Читаем без скачивания Свадьба отменяется. Осада - Вера Чиркова

Незаметно подойдя почти вплотную, коллеги остановились и очень скоро сообразили, что присутствуют при переговорах четвёрки старших учеников с Чино, помощником Ленбара.

– Чино, ну будь ты человеком…

– А кто я, по-твоему?

– Мы только поговорим… доброго утра пожелаем.

– Нет, метр запретил.

– Но мы же ему не скажем? И ты тоже… Чино, ну не упрямься. Вот честное слово, мы им ничего не сделаем, только поговорим.

– Нет.

– Ладно, будь по-твоему. Но не забудь… вернётся Каражай и девчонок заберёт… это его добыча. Так что зря ты ссоришься с друзьями.

– Я с вами не ссорюсь.

– Тогда пусти нас… всего на пять минут… не пожалеешь, всё, что захочешь, потом с меня проси.

– Гектор, ты очень здорово умеешь убеждать, – заметив почти неуловимую усмешку, скользнувшую по губам Чино, Ленбар сбросил морок, – поэтому входи.

– Метр… – горестный выдох Бустена заставил Тайвиноса развеселиться.

– И не один, – сообщил он, становясь рядом с коллегой, – но сначала напомните, что я вам вечером сказал?

– Кормить, запереть… – запинаясь, перечислил блондин, – мы всё выполнили…

– Незачет, ты не припомнил почти половину приказа, я ещё сказал – не разговаривать. Кланг, было такое?

– Было… – убито прошептал шатен, – но мы и не разговаривали…

– Но не по своей воле. Просто Чино не пустил. Вот учитесь у него, как нужно выполнять распоряжения! Давно пора понять: из учени– ка, не умеющего внимательно слушать и аккуратно исполнять, никогда не получится ответственный маг. Только такой разгильдяй, как Каражай.

– А он будет жить? – вспомнил про учителя кто-то из красавцев.

– Пока неизвестно… мы сделали всё возможное, но даже если исцелится – его ждёт суд, – вступил в разговор Ленбар, – так выбирайте – сейчас заходите в комнату и при нас пять минут разговариваете с девушками, а потом – на месяц идёте в южную башню. Или бегом направляетесь к моим ученикам и начинаете вместе с ними изучать свойства трав и минералов, сегодня у нас алхимические занятия.

– Я мог бы взять двоих… – дипломатично глядя в сторону, небрежно сообщил Тайвинос, переманивать учеников считалось тут дурным тоном.

– Пусть скажут своё решение, и выбирай любых. – Усталому Ленбару совершенно не хотелось препираться из-за пары чужих учеников.

– Я – учить алхимию, – первым сдался блондин.

– Я – тоже. – Кланг прекрасно понимал, что договориться с монашкой, которую он с таким трудом выменял у Бустена, сегодня не удастся, и вовсе не желал целый месяц заряжать бесчисленные камни.

– Тогда и я. – Жанго нехотя шагнул к друзьям.

– А я пойду туда… – Гектора явно заклинило природное упрямство.

– Учти, ты сам выбрал. – Ленбар вальяжно ухмыльнулся и шагнул к двери.

Но внезапно остановился, хитро глянул через плечо и доверительно сказал:

– Но я должен тебя предупредить… хорошенькая девица в золотых кудряшках – это принцесса Аглесса. И если она в тебя влюбится, то ты должен будешь жениться. А если ты женишься на принцессе, то должен будешь покинуть нас, принцы здесь не нужны. И последнее – прежде чем ты нас покинешь, мы вынуждены будем подчистить тебе память, вернуть истинное лицо и ограничить способности. Ну… что выбираешь?!

Гектор, стиснув зубы, смотрел на мага с такой ненавистью, что любой другой на его месте начал бы волноваться. Только Ленбар не был ни другим, ни любым. И прекрасно знал: ученик никогда не рискнёт с ним сразиться. Даже грубить не станет; всем известно, как маг относится к грубиянам.

– Ну? – повторил Ленбар жёстче.

– Иду учить… – злобно процедил Гек.

– Пойдёшь. Но через пять дней. Чино, отведи его в южную башню и скажи – с сегодняшнего дня.

Ленбар решительно отвернулся от учеников, сразу теряя к ним всякий интерес, и щёлкнул засовом.

– Гектор, – Тайвиносу внезапно стало жаль неудачника, – после башни переберёшься к моим ученикам, а ты, Жанго, иди за вещами сейчас.

– Добряк, – насмешливо ухмыльнулся Ленбар, глядя вслед торопливо уходящим красавцам, – смотри, не пожалей потом. Ну, идём?

В гостиной маги обнаружили всего трёх пленниц, и Тайвинос сразу понял, кого не хва-тает.

Принцессы Аглессы.

Ну, всё понятно, время ещё достаточно раннее, а девушка вчера устала и перенервничала. Да и не бывает таких принцесс, которые любят встречать рассвет в полностью одетом и причёсанном виде. Да ещё и с амулетом свежести на шее. Насколько ему известно, скромные и трудолюбивые принцессы встречаются только в сказках. И то лишь в тех, где их воспитывают строгие мачехи.

– Доброе утро, леди, – так и не дождавшись, пока Ленбар соизволит произнести приветствие, заговорил с пленницами Тайвинос, – кто из вас может объяснить, что произошло?

– Любая из нас с радостью расскажет правду, – с далеко не монашеской уверенностью за-явила одетая в строгое одеяние девушка и в упор глянула на гостя зеленовато-голубыми глазами, – в обмен на объяснение, где мы находим-ся и по какому праву нас перенёс сюда этот… степняк?!

– Я вам всё позже объясню, – искоса поглядывая на упорно молчащего Ленбара, мягко пообещал Тайвинос: – рассказывайте.

И они заговорили. Сначала рассказывала монахиня, потом ей принялась подсказывать северянка, а в конце сухо добавила несколько подробностей и Мирена.

Словно лавина обрушилась на магов, когда назвавшаяся Риселлой девушка сообщила имя магини, бросившей в Каражая ножи.

Леди Тренна.

Катренна ле Олански, кто же её не знает!

А они оба были лично знакомы, не го-воря об… нет, пока не получены свидетельства её смерти, про это никому лучше не говорить. И вообще придётся придумать, как понадёжнее скрыть свои подозрения от всех этих пленниц.

– Нам нужно посоветоваться, – правильно расшифровав поданный Ленбаром знак, пробормотал Тайвинос, когда разговорившиеся девушки начали повторяться, – но мы скоро вернёмся. Обещаю… тут вы будете в полной безопасности.

– Дурак, какой же я дурак! – мчась впереди Тайвиноса по проходу, ярился в бессильной злобе Ленбар. – Вот почему я сначала ничего не спросил у девушек? Зачем потащил этого подлеца в лабораторию и возился с ним всю ночь, да ещё и тебя замучил?! Пусть бы он лучше сдох, это было значительно милосерднее, чем то, что сделает теперь с ним… О, боги, как мы скажем, ты подумал?

– Никак. – Тайвинос уже успел сообразить, что можно сделать для начала. – Девушек немедленно переведём в гарем… чтобы никому не проболтались. Дадим Эгомму строгое указание никого к ним не подпускать… пусть подержит в карантине. Пока нет официального подтверждения её гибели, не стоит никому ничего говорить.

– Давай зайдём куда-нибудь… вот хоть сюда, – распахивая двери одной из комнат, пробормотал Ленбар, – мне нужно немного посидеть…

Он одним щелчком перенёс из своих комнат пару кувшинов и блюдо с закусками, взглядом позвал с полки бокалы.

Молча налил себе до краёв и торопливо выпил. Пахнуло кисловатым запахом молодого вина.

– Ты там удивлялся… почему я молчу… так вот, я не хотел, чтобы она узнала меня по голосу. По внешности, сам понимаешь, это невозможно.

Ещё бы, хмыкнул про себя Тайвинос, наверняка Ленбар и сам теперь не знает, как должен выглядеть на самом деле. Но уж точно не сереброволосым красавцем с фиолетовыми глазами под снежно-белыми бровями.

Щедрая сила этого места позволяла магистрам творить чудеса, и они не скупились на приятные мелочи для себя, любимых. И для окружающих. Потому и всем ученикам меняли внешность по их желанию. Только на параметры тела через некоторое время пришлось наложить строгие ограничения. Да и то после того, как обнаружилось, что некоторые новички никогда не смогут остановиться сами. Так и будут стараться во всём превзойти товарищей.

– Она – это Мирена? – Тайвинос понюхал кувшины и плеснул себе медовухи; понятно, что другу нужно выговориться.

– Да. – Ленбар и не собирался скрывать этого намерения. – Я знаю её с детства… дружил с её отцом, делал для него амулеты. Он небогатый дворянин, из провинции, я там жил одно время, потом перебрался в столицу. Однажды получил письмо, Мирену взяли фрейлиной к Аннигелл, и он попросил присмотреть.

Сам понимаешь… не такое уж это приятное задание, но отказать было неудобно. А она оказалась очень миленькой и бойкой, но совершенно неопытной в дворцовых забавах и интригах. Пару раз её подставили, несколько раз подшутили, как шутят только во дворцах… подленько и обидно. Я всю эту братию ненавижу и презираю… и никогда с ними не связываюсь. Но ради неё пришлось вмешаться… разумеется, я не пользовался магией или зельями… если только чуть-чуть. Просто стравил между собой парочку особо злобных её мучительниц да подбросил любовное письмо одной из шутниц её мужу. Через некоторое время интриганы вычислили, что ни одна из их выходок не остаётся безнаказанной, и присмирели, а Мирена повеселела и ожила.