— Янка, ты не забыла, что мы по роумингу разговариваем? Даже страшно подумать, сколько ты за свою исповедь отвалишь.
— Мне шеф конверт с деньгами подогнал за хорошую работу, — съязвила Янка.
— Так ты лучше купи что-нибудь, а то проговоришь всё по телефону.
— Вот и думай, кто лучше: богатый импотент, который на тебе женится и подарит роскошную жизнь на блюдечке с золотой каёмочкой, или богатый женатик, который ни за что на тебе не женится и будет предоставлять радости жизни под настроение, когда ему захочется.
— Я думаю, всё же лучше импотент, — тут же отозвалась я.
— Вот и я про то же. Импотент даст статус жены, и от него всегда с умом можно гулять, а женатик никакого статуса дать не может. Разве только любовницы. Но это статусом не назовёшь, потому как связь тайная и про неё никто не должен знать.
Я ещё раз напомнила подруге, что мы говорим по роумингу, и пообещала скоро позвонить. Как только я вышла из комнаты, так сразу же почувствовала, что на кухне пахнет горелыми.
— Карла, ты не видишь, у тебя мясо горит?!
Глава 20
— Карла, где ты, чёрт побери! — завопила я и бросилась на кухню, задыхаясь от дыма.
Я выключила плиту, с отвращением глядя на сгоревшие котлеты, и обернулась в поисках домработницы. Та сидела у холодильника в странной позе.
— Карла, тебе плохо? Что с тобой?
Увидев торчащий из её груди нож, я вскрикнула от страха и выбежала на улицу.
— Кошмар! — закричала я, набрав по телефону Леона. — Карлу зарезали! Я не буду доставать из её груди нож. Я боюсь! Убийство точно такое же, как в Венеции!
— Я сейчас приеду, — бросил Леон.
Через час он подъехал к дому. Ожидание показалось мне вечностью. Я сидела на крыльце и тряслась от страха, мне чудилось, что убийца может вернуться и на этот раз уже расправится со мной.
Увидев Леона, я бросилась к нему на шею и заревела в голос.
— Леон, что происходит? Я ничего не понимаю!
— Лика, но ведь в доме никого, кроме тебя, не было.
Я захлопала ресницами и, заикаясь, произнесла:
— Ты действительно думаешь, это я?
— Может, ты просто о себе чего-то не знаешь?
— Леон, ты с ума сошёл.
— Только не нервничай. Успокойся.
— Если ты сейчас вызовешь полицию, меня точно посадят. Я же не смогу доказать, что нахожу трупы случайно.
— За Карлу не переживай. Я не буду вызывать полицию; как стемнеет, мы от трупа избавимся. Скинем в реку или закопаем где-нибудь. В полицию сообщать нельзя, два убийства — это уже серьезно!
— Леон, но ведь получается, убийца где-то здесь! И он следит за нами! — Я плохо соображала, и меня чудовищно лихорадило.
— Выпей коньяку, станет легче.
Леон сходил за коньяком. Я взяла бокал дрожащей рукой и залпом выпила. Через мгновение перед глазами всё поплыло, и я провалилась как в нирвану. Где-то там, в забытьи, я видела комнату со свечами и стоящих надо мной голых мужчин, которые совокуплялись со мной по очереди. Когда я открывала глаза и пыталась прийти в себя, Леон вновь давал мне коньяк и шептал:
— Отдохни. Ты ещё не отошла от пережитого стресса. Пока ты спала, я сбросил труп в реку. Тебе больше ничего не угрожает.
— Леон, спасибо. Знаешь, я видела каких-то мужчин. Они надругались надо мной.
— Это просто сон. Успокойся и ни о чём не думай.
Я сделала несколько глотков коньяка и вновь попала в объятия Морфея. Когда с огромным трудом я открыла глаза, то увидела настоящую оргию, где меня имели все, кто хотел. Рядом стояла Карла и тискала мои груди.
— Карла?! Ты же умерла…
— Какая ты сладкая, — шепнула она и прильнула ко мне губами.
Я попыталась её оттолкнуть и увидела в кресле Леона, который теребил свой сморщенный член.
— Леон, что происходит?! — Собрав последние силы, я дотянулась до подсвечника и что было силы врезала по голове сидящего на мне незнакомого мужика. — А ну пошёл отсюда!
Мужик закричал от боли, тут же ретировался, схватившись за голову.
— Леон, ты ответишь за это! Ты же обещал, что русская шлюха будет лежать смирно и мы сможем делать с ней всё что захотим!
— Сейчас я налью ей коньячку с дозой, и она будет в порядке. Клара, где её соска?
— Ах ты мудак! — Я скинула на ковер второй подсвечник с горящими свечами.
В комнате начался пожар. Все вокруг кричали и пытались выбраться из закрытого помещения. Я смотрела на гадких голых мужиков, морщилась от чудовищной головной боли и мысленно благодарила небеса за то, что наконец всё закончилось.
Эпилог
Не знаю, как я осталась жива. Врачи говорят — это просто чудо. А я считаю свой поступок ошибкой. От полицейских я узнала, что в той страшной круговерти сгорело несколько мужчин и домработница Клара. Леона взяли под стражу. Оказалось, он специализировался по сайтам знакомств, искал русских дурочек типа меня и предлагал им неземные богатства. Он действительно пострадал в аварии — стал не только импотентом, но извращенцем, который устраивал в доме оргии.
Было установлено, что две «невесты», приехавшие до меня, пропали без вести. Скорее всего, от смеси алкоголя и наркотиков, которыми их постоянно подпаивали, у них отказало сердце, и Леон поспешил от них избавиться. Убийство Карлы инсценировали, ведь Карла была правой рукой Леона, принимала участие во всех оргиях и помогала ухаживать за пленницами.
А вот смерть Ларисы была настоящей, и убила ее Карла по поручению Леона. Она следила за каждым моим шагом, оставаясь невидимой. Смертью Ларисы они хотели меня напугать, выбить из колеи, подчинить Леону полностью. Карлу взяли под стражу вместе с Леоном.
Странно, но из моих вещей сохранилась только сумка, в которой лежала бумажка с номером телефона Андрея, моего попутчика в самолёте. Не знаю зачем, но я ему позвонила и сказала, что лежу в больнице с серьёзными ожогами. Он обещал приехать.
— Да я просто так позвонила… Мне ничего не нужно.
— А я просто так приеду. Знаете, мы столько времени не виделись, но моя жизнь до сих пор пахнет вашими духами. Вы тогда, в самолёте, так сильно надушились, что я их чувствую до сих пор.
Я хотела улыбнуться, но скривилась от боли. Все мои операции оплачивал Янкин шеф. Кто бы мог подумать, что он окажется таким щедрым и великодушным? Они приехали ко мне вдвоем и не могли дождаться, когда снимут бинты. Я понимала: чтобы восстановить лицо, понадобится не одна операция, но очень хотела жить и была готова к любым тяготам.
— Мне сказали, что после операций я буду похожа на куклу, — тихо произнесла я. — На куклу, у которой больше нет сердца.
— Есть у тебя сердце, не трынди, — как могла, поддерживала меня Янка.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
