- Пф! — вспоминая насколько раньше мне было это важно, я даже тихонько хмыкнула от смеха. Какой я была раньше… беспечной.
Обычные физические тренировки не так давно сменились ещё и практикой: всех куриц и свиней на еду теперь резала я. Своими вот этими неухоженными грубыми руками. Сперва начинала с того, что рубила головы птичкам, а позавчера зарезала первого поросёнка. Ножом…
Как вспомню, до сих пор неприятно на душе. Да, не смертельно, но всё равно неприятно. Ощущать, как живое существо под тобой бьётся, как клинок проникает в плоть и как толчками выплёскивается кровь на твою руку, а ещё слышать захлёбывающийся визг…. До сих пор руки дрожат как вспомню. А ведь дед не разрешил даже оглушать животинку, как я сперва предлагала. Ты, говорит, руку должна набить. И привыкнуть убивать без каких-либо мук совести и мешканий. Точно, быстро, эффективно.
Ну что тут скажешь? Прав Дигвер, во всём прав. Но Боги, как же это неприятно!
Поморщившись от воспоминаний, всё-таки встала с постели и принялась одеваться. Вчера умудрилась как следует отмокнуть и помыться в большой кадушке с теплой водой — уговорила Викария всё-таки помочь с этим, хотя этот дуболом так и не понял зачем я это делаю. Мыться здесь не было принято, как и во многих землях старой Европы в моём мире. Разве что, если совсем замараешься в крови или грязи, тогда конечно. А так, каждую неделю или тем более каждый день? У-у-у! Бесполезное занятие!
Так что сейчас я чувствовала себя более-менее чистой, ибо без мыла помыться как следует было затруднительно. Натянула на задубевшее от мышц тело чистые тряпки (стирала тоже сама, в щёлоке), порадовавшись что труды мои дают неплохие плоды. Благо моё тело за эти дни не только приобрело силу и рельеф, как у тренированной культуристки (правда в объёме выросли несильно) но и сохранило общие женственные черты. Да, я сильно похудела, доля жира в теле упала до минимума, однако и талия стала куда тоньше, да к тому же я не прекращала подкачивать свою попу каждый день, а грудь и вовсе теперь оставаясь на уровне твёрдой тройки. При чём она уже давно не болталась даже при интенсивном беге.
К слову, если уж быть женщиной, то до конца! Мне всё-таки нравится быть красивой и привлекательной — это вообще сильно повышает самооценку любой девушки.
Не знаю, как это возможно, но мне показалось что грудь вообще поменяла своё строение за это время: немножко подросла, в своём основании сделалась шире, и стала чем-то похожей на силиконовую, в форме правильного полушария. Нет, она была всё такой же мягкой, натуральной, однако упругость была запредельной — словно вся кожа на мне натянулась как на барабане. Странное ощущение, но мне нравилось! Так было много удобнее носить любую одежду, под грудью перестало потеть, и даже лифчик не был более необходимостью. Достаточно было какой-нибудь мягкой ткани чтобы сосочки не царапало грубыми доспехами или домотканой рубахой из крапивного волокна. И всё! А если вспомнить что и циклы у меня давно пропали, то и вовсе жить становилось намного удобнее.
Но хватит обо мне. Пора найти себе интересное занятие!
Умывшись из бочки холодной дождевой водой, я сразу почувствовала себя лучше. Солнышко местное ещё пока грело, хотя зима была не за горами, так что следовало насладиться им по полной. Запастись, так сказать, витамином D.
- О! Вот и наша соня. Доброе утро, Бестия. Ну и хороша ты харю давить — полдень скоро, — Дигвер как всегда не церемонился в словах, но мне уже давно нравилось такое общение. Просто, прямо, и без словесных вывертов — так было гораздо легче и мне и Дигве́ру. Не было недопонимания и недосказанности, пусть я и старалась не использовать ругательства.
- Не нуди, старик. У меня праздник, у тебя праздник — у всех праздник! Отдыхать сами боги велени. Я сегодня хоть выспалась. Кстати, имею права после шести седмиц работы на износ. Забыл уже как в обморок падала от перенапряжения?
- Да я же не в претензии, дочка, чего ты завелась сразу? — старик сидел на широкой лавке, вытянув вперёд освобождённые из плена местной обуви ноги. Схаркнул что-то, сплюнул в сторону, и утёрся рукавом. Мужик он был хоть и не глупый, и с характером железным, но манерами совершенно не отличался! Но я привыкла — мне ко многому пришлось привыкать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Уселась рядом, подставила лицо осеннему солнышку, и надолго выпала из реальности, отстранившись от не очень приятных запахов. Тоже привычка…
- Кстати, а лавка не развалится как в тот раз? — не знаю, как старик это сделал, но внутри дома моё проклятье почти не работало. Было ли это связано с тем, что дом был выдолблен или скорее выращен внутри ствола огромного дерева, или Дигвер владел каким-нибудь мощным оберегом от проклятий, но, когда я была внутри оно себя почти не проявляло. Лишь здесь, на улице вступало в свои законные права!
- Не развалится. Я её рунами укрепил, — рядом вдруг возник Викарий из Ларимы, пусть я его и не видела сквозь веки. Этот немного хмурый, но весьма исполнительный пленник, стал для нас со стариком удивительным подспорьем практически во всём. А если учесть, что он иногда с разрешения хозяина применял и свои знания на практике, то для меня оказался вдвойне полезен.
Каждая его работа с рунами становилась моим пособием для обучения! Подобным образом я уже двадцать два символа подсмотрела и заучила, и даже запомнила несколько их комбинаций, дающих определённый бытовой эффект.
- Ты это куда? — голос Дигвера тут же заставил меня открыть глаза. Викарий стоял весь во всеоружии: кожаный охотничий костюм, короткое копьё и композитный лук, сделанный из дерева, жил и костей. На тетиву же пошла грива рапортов, имевшая невероятно прочную структуру. Дигве́р сам сделал! Мастер, что и говорить.
- Мясо нужно. Рапортов уже пять дней не кормили — звереть начинают.
- Праздник же, работать нельзя. Да и от тренировок следует воздержаться, — тут же вклинилась я в разговор.
- Нельзя. Но охотиться можно, — Викарий подтянул ремень колчана с не особо прямыми стрелами, и перехватив в левую руку охотничье копьё, указал рукой в сторону севера. — Я там заводь видел, а вокруг троп звериных немеряно. На водопой ходят… Успею за сегодня пару раз сходить туда-обратно, всяко на пользу день пройдёт.
- Не любишь праздники? — ухмыльнулся Дигвер.
- Праздник от слова праздность. А дело прежде всего!
Как-то уже сложилось, что Викарий ходил на охоту один. То ли старик ему доверял, то ли не видел смысла держать на короткой привязи — клятва богам это ведь не баловство. Многие клятвопреступники за пару лун угасали из-за болезней или по непонятным причинам, о чём было множество свидетельств. Во всяком случае Дигвер так говорил.
- А может и я с тобой? — робко высказала своё предложение. Как таковых серьёзных спаррингов у меня ещё не было, но охотиться и владеть некоторым оружием я уже могла, и теоретически толк от меня будет. Ну и практика нужна всё одно. А ещё мне до ужаса надоело однообразие новой жизни!
- А чего. И сходи! — старик вероятно думал также, — Возьми только полный комплект, что я тебе купил. Вместе с коротким клинком из чёрной стали. И игрушку эту свою тоже! Хоть в деле опробуешь…
За последние седмицы мой учитель успел трижды сходить до торжища и заказал всё что было мне необходимо для полноценной жизнь. В понимании Дигвера естественно! Короткий прямой клинок удивительной ковки, воронёный кожаный доспех с капюшоном и вуалью из чёрного шёлка, две пары добротной обуви с толстой мягкой подошвой из какой-то шкуры. Ну и два моих личных заказа — деньги-то на всё про всё шли мои! Честно с бандитов награбленные!
Небольшой арбалет со стальными короткими плечами и с блоком из двух костяных роликов закончили мастера совсем недавно (пришлось долго рисовать схему и объяснять, что и зачем нужно, и даже заказ делать по частям и у разных людей, постоянно отправляя на доработку) и настоящее чудо по местному времени: маскировочный халат, сшитый из сотен зелёных и коричневых лоскутков ткани. Очень недёшево всё обошлось! Ибо крашеная ткань была делом дефицитным. Достаточно сказать, что три четверти драгоценных камней тоже была потрачена, как и почти вся моя наличность. Но оно того стоило!
