хранится порошок. Но я не собиралась говорить Эдгару правду.
– Пожалуйста! – умоляла я, задыхаясь от бега и волнения. – Сентифлёры ни в чём не виноваты!
Мы прошли коридор с раздвижной дверью, где валялись выбитые из перегородки кирпичи.
– Может, и не виноваты, – ответил Эдгар, – но они продолжат делать то, что начали «вечные». – Он вытолкнул меня из коридора в кабинет, а оттуда в аптеку ароматов. – Лаборатория, – пробормотал он и поволок меня назад. Я сумела ухватиться за ближайший шкаф, но мой противник был сильнее. Когда мы проходили мимо другого шкафа, я схватила какой-то флакон. У двери лаборатории Эдгар швырнул меня на пол, флакон выпал у меня из рук и укатился под стол, на котором стоял дистиллятор.
– Где он?! – прорычал Эдгар и, заперев за нами дверь, окинул взглядом лабораторию. – Где метеоритный порошок?!
– Даже не надейся, что скажу! – огрызнулась я.
– Ладно, раз ты такая несговорчивая, тогда я разнесу вашу лабораторию.
Вокруг Эдгара снова закрутился голубой вихрь. Я невольно схватилась за ножку стола. Но Эдгар, кажется, не собирался уносить меня с помощью «Вечного путешествия через века» в другое место.
– Нет! – закричала я и задохнулась от ужаса. Вокруг меня трещали полки, разлетались осколки стекла, в воздухе летали засушенные цветы и листья.
В дверь лаборатории забарабанили – это были Матс, Элоди и остальные! Но они не могли к нам попасть.
Погром продолжался, и Эдгар подошёл к одной из упавших полок.
– А-а, – услышала я его возглас. – Как старомодно.
Он нашёл секретный сейф!
Я вздрогнула, когда увидела, что Эдгар достал из куртки флакон и нанёс пару капель на цифровой замок.
– «Пар оракула», – сообщил он мне почти дружеским тоном. – Один из твоих любимых ароматов, верно?
– Эдгар... – прошептала я, но сейф уже щёлкнул.
В стеклянном контейнере осталось совсем немного метеоритного порошка.
– Пора уходить, – усмехнулся Эдгар. – К сожалению, Рафаэль покинул меня раньше времени и оставил много работы.
Он рывком поставил меня на ноги. Я пыталась выбраться из голубого вихря, снова закружившегося вокруг нас.
В это мгновение дверь слетела с петель, и в лабораторию ворвались Даан, Матс, Элоди и Леон.
В глазах Даана вспыхнула ярость, когда он понял, что Эдгар собирался забрать меня с собой.
– Элоди! – крикнул он. – Давай!
Элоди нырнула под локтем Даана, простёрла руки к Эдгару и обрушила на него ментальную атаку. И хотя он держал меня прямо перед собой, атака Элоди пронеслась мимо меня и ударила в Эдгара. Он пошатнулся.
Откуда ни возьмись рядом со мной возникли Матс с Леоном и оттащили меня от Эдгара. Все произошло так стремительно, что я не успела опомниться. Эдгар пытался снова меня схватить, но Матс так сильно рванул меня к себе, что мы вместе рухнули на пол.
Голубой вихрь вокруг Эдгара замедлился и постепенно бледнел. Это Элоди использовала новый приём в своей атаке. Возник туннель, отделивший Эдгара от остальных. Только Даан стоял напротив него.
– Мне очень жаль, – сказал старый ароматекарь, – но по-другому не выходит. – Даан достал флакон с «Бесконечным сном».
По туннелю, созданному Элоди, поплыли тёмные клубы паров. Они были направлены только на Эдгара и летели по заданному пути, поэтому могли попасть только в него.
У меня перехватило дыхание, и я растерянно застыла на месте.
– Не-ет! – проревел Виллем. Он ворвался в лабораторию и бросился к Даану. Оттолкнув его, он нырнул в туннель и, схватив внука, вышвырнул его наружу.
Эдгар больно ударился о пол, но не спускал глаз с тёмных полосок – они оплетали Виллема, который полностью оказался в их власти.
Я видела, как Элоди испуганно отпрянула и опустила руки, но было слишком поздно. Туман «Бесконечного сна» окутал Виллема.
– Нет! – закричала я.
Элоди всхлипнула и уронила руки, Даан и Леон застыли на месте. Руки Матса, обнимавшие меня, судорожно напряглись. Всё затихло. Никто не издавал ни звука.
Туннель, образованный ментальной атакой Элоди, улетучился.
Виллем неподвижно лежал на полу. Его кожа стала серой и безжизненной.
Но он ещё дышал.
* * *
Из горла Даана вырвался крик отчаяния, и он опустился на пол рядом с Виллемом. Сейчас старый ароматекарь казался маленьким и хрупким. Он весь поник, и я не видела его лица. Но по дрожи, сотрясавшей его тело, я поняла, что он рыдал в отчаянии.
– Виллем... мой старый друг! – шептал Даан. – Прости меня... Как... как могло это случиться?!
– Элоди! – негромко воскликнула я. Она посмотрела на меня округлившимися от ужаса глазами. – Что нам делать? Какой взять флакон? Быстрее! Ты же создавала этот аромат вместе с Дааном. Ты знаешь, как отменить его действие.
Элоди грустно покачала головой:
– Действие «Бесконечного сна» невозможно отменить.
В лаборатории снова повисла тишина. Слышалось только прерывистое дыхание Эдгара. С окаменевшим лицом он сидел, прислонившись к стене, рядом с Виллемом.
Старый садовник медленно открыл глаза и, посмотрев на внука, едва слышно прохрипел:
– Ты вовсе... не... плохой. Твоя мать... любит... тебя.
– Мою мать десятки лет держали в неволе, – дрожащим голосом заявил Эдгар. – Я отомщу и за неё!
– Это не выход. – Виллем слегка приподнял голову и с любовью взглянул на внука. – Я прожил на этом свете сто шестьдесят три года, слишком долго и не по своей воле. И я сам носил в себе... столько злости и ненависти. – Он закрыл на секунду глаза, чтобы собраться с силами. – Но теперь вы с Хеленой можете начать всё с начала, жить в мире.
– В мире? – переспросил Эдгар, словно Виллем сказал что-то абсурдное.
Садовник кивнул:
– Я всегда хотел, чтобы вы были счастливы. Только ради вас все эти годы я искусственно продлевал свою жизнь. Чтобы оберегать вас. Это была моя единственная задача. – Виллем сжал руку внука. Он с трудом дышал. – Но... теперь я должен наконец уйти. Я сделал всё, что хотел. Я не представляю себе более радостного прощания, чем сейчас.
Дыхание Виллема постепенно слабело. Он закрыл глаза и уснул. На его лице появилось выражение, которое я никогда у него раньше не видела. Он казался... довольным.
Я хорошо помнила, как ужасно боялась Виллема, когда мы только поселились на вилле «Эви». Он казался мрачным и загадочным и кричал на
