Желтое облако расползалось, отгоняя чудовищ все дальше и дальше. Некоторые начали прятаться обратно в свои люки. И наконец наступил момент, когда между мной и Домом Линзы стало чисто.
Нужно было идти. Пульс бил по виску чугунным молотом, ладони вспотели. Я сделал несколько глубоких вдохов – и спрыгнул на бетон. Ничего не произошло – меня не окликнули, многоножки все также извивались на границе желтого тумана.
Освещенное пространство я миновал бегом, настраиваясь при необходимости расстрелять всякого, кто встанет у меня на пути. Возле ялика остановился, перевел дыхание, затем начал настороженно обходить машину вокруг.
Вот он – открытый шлюз и светлый коридор за ним. Я оглянулся на всякий случай, а когда вновь посмотрел в коридор, там уже стоял Контролер.
Он стоял и смотрел на меня, и ни единого чувства нельзя было прочитать на его лице. Я почему-то резко забыл, что секунду назад собирался расстрелять любого встречного.
– Все в порядке? – спросил он. Голос у него был какой-то железный, и доносился он из коробочки, висящей на поясе. Видать, у бедолаги проблемы с голосовыми связками.
– Все в порядке, – оторопело согласился я.
– Помоги разгрузить машину.
Я, словно робот, пошагал за ним и начал заносить в коридор какие-то ржавые баллоны. Похоже, он принял меня за охранника, хотя на мне и не было пятнистой формы. Что ж, еще один раздолбай на моем многотрудном пути – это не так плохо...
Когда с разгрузкой было покончено, Контролер забрался в ялик и сказал из своей коробочки:
– Возвращайся на пост. Газ скоро разойдется.
Я кивнул и зашел, конечно, в коридор. Пусть думает, что там мой пост. Ох, пронеси, господи!..
Шлюз закрылся, и я очутился один в страшной тишине. Ну, что... Надо двигать костями. Не стоять же здесь до утра...
Когда Батя объяснял архитектуру Дома Линзы, все казалось понятным. Теперь же я озадаченно чесал затылок. Согласитесь, между теорией и практикой всегда есть какая-то разница.
Коридор закончился винтовой лестницей, ведущей вниз. Здесь почти все лестницы вели под землю – Дом Линзы высовывался над ней только самой макушкой.
Внизу раздались голоса. Я распознал язык Контролеров, который мне уже приходилось не раз слышать.
Опять стало тихо. Спустившись по лестнице, я оказался на перекрестке двух коридоров и тут же заметил овальную дверь в стене. Все мои попытки вспомнить, куда идти, были безрезультатны. Следовательно, настало время проб и ошибок. Я молил небеса, чтобы моя первая проба не оказалась последней ошибкой.
Я толкнул дверь, и она легко отворилась. Передо мною было ярко освещенное помещение неопределенной формы с длинным столом вдоль противоположной стены. И на том столе лежал Гена.
Он был такой же – в тельняшке, в брюках с задранной штаниной. Единственное, что появилось нового, – это два отверстия, темнеющие на груди в кровавом обрамлении. Аккуратные, выверенные, будто не на человеческом теле сделанные, а на металлической детали.
Вот, значит, как лечат Контролеры... А ведь, как ни крути, это я привел Гену к ним.
Я отвернулся, и тут же мой взгляд упал на груду свертков из желтой бумаги. Из некоторых высовывались клоки одежды, пожелтевшие ладони, всклокоченные волосы.
Меня немного «повело» от соседства с кучей измочаленных трупов, и я схватился за стену. Их, видимо, привозили сюда прямо с операций. На некоторых еще болтались мешки и чехлы с экипировкой. Только зачем они здесь?
В коридоре послышались голоса. Я отскочил на середину комнаты, лихорадочно озираясь. Некуда, решительно некуда спрятаться, разве что...
Была не была. Я подбежал к мертвецам, сорвал с одного бумагу и, кое-как завернувшись в нее, бухнулся в общую кучу. Дверь начала открываться.
Я чувствовал, что еще несколько секунд, и меня вывернет. Вот будет потеха! Между тем в комнату вошли два Контролера. Они притащили высокий черный бак, который поставили рядом со столом. Меня посетила странная ассоциация: показалось, что этот стол – разделочный.
Негромко переговариваясь, они общупали одежду на моем мертвом приятеле, затем поверхность стола начала двигаться, и тело медленно уехало в отверстие, открывшееся в стене. На стол переложили еще одного, срезали ремень, вытряхнули что-то из карманов, побросав в бак. Тело небрежно завернули бумагой и точно так же отправили в неизвестность по движущемуся столу. У следующего они не нашли ничего для себя интересного.
Затем наступила моя очередь. Я весь был напичкан «интересным» – от какафонов в кармане до автомата под курткой. Я как-то сумел сохранить присутствие духа и напыжил все мышцы, чтоб казаться окоченевшим трупом.
Вы никогда не пробовали прикинуться окоченевшим трупом? Рекомендую попробовать – незабываемое чувство! Контролеры бросили меня на твердый стол, сорвали бумагу. Один удивленно вскрикнул – они увидели автомат...
Я открыл глаза и сел, беспечно улыбнувшись. Ствол оказался направлен прямо на них. Контролеры моргали своими нездоровыми глазками, перебирали кривыми пальчиками, их челюсти нервозно ходили туда-сюда.
– Все нормально, – сказал я. – Продолжайте работать.
И, оттолкнувшись ногами от края стола, переместился на поверхность транспортера. Меня повлекло к отверстию в стене, пришлось лечь, продолжая держать оторопевших Контролеров на прицеле.
Стало темно. Я плыл по какому-то из внутренних тоннелей Дома Линзы и размышлял: когда те двое опомнятся и сообщат о моем воскрешении? И через какое время меня снимут с этой ленты?
Тоннель тем временем пошел под уклон. Может, снимать меня нет никакой необходимости? Может, трупы идут прямиком на уничтожение и я сейчас окажусь в шахте газовой печи?
И тут транспортер остановился. Было темно и очень тихо, только какой-то едва уловимый рокот доносился до ушей. Словно глубоко внизу работала большая мощная машина.
«Начинается... – сокрушенно подумал я, чувствуя, как за шиворот пополз холодок. – Что теперь? Заполнят тоннель газами?»
Но никакими газами не пахло. Я лежал на жесткой ленте, обняв автомат и стараясь не трястись. «Уползать надо», – подумал я. И уполз бы непременно, но тут рядом послышалось какое-то чириканье или посвистывание. Кузнечики!
Они были совсем близко, может, буквально за стеной. Через секунду я убедился, что все значительно хуже. Они не за стеной. Они ползут за мной по транспортеру. И ползут очень быстро – я слышал это. Казалось, еще минута – и они вцепятся своими жалами мне в пятки.
Самое время было выходить на тропу войны. Я потер друг о друга взмокшие ладошки, перехватил удобнее автомат и, прикусив губу, вслепую выстрелил в темноту. Моментально посвист перешел в пронзительный визг – попал! А поскольку визжат, надо попасть еще хотя бы пару раз...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
