пока я тихо прятала восхищение его навыком создавать из обычных продуктов нечто изысканное. Разве в мужчине могут сочетаться такие качества, как ведение масштабного бизнеса и… любовь к готовке?
- Не ту профессию ты выбрал. – шутливо подначиваю, помешивая спагетти большой деревянной ложкой. Кто бы знал, что металлические приборы способны испортить вкус блюда? Я тоже не знала еще пять минут назад.
- Иногда я тоже так думаю. – парирует Слава, пробуя соус и закатывая глаза от наслаждения. Мне тут же захотелось попробовать тоже, но строгий наказ не отрываться от помешивания, не дает мне бросить деревянную ложку.
Увидев мои щенячьи глаза, парень снисходительно набирает в ложку еще немного соуса и подходит ко мне, подставляя ладонь, чтобы жидкая консистенция не капнула на пол. Я с восторгом пробую восхитительный соус и тоже, не удержавшись, закатываю глаза.
Слава смеется и легонько проводит большим пальцем возле уголка моих губ. Светло-зеленый взгляд в один миг меняется. Дыхание учащается у нас обоих, становится глубже.
Еще миг мы смотрим друг другу в глаза.
А затем резко подаемся навстречу, впиваясь губами. Ураган в мыслях заставляет забыть о спагетти и даже о включенной плитке. Сейчас важны только его руки, крепко обхватившие мою голову и с силой вжимающие в себя.
- Не могу больше ждать. – отрывисто шепчет он в секундных перерывах между сумасшедшими поцелуями. Подхватывает меня под бедра и проворно усаживает прямо на кухонный стол.
Кажется, секс на столе входит в привычку. Надеюсь, до кровати мы когда-нибудь тоже дойдем.
Я с силой зажмурилась, глотая его поцелуи, словно они были чем-то целебным. Наша страсть сметала всё на своем пути - предрассудки, предубеждения, чувства стыда и гордости.
Внутри осталось лишь головокружительное возбуждение, вперемешку с жаром, болью, нуждой. Я едва дышала, боясь нарушить очарование этих секунд – настолько они были сказочными. Его большие ладони скользили по моему лицу, затем ниже, ближе к спине, по ягодицам и, наконец, по ногам, забираясь под юбку.
Каждое движение парня интриговало и завораживало. Где-то на подсознательном уровне мне оставалось только гадать, какая часть тела следующей окажется опаленной кожей его ладоней. Но я ни разу не угадала, потому что его руки двигались в абсолютно хаотичном порядке. И это были самые идеальные прикосновения, потому что он точно знал, чего я хочу. Даже тогда, когда я сама еще об этом не знала.
Мягкие губы касались губ, язык скользил внутри рта, дразня и волнуя. Будто заставляя легкие неразборчивые стоны вырваться из груди. И я поддавалась каждой его молчаливой просьбе с искренним энтузиазмом, потому что знала, каким будет главный приз в этой игре двух человеческих душ.
На секунду он отстранился, и я отметила, как светло-зеленый взгляд заволокло темным туманом похоти и возбуждения. Он хотел меня так же сильно, как я его! От этой неосторожной мысли внутри разлилось почти что детское ликование.
Слава на миг поднял голову к потолку, будто борясь с внутренней жаждой неугасимого желания, которое требует свою добычу прямо здесь и сейчас. А затем, устав ей сопротивляться, сцепил руки в замок на моей талии и заставил встать ногами на пол. Это было непосильной задачей – мои колени дрожали так сильно, что самостоятельно удержаться я просто бы не смогла.
Он развернул меня спиной, положил ладонь по линии позвоночника, заставляя прогнуться. Через мгновение моя блузка была торопливо расстёгнута, а грудь поспешно освобождена от сковывающего кружевного белья. Его руки наспех оставили на ней пару отметин, будто торопясь перейти к следующей цели. А после меня повалили на стол, давая опору, чтобы выдержать эти моменты томления.
Кровь звенела в ушах. Виски пульсировали от напряжения. Я вся была комком оголенных нервов, который с каждой секундой всё больше напитывался электричеством, чтобы в нужный момент отдать этому миру невероятно большую волну жаркого взрыва.
Я чувствовала сквозь ткань юбки его напряжение. Он упирался в мои ягодицы, все больше дразня, доводя до настоящего исступления.
Рука парня с силой сжала плечо, затем снова прошлась по штырю звенящего позвоночника, двинулась ниже, в секунду достигнув юбки, задрала её, оставляя где-то в районе пояса.
Мои щеки опалило красными пятнами. Какое бесстыдство. Я уже знала, что через миг меня лишат и кружевных танго, оставляя с голыми ягодицами.
Хватала ртом воздух. Секс, вожделение и безжалостная решительность буквально повисли здесь, на маленькой кухне. Теперь тут даже близко не пахло едой.
Тяжелые звуки дыхания прервались оглушительно громким шумом дребезжания бляшки ремня. А затем не менее громким звуком молнии на его брюках.
Оставалось только догадываться, где сейчас гуляет его возбужденный взгляд. Лица парня я не могла увидеть, но прекрасно знала как оно выглядит. В прошлый раз эти остро заточенные высокие скулы, жадные губы и животная похоть, раскаленным кинжалом врезалась в каждый дюйм моей памяти. Уверена, сейчас он снова пожирает меня горящим от дикого желания взглядом.
Почувствовала, как он прислонил ногу к моей лодыжке и отстранил ее дальше. Затем то же самое провернул со второй ногой – парой уверенных движений заставил дрожащие колени отдалиться на максимальное расстояние друг от друга.
Между ягодиц в тот же миг врезалась разгоряченная пульсацией плоть.
Выдохнула, опустошая легкие. Издала какой-то беспомощный звук.
Затем сталь его возбуждения спустилась ниже, болезненно потираясь, намокая от влаги, которая из меня сочилась. Но внутрь так и не проникла. Заставила меня выгнуться и со стоном подаваться ему навстречу, умоляя о близости.
Слава будто прочитал сигналы моего тела. В тот же миг начал неторопливо заполнять меня собой. Медленно, с издевательским наслаждением пробивался вглубь. И так же медленно выходил. Так продолжалось несколько бесконечных минут. Движения были неспешными, почти что ленивыми, а внутри меня всё сжималось от нарастающего оргазма.
Парень что-то урчал своим бархатным голосом, но я не в силах была разобрать ни единого слова. Все они сливались в единый звук, который не достигал моего сознания.
И наконец, до ушей донеслась фраза, заставившая рассудок рассыпаться миллионами мелких искр:
- Кончай, девочка моя. – прохрипел он. – Кончай, чтобы потом я трахнул тебя так, как я хочу. Так, как мечтал с первой минуты, когда увидел тебя.
Я забыла, что значит дышать, и что значит слышать биение своего сердца. Тело будто опустошилось, немедленно разрываясь осколками наслаждения. Каждое нервное окончание забилось в конвульсиях. Из глаз хлынули слезы, а легкие обдало настоящим огнем.
Мне не дали опомниться. Сильные пальцы стянули волосы на затылке, немного приподнимая голову. Взгляд уткнулся в стену напротив. На
