разливы топлива и, как следствие, пожары. Проходивший мимо курильщик кинул на мостовую окурок или горящую спичку — и полыхнуло. Профессия продавца топлива считается тяжелой и опасной, женщин не берут. Жители соседних домов клянут заправщиков, на чем свет стоит, и делают всё, чтобы извести, пока те не сожгли их самих.
К нам сперва тоже отнеслись, мягко выражаясь, без энтузиазма. Отношение начало меняться, когда мы оборудовали подземные емкости для хранения топлива, оснастили их электрическими насосами и механическими дозаторами, пожарными щитами, предупредительными знаками, проложили асфальтные подъездные пути. Более того, на каждой заправке появился магазинчик, в котором не только оплачивали покупку бензина, но еще могли приобрести запчасти, в первую очередь моторное масло, автомобильные камеры и шины, аккумуляторы, свечи, и еще прохладительные напитки, легкие закуски, хлеб и другие продукты повседневного спроса, а также сходить в бесплатный туалет. Многие заправлялись именно у нас, благодаря последнему заведению. Пока сходят отлить, машина уже заправлена. К тому же, мы брали на работу женщин, причем не только кассирами, но и заправщицами. Работа физически нетрудная и рядом с домом, дети под присмотром. Мы задали новый уровень сервиса, и это понравилось не только жителям, но и руководству города, кантона и даже президенту Совета кантонов Швейцарии Оскару Веттштайну, который приехал в начале сентября в Женеву на служебном автомобиле и заправился у нас.
После заседания Большого совета кантона, его секретарь пригласил меня пообщаться с боссом. Оскару Веттштайну шестьдесят три года. Невысок, круглолиц, волосы волнистые, залысины спереди, под носом широкие усы.
— Мне много говорили о вас, как об ученом, предпринимателе и военном летчике, — начал он с комплимента. — Скажу честно, меня расстроило, что вы продали авиакомпанию немцам, но, когда увидел, во что вложили деньги — ваши бензозаправки, подумал, что так даже лучше. У нас есть еще две авиакомпании, а вот таких хороших станций нет. Поговорил с президентом кантона, чтобы помог вам расширить сеть.
— Благодарю за содействие! — искренне произнес я.
Как раз в это время мы пытались получить земельный участок под бензозаправку почти в центре города, но упирался мэр Женевы, который сейчас стоял неподалеку от нас и ловил каждое слово.
— Заодно хотел поговорить с вами по поводу новых самолетов для наших военно-воздушных сил. Мы рассматриваем предложения разных компаний-производителей. Нам нужна будет и ваша оценка, как летчика с боевым опытом, — продолжил он.
— С удовольствием помогу, но я бы посоветовал отложить покупку года на три-четыре. Во-первых, авиационная техника меняется очень быстро, и то, что сейчас предлагают, а я знаю обо всех новинках, к тому времени окажется технически отсталым. Во-вторых, у меня есть предположение, что скоро случится экономический кризис, который затронет все страны мира, в том числе и нас, и деньги пригодятся для решения более важных задач, — сказал я.
— Экономический кризис⁈ — удивленно переспросил он. — Вы точно знаете?
— Я не бог, стопроцентной гарантии дать не могу, но по моим подсчетам — вероятностью процентов девяносто — громыхнет до конца этого года, — предупредил я.
Оскар Веттштайн посмотрел на меня так, будто надеялся увидеть, что его пытаются разыграть.
Поняв, что собеседник предельно серьезен, гмыкнул расстроено и произнес:
— Я приму к сведению ваши слова.
Не знаю, сделает ли президент Совета кантонов Швейцарии так, как сказал, но мэр Женевы его услышал, и через два дня у нас будет разрешение на строительство шестой бензозаправочной станции. Мы как раз закончили строить топливохранилище и служебные здания на аэродроме и сразу перекинули технику на новый объект.
Теперь мы покупали топливо не автомобильными цистернами, а железнодорожными у знакомой мне «Французской нефтяной компании». При содействии правительства кантона Женева к топливохранилищу была проложена одноколейная ветка от расположенной неподалеку железнодорожной станции. Бензин сливался в резервуар самотёком за несколько минут. Оттуда насосами переливали в автоцистерны и развозили по заправочным станциям, своим и чужим. Мы теперь стали еще и мелкооптовыми продавцами. В общем, подготовились к экономическому кризису.
39
После разговора с Оскаром Веттштайном, президентом Совета кантонов Швейцарии, я не удержался и накалякал статью для газеты «Женевский журнал», самой влиятельной из франкоязычных. Жонглируя выражениями «кризис перепроизводства», «спекулятивный бум», «экономический пузырь», «избыточная закредитованность», я наукообразно изложил то, что, как знал, случится очень скоро и чему будет очень много теорий, но, даже все вместе, они так и не объяснят, почему это произошло. Само собой, мне не поверили. Маститые швейцарские экономисты и предприниматели чего только не написали в ответ на мою статью. Так продолжалось до двадцать четвертого октября. Потом все мои критики куда-то исчезли, а меня стали считать экономическим гуру, хотя такой термин еще не используется. Незадолго перед кризисом «И. Г. Фарбен» вышла на меня и других крупных акционеров «Базельского синдиката» и предложили образовать Двойной картель. Поскольку любое подобное объединение — благо для собственников и печаль для покупателей, я сразу согласился. Мои компаньоны тоже не выпендривались, прекрасно понимая, какие выгоды дает переход жесткого влиятельного конкурента в союзники. Несмотря на то, что немецкий картель был крупнее, швейцарский приносил больше дохода и обладал большим количеством патентов, поэтому встречу провели в Цюрихе.
«И. Г. Фарбен» представлял председатель правления Карл Бош. Мы пересеклись в фойе отеля «Централ Плаза» возле входа в ресторан. Немец спустился из своего номера, направляясь в отдельный зал, арендованный нами, а я только приехал на такси из аэродрома.
— Вы входите в правление «Базельского синдиката»⁈ — удивился он, остановившись и поздоровавшись за руку.
— У меня доли во всех трех компаниях, поэтому служу им третейским судьей, — сказал я шутливо. — Заодно продаю патенты на свои изобретения.
— Над чем сейчас работаете? — поинтересовался он.
— Над присадками для моторного масла, — ответил я и объяснил: — Я еще и совладелец сети бензозаправочных станций.
— Если что-то придумаете, напишите мне, — предложил он и перешел к двум своим подчиненным, поджидавшим у входа в ресторан.
Мои компаньоны как-то очень нервно отнеслись к тому, что я на короткой ноге с Карлом Бошем.
— О чем вы с ним говорили? — глядя мне в глаза, строго спросил Эдуард-Марсель Сандоз в присутствии директоров двух других компаний «Базельского синдиката».
— Он спросил, над чем я сейчас работаю. Если вы забыли, мы оба еще и ученые, — сообщил я и посоветовал: — Не напрягайтесь, у меня нет акций «И. Г. Фарбен», а есть ваших компаний, поэтому буду отстаивать свои
