня достать. Я вновь повернул в точке откуда начинал и сложив под нужным углом крылья, стремительно полетел на него. На подлете успел поднырнуть под вытянутые плети и на скорости ударить лапой от души. Его перерубило пополам, две водянистые части упала в разные стороны и тут же исчезли. Противник появился на площадке.
Я неспешно направился к воздушнику, с этим не имеет смысла разгоняться. Эти гады отталкиваются от воздуха, так что сможет улизнуть в любой момент, тут надо зацепить, а для этого пригодиться неожиданный удар.
Мне на встречу также неспеша идет воздушник. От него отлетает сероватая дымка, да и сам он как серая тучка, что никак не успокоиться. Он вытянул в мою сторону руку и от его ладони стремительно понесся уплотненный воздух, мне ударило в грудину и протащило несколько метров, не помогли даже выпущенные когти.
На трибунах заулюлюкали. Сверху обрушилось давление, тяжело даже голову поднять, перегруз четвертой степени, явно любое движение меня должно убить. Я превозмогая боль скакнул из воздушно столба. На лице воздушника отразилось не поддельное удивление. Он сделал какие-то пасы руками и я увидел на пути к нему в воздухе висящие темно-серые шарики. Пройти не задев будет сложновато. Но проверить все же стоит. Приблизился, и осторожно коснулся лапой первого шарика. Тот мгновенно взорвался, обдав меня тугим порывом ветра. Я успел почувствовать, что в лапе перебиты все кости, благо регенерация все зарастила быстро. Если бы не она, то мне пришлось бы плохо. Воздушник вытянул лицо, когда я спокойно встал на поврежденную лапу. Он махнул двумя руками в мою сторону и шарики полетели ко мне.
Я оглянулся, бежать от подобного не имеет смысла. Но и сдавать свою неубиваемость не стоит. Вздохнул и помчался на шарики, надеясь как можно быстрее добраться до мага. Со всех стороны послышались громкие хлопки, перья с кровью стали отлетать с разных сторон. Я приложил все усилия, глядя только на пораженного моей живучестью мага и подскочив к нему ударом лапы снес к чертям подальше голову. Она как мяч ударилась о борт трибуны и тело исчезло. Я закрыл глаза, переживая фантомные боли. Регенерация хороша, но боль все же успеваешь почувствовать, даже если она длилась всего секунду. Такое почему-то запоминается.
Услышал свист, открыл глаза и огненный шар разбился о мою голову. Глаза выжгло, перья нагрелись и тут же все прошло. Вновь закрыл глаза, давая себе время пережить подобные ощущения. На всякий случай закрылся крылом. И как оказалось не зря, еще два огненных шара прилетели практически одновременно. Крыло переломало взрывами, перья разлетелись в разные стороны, большинство в крови. Секунда и у меня крыло целое, но ошметки так и валяются на коротко-стриженной траве.
— Какого лешего? — заорал огненный противник.
Я встряхнулся и направился к нему. Он стал посылать в меня шар за шаром, бить какими-то огненными конструкциями сверху, я лишь продолжил приближаться. Пусть верят в мою толстокожесть, мне это на руку.
Осталось пара метров. Маг изменил стратегию и стал вливать энергию в шар рядом с собой. На его ладони стал раздуваться шар огня, он вздрагивает, будто живой, как сердце.
— Сдохни, — зло пожелал маг и приложил вторую ладонь к шару.
Тот стал быстрее расти. Я запоздало понял, что сейчас будет и плюхнулся на пузо, прикрылся крыльями и придавил лапами голову к земле. Голова самое главное, ей надо уцелеть.
Сначала раздался оглушительный взрыв, а затем все тело обожгло. Взрывов оторвало крылья, попыталось раздвинуть лапы, но удалось их удержать. Каждая клеточка тела в огне, но боль не уходит, я продолжаю гореть.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Через пелену в глазах увидел место взрыва перед собой, от мага ничего не осталось, вокруг на десятки метров бушует пламя, вот почему я продолжаю гореть. Взгляд поймал золотистый блеск. Золотую монетку взрывом воткнула в щиток стадиона. По пламени дошел до нее и принялся вытаскивать ее клювом, лапы слишком большие, даже не замечают ее. С трудом, но удалось ее вытащить. Неспешно по все еще горящей земле направился к центру стадиона.
Народ возбуждено заорал. Послышались сомнительные комплементы "бронегрифон", "живучая курица", "поганый читер" и им подобные.
Ко мне с трибун направился Факел.
Я передал ему монетку. Он взял ее, внимательно осмотрел.
— Знаешь, я ее оставлю как трофей, — сказал он, поглаживая по ее оплавленному ребру.
— Как хочешь, — равнодушно ответил я.
Он удивленно посмотрел на меня.
— Ты что бессмертный?
— А должен быть? — спросил я.
— Это не ответ, — уличил он.
— А он должен быть? — вновь спросил я.
Он задумался.
— Пожалуй, нет, — сказал он и засмеялся. — Ты начинаешь мне нравится. Четыре сотни золотых тебе ждут по выходе из арены.
— Передайте во-он той, ее ник Смотрящая в даль, — попросил я. — Она казначей.
— Хорошо, — ответил Факел равнодушно. — Ну что готов дальше нас удивлять?
— А долго еще? — устало спросил я.
Он задумался.
— Один, может быть два поединка, — задумчиво произнес он.
И я понял, что мое мнение его вновь не интересует. Жаль, ведь именно это не позволит нам стать друзьями.
— Я готов, — сказал я и направился уже по традиции в свою сторону, где должны быть футбольные ворота.
— Отлично, — согласился Факел. — Сейчас я подберу противников.
По пути к своему месту, он выкрикнул четыре имени. Названные поднялись и вышли к нему на центр стадиона. Зрение грифона позволяет отлично видеть каждого, вот бы еще такой же слух, но нет, лишь неразборчивый набор звуков до меня доносится.
Бойцы кивнули и по двое удались на другую половину стадиона.
— Внимание, — заорал в микрофон Факел. — Если эту победу одержит грифон, то каждый из побежденных сольет на создаваемую вещь характеристику, что укажет грифон.
На трибунах ахнули. Слить не количество, а характеристику обозначает, что ее развивать заново. Слишком суровое наказание. Но никто из присутствующих не посмел возразить. Видимо Факел править железной рукой, что даже такие приказы оставляют за ним лидерство, а ведь это всего лишь дружеский бой.
— Согласен? — спросил у меня Факел.
Я посмотрел на решительные лица противников. Пряник и правда слишком хорош, но четверых врагов за один бой на всю жизнь наживать не стоит.
— Могу взять по тысячи золотых за каждую не слитую характеристику, — предложил я.
Факел посмотрел на дуэлянтов, те спешно закивали. Я уловил на их лицах облегченные улыбки. Конечно, одно дело развивать первую сотню, а совершенно другой разговор поднимать скажем силу до восемьсот первого уровня, до сих пор больно вспоминать, а ведь всего единички к характеристики.
Маги встали по двое. Огонь и воздух, земля и вода.
— Готовы? — рявкнул Факел.
Я кивнул, они тоже.
Он быстро удалился и передо мной появилась зеленая кнопка, сразу ее нажал. Противники также не стали задерживаться.
Я почувствовал, что воздух стал увлажняться. Водяной маг очень далеко, значит этот гад сильнее, чем прежний, на таком расстоянии колдовать, даже не знаю насколько надо волю развить.
Под ногами земля зачавкала, ноги стали вязнуть. Посмотрел на мага земли, он тоже не стоит без дела, колдует зараза.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Медлить нельзя. Стал прыжками разгоняться, поднимая брызги грязи. Только собрался прыгнуть, как из земли выскочил комок грязи и облепил всего с ног до головы. Меня повалило на землю. Сверху наполз слой воды и стало нечем дышать. А на пару они оказывается значительно сильнее.
Встряхнулся как пес, грязь полетела в разные стороны. На трибунах смех. Вода толстым слоев облепила голову, воздуха все нет. Перед глазами появился отчет в двадцать секунд.
