Мы оказались в огромном гулком помещении. Через узкие, прорубленные очень высоко окна проникало немного света, я уже начал различать проходы между ящиками, сложенными штабелями. Снаружи доносились злые, недовольные голоса — чистые, древние, слишком громкие.
Потом обе силы пронеслись по улице и столкнулись с таким треском, словно сшиблись две горы. Пол под нашими ногами подпрыгнул, стены склада задрожали. Ослепительные вспышки света стали мелькать за окнами, яркие, словно молнии. Без умолку хлопали гигантские крылья. Сам воздух был пропитан значением момента: существа куда могущественнее людей решали жизненно важные вопросы.
Я довольно тряхнул головой. Все шло по плану, так, как я и хотел. Это Темная Сторона, ублюдки, мы всегда поступаем по-своему!
— Ты представляешь, где мы находимся? — спросила Сьюзи. — Я вижу только ящики, пахнет опилками и кошачьей мочой.
— По-моему, здесь делают заклинания на счастье. Будем надеяться, что и нам кой-что от этого счастья перепадет. Кажется, сюда.
Я оттолкнулся от стены и двинулся в темноту. Сьюзи не отставала.
Мы пробирались между ящиками к дальнему концу склада, но не сделали и двадцати шагов, как остатки двери вышибло мощным ударом концентрированного света. Тьма сразу отступила, все содержимое склада стало видно как на ладони. Я бросился бежать что было сил, Сьюзи — за мной. Пол под нашими ногами ходил ходуном: ангелы врывались на склад сквозь стены, словно те были сделаны из бумаги. Я втянул голову в плечи, но продолжал бежать.
Пол передо мной разверзся, зазубренная трещина в мгновение ока превратилась в широкую расщелину. Я попробовал перепрыгнуть через нее, но не дотянул до края. У меня похолодело внутри, когда мои ноги не нашли опоры и я рухнул в темноту, которой, похоже, не было конца. Но в последний миг мне удалось схватиться одной рукой за край. Плечо взорвалось дикой болью — весь мой вес пришелся на него. Я попытался дотянуться до края второй рукой, но у меня ничего не получалось. Земля по-прежнему содрогалась, поэтому мои пальцы в любой момент могли сорваться. Я посмотрел вверх и увидел Сьюзи: она стояла на краю расщелины, которую только что удачно перепрыгнула. Никогда не сомневался, что ей это удастся.
Сьюзи опустилась на колени и посмотрела на меня, лицо ее было совершенно бесстрастным.
— Уходи, — сказал я. — Ты им не нужна. А я лучше разобьюсь, чем дамся им в руки.
— Я не позволю тебе упасть, Тейлор.
— Ты разве забыла? Ты не можешь прикоснуться ко мне.
— К черту эту ерунду, — решительно заявила Сьюзи Стрелок.
Она протянула мне руку, я схватился за нее свободной рукой. Лицо Сьюзи выражало холодную решимость, захват был крепким, как смерть, как жизнь, как дружба. Она вытащила меня из провала, и мы оба растянулись на краю. Она отпустила мою руку, когда опасность миновала, и мы с трудом поднялись.
— Ты не представляешь, на что я способна, если это нужно, — бросила она.
— Представляю, — не согласился я. — Я пробовал твою стряпню, помнишь?
Иногда шутка помогает высказать то, что ты не можешь сказать прямо.
Ангелы врывались на склад, проходя сквозь стены, как сквозь густой туман. Создавалось впечатление, будто сами ангелы плотнее, реальнее того мира, в котором они сейчас находятся. Кто знает, может, так и было на самом деле. Склад наполнился искрящимся светом и кромешной тьмой одновременно; все, к чему прикасались свет и тьма, исчезало.
Сьюзи сверлила меня взглядом.
— Тейлор, скажи, что у тебя есть идея. Сойдет любая. Потому что, кажется, бежать дальше некуда.
— Идея есть, — сообщил я. — Но мне не очень хочется пускать ее в ход.
— Замечательная идея, — тут же подхватила Сьюзи. — В чем бы она ни заключалась, она просто потрясающая. Я уже ее люблю. Так что ты придумал?
— Я знаю короткий путь к «Странным парням». Однажды в минуту слабости Алекс Морриси дал мне особую карту на крайний случай. Если ее активировать, она доставит нас прямехонько в бар. Алекс узнал о моей неприятной встрече с Косильщиками возле клуба и…
Сьюзи с упреком посмотрела на меня.
— Все это время у тебя была такая карта, и ты ею не воспользовался?
— Тут есть одна загвоздка.
— Ничего удивительного.
— Подобная магия оставляет след, — терпеливо объяснял я. — Ангелы сразу узнают, куда мы делись. Я до последнего надеялся, что мы сможем от них оторваться. Теперь ясно, что у нас этого не выйдет.
— Так воспользуйся картой, — подталкивала меня Сьюзи. — Поверь, сейчас самое время. Морриси всегда хвастался, что у его заведения самая мощная защита. Думаю, давно пора это проверить.
— Он нам не обрадуется.
— А разве он кому-нибудь бывает рад? Давай, вытаскивай карту!
Карта уже была у меня в руках. Обычная тисненая карточка с названием клуба, напечатанным черным готическим шрифтом, и словами «Ты здесь», напечатанными кроваво-красными буквами. Я прижал большой палец к алой надписи, и карта сработала, таящаяся в ней энергия зазвенела. Выскользнув из моей руки, карта зависла передо мной в воздухе: она переливалась, выплескивая энергию. Алекс любил, чтобы его магия выглядела эффектно.
Ангелы учуяли, что происходит, и обе стороны устремились вперед. Но карта вдруг увеличилась и превратилась в дверь, которая распахнулась перед нами; из-за нее лился нормальный свет, доносился веселый шум. Мы со Сьюзи нырнули внутрь и оказались в «Странных парнях», дверь моментально захлопнулась за нами, и разочарованные вопли обманутых ангелов смолкли.
Может, мне и доводилось с большим эффектом врываться в «Странных парней», но не могу припомнить когда. Мы со Сьюзи возникли в баре ниоткуда с криками: «Бегите! Ангелы идут!»
Произведенное нами впечатление превзошло все ожидания.
Посетители бара — отборные преступники и сомнительные типы, коротающие время за выпивкой, вдруг вспомнили, что у них где-то назначены срочные встречи, и с невиданной скоростью покинули бар. Кто через дверь, а кто и через окно. Некоторые растворились в клубах черного дыма, другие открыли двери в иные, более спокойные места, а один маг в панике превратился в табуретку, надеясь, что в таком виде его не обнаружат. Нашелся и один субъект (всегда найдется хоть один такой), который воспользовался общей суматохой и шмыгнул за стойку к кассовому аппарату.
Вышибалы Алекса, Бетти и Люси Колтрейн, почти сразу схватили негодяя. Бетти отобрала у него кассу, а Люси дала хорошего пинка. Потом его отпустили, чтобы катился (вернее, уползал) ко всем чертям. Бетти и Люси справедливо считали, что у них сейчас есть дела поважнее, чем разборки с воришкой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
